Везунчик 2
Шрифт:
Впервые вдумчиво ознакомившись с Книгой Жизни и повстречавшись с фанатичными самоубийцами я немного понял все те оговорки о том, что долго я тут не проучусь, что предшествовали моему прибытию в школу магии. Однако последующие события несколько поколебали эти мои предположения. Все же нападки первых месяцев обучения и то, что ученики не упускали возможность толкнуть меня плечом когда такая подворачивалась, смахивали скорее на хулиганство, чем на действительно убийственное намерение… Да, фанатики иногда наведывались, но редко и как то сумбурно.
Однако последующие беседы с Капелькой, танком и лучницей
Так само движение поклонению Жизни возникло сразу после победы над некромантами и его успешному продвижению немало способствовало то, что воплощением этой самой Жизни являлся сам император. А то, что мудрые старцы — в то время, видимо, еще бывшие мудрой молодежью — оказались личностями деятельными и нетерпимыми к любому противодействию, только ускорило распространению этой концепции государственного уровня. Так что в государстве сложилась такая ситуация, когда стало нормой то, что идея поклонения Жизни пропагандировалась начиная со школ на государственном уровне и активно продвигалась в массы некоторым количеством миссионеров и магами жизни. Плюс основными врачами способными исцелять самые сложные случаи были как раз маги жизни, так что к миссионерам часто присоединялись и такие вот исцеленные пациенты и их родные — способствуя распространению этого учения.
Вот только то, что хоть учение о Жизни вроде как адекватно ложилось в концепцию «хороших вещей» то, что эту концепцию именно навязывали — заставляло людей ее соблюдать… неискренне. Плюс сложилась такая ситуация, что нет-нет да выплывали наружу скандалы связанные с тем, что маги жизни лечили в основном тех, кто мог за лечение заплатить и немало. Да и мудрые старцы с некоторых пор стали больно уж таинственными и занимались чем то подозрительным. Плюс о фанатиках, посылаемых ими для усмирения неугодных власти, хоть и было не так уж много известно, но то что люди о них знали заставляло их относиться к учению Жизни с некоторой осторожностью. Да и то, что некроманты давным давно исчезли и с тех пор особо никому не вредили, превратившись в пугалочку для малышей, а вот о магах жизни такого сказать было нельзя — тоже наложилось на общественное мнение…
В результате сложилась такая ситуация, что все вроде как топили за Жизнь и соглашались, что жизнь это хорошо, а смерть это плохо! Но дальше этого люди идти в массе своей не собирались. Разве что имелись для этого какие то конкретные причины — вроде родовой чести и подобной дребедени. Вот и получалось, что с первой встречи узнав о том, что я некромант люди были мне не особо рады, но в целом против меня ничего фанатично злобного за душой не имели…
За подобными мыслями я даже и не заметил как добрался до нового дома мэтра и осторожно постучал.
Глава 2
— О… Эм… — мэтр защелкал пальцами и зажмурился, после чего с облегчением произнес — Везунчик! Рад что ты зашел.
Мэтр Доминик выглядел слегка утомленным, но и правда сохранял бодрое расположение духа.
— Проходи, садись. Давай я сделаю тебе чая. — предложил мэтр с некоторым трудом поднимаясь.
Если раньше он напоминал поджарого волка, то за последний месяц, особенно после новоселья, все больше и больше напоминал
— Добрый день, господин. Нет, спасибо. — отказался я, гадая, почему он не заведет себе кого нибудь вроде секретаря? У архимага вот была секретарша — правда его ближайшая родственница. Может среди магов так принято — чтобы секреты не распространялись дальше семьи или по иной причине? И у мэтра просто нет подходящих родственников. В любом случае, пить горький чай, который нравился мэтру мне не хотелось.
— А я тебе все равно налью. — щедро решил тот, не замечая выражения моего лица, — Разговор нам предстоит долгий, так что надо сохранять бодрость!
Странно, но раньше я после чая никакой особой бодрости не ощущал. Только крайне долгий неприятный привкус во рту — или о нем то и шла речь? С подобным чувством расслабиться было и правда проблематично.
Я тихонько сидел, ожидая пока мэтр заварит и разольет чай, не решаясь спросить какого черта ему нужно, а заодно разглядывая комнату. В старом доме мэтра было довольно просторно, но слегка темновато. Теперь же, через большое окно в комнату проникало достаточно света, чтобы хорошенько осветить обновки мэтра в виде приятно сверкающих кристаллов и неких довольно потрепанных книг, лежащих тут и там. Раньше у него тут и там лежали кристаллы гораздо меньшего размера и в основном не книги, а пергаментные листы…
— Итак… — поставив перед нами по чашке чая, мэтр уселся на свое место и опять наморщил лоб собираясь с мыслями, — Ах, да! Ты уже закончил четверть обучения — неплохо, как я слышал…
Ну, я отчитывался ему буквально недавно о своей успеваемости — особенно по своей специальности, где я, без ложной скромности, выбился в лидеры! Так что то, что теперь он возвращает вот так вот мне мой же отчет ему… выглядело слегка странно и немного настораживало.
— И впереди нас ждет полугодие! — продолжил мэтр Доминик, под моим слегка напрягшимся взглядом, — И для успешной сдачи нормативов по первому году обучения юный маг с каждого направления должен представить комиссии в течении года не менее двух заклинаний по своей дисциплине. Как ты наверное знаешь.
Со значением поглядел он на меня, но, по слегка шокированному выражению моего лица, видимо тут же понял, что я не знал:
— Соберитесь, младший преподаватель… Везунчик. — сурово попросил он меня и тут же уточнил, — А сколько уже знаешь ты?
— Включая костяную броню и притяжение костей, господин? — уточнил я.
Эти фокусы я уже показывал в начале своего обучения приехавшему из столицы проверяющему. И, по-сути, это был один и тот же навык…
— Хм… — слегка погрустнел мэтр и забарабанил пальцами по столу, — Предположим, что — да.
— Тогда два, господин. — совершенно честно ответил я, глядя как хорошее настроение мэтра Доминика улетучивается и его сменяет какая то меланхолия. Он почему то очень грустным взглядом оглядел свои богатства, после чего перевел взгляд на меня:
— Плохо… — признался он мне с суровым видом, — Это очень плохо, что за прошедшее время вы не провели достаточно исследований и не нашли что нибудь новенькое!..
— Я существенно расширил свой резерв, господин. — попытался я сгладить впечатления мэтра обо мне, но тот только отмахнулся, глубоко задумавшись.