Victoria

Хмель Янина

Она улыбнулась.

– Я осилила это произведение с превеликим удовольствием! – Незнакомка вернулась к бару через пару часов.

Я была занята, обслуживая других посетителей, и не следила за ней.

– Я возьму одну книгу этого автора с собой. Позволите мне выпить ещё один бокал того же вина здесь и услышать обещанный рассказ об авторе? – Она протянула мне ещё одну мою книгу.

Улыбаясь, я отдала ей чеки за книги и вино. Наполнила бокал и пододвинула

к ней:

– Что вы хотите знать об этом авторе?

– А вы сами много знаете?

– Достаточно.

– Вы знакомы с автором лично?

В следующее мгновение я потеряла дар речи, оставив её вопрос без ответа. К барной стойке приближался Антон – мой несостоявшийся муж.

В этот раз я не собиралась убегать. Но и слушать его тоже не собиралась. Я театрально стянула со своего пальца кольцо и швырнула на барную стойку прямо перед ним. Кольцо прокатилось по стойке и замерло.

– Торри… – Прошептал Антон и остановился.

Я ответила ему громче, чем полагалось:

– Выметайся! – Скомандовала, почти прорычала. – Вместе со своим кольцом, предложением, извинениями и членом, тра*ающим всё, что движется!

Некоторые посетители смотрели в нашу сторону. Глеб среагировал быстро и подошёл ко мне.

– Вика, – останавливающе положил руку мне на плечо.

– Любимая… – Промямлил Антон.

Я схватила бокал вина, который стоял перед оставленной без ответа женщиной, и вылила его содержимое прямо в лицо Антону.

– Никакая я тебе не любимая! – Гаркнула я.

Глеб затолкал меня в подсобку. И вывел Антона. Потому что, когда я вернулась к бару, немного успокоившись, этого мерзавца здесь уже не было.

– Я налью вам ещё вина. – Я подошла к оставленной читательнице и выдавила из себя виноватую улыбку.

– Пожалуй, мне уже хватит. – Рассмеялась женщина и протянула мне руку. – Полина.

Я коснулась её руки.

– Простите, что стали свидетелем этой картины… – Вздохнула и отвела глаза.

– О, не только я в шоке! Тут многие поперхнулись своими напитками.

Я оглядела свой бар. Многие всё ещё смотрели на меня.

– Иди, проветрись. – Ко мне подошёл Глеб.

– Я в порядке. – Уверила его я.

– Брысь отсюда, истеричка! – Прошипел он.

И я покорно покинула свой книжный бар.

Глава 2

Мне действительно стоит проветриться. И успокоиться. Это непозволительно – устраивать такое представление на глазах всех посетителей. Но когда я увидела наглую рожу Антона перед собой, меньше всего думала о своём книжном баре и его читателях. Перед глазами всплыла картина вчерашнего вечера. Как он посмел заявиться в моё пространство и называть меня «любимой» после того, как я собственными глазами видела его измену?!

– Вика!

Обернулась

на своё имя. Ко мне бежала Полина. Я остановилась и подождала её.

– Простите. Можно я… проветрюсь вместе с вами? – Она нагнала меня двумя кварталами дальше от бара.

– Я сейчас не в лучшем расположении духа. – Честно призналась я.

– Не страшно. Вина поблизости нет, – добродушно улыбнулась в ответ она.

Я пожала плечами. Мол, если не боишься разгневанной истерички, я не против компании. И пошла дальше. Полина шагала рядом.

– Значит, истеричка.

– Никак не могу избавиться от… сверхэмоциональности. – Выдохнула я.

– И не нужно. – Полина, как будто случайно, коснулась моего запястья.

– Я застала своего жениха за изменой вчера вечером. На следующей неделе должна была быть свадьба. А это, собственно, был он. – Не знаю почему, но мне захотелось поделиться с ней. Как будто этим прикосновением она расположила меня к себе.

– Сначала я подумала, что ваш жених тот, кто затолкал вас в подсобку. – Рассмеялась Полина. Искренне. И это тоже располагало к ней. – Слишком настырно он следил за нашей с вами беседой.

– Он мой лучший и единственный друг. – Я опустила глаза, чтобы Полина не заметила в них фальши. Глеб – больше, чем просто друг. Но об этом ей знать необязательно.

– Это хорошо. Значит я могу пригласить вас на свидание.

Я даже остановилась после этих слов и неуверенно посмотрела Полине в глаза. Вдруг мне послышалось.

Полина тоже остановилась:

– Вы против? Вам не следует сейчас находиться в одиночестве.

Она была права. Одиночество – это не то, что мне сейчас было нужно.

– Проветрилась? – Когда я вернулась в бар, Глеб встретил меня недовольным взглядом.

– Я в порядке. – Я стянула шарф, в который куталась от ветра. Начало осени так и шептало, что лето уже не вернуть, а сама осень будет беспощадно холодной.

– Знаем мы твой порядок, проходили. Иди, выпей чая с ромашкой. Или валерьянки накапать?

От горячего чая я не отказалась, согревая о чашку холодные ладони.

– Ничего не говори. Знаю, повела себя как последняя дура…

– О, не прибедняйся! Я бы сказал, как первая. Прямо-таки заводатор всех дур.

Я рассмеялась:

– Кольцо забрал?

– Я убедил, что так будет лучше. Иначе в следующий раз ты засунешь ему это кольцо в труднодоступное место. – Глеб сердился, но в душе гордился мной.

– Сорвалась. Бессонная ночь вышла боком. – Допивала свой чай, не поднимая пристыженных глаз на Глеба.

– Иди, отоспись. Я справлюсь.

– Пойду собираться на свидание. – Перебила его я.

Глеб опешил: