Шрифт:
Глава I
Urbs aeterna.
Вечный город.
Дорогие читатели, когда я начал писать эти хроники, мне было сложно вспомнить всё в мельчайших деталях, те события давно минувших дней сейчас являются настолько далёкими, что порою мне кажется, всё случилось вовсе не со мной а с совершенно другим человеком, коим я был во всех смыслах в те далёкие времена.
Меня звали Тит Флавий Марк, да да, вы не ошиблись, из того самого знатного рода патрициев что в своё время подарили Риму таких императоров как Веспасиан, так же многих государственных деятелей, учёных мужей, и военачальников. Увы, когда я родился, столетия гражданских воин сделали своё дело и лучшие дни Римской империи остались далеко позади, это было видно во всём, и прежде всего в самих людях. Ещё будучи юношей я в отличии от многих своих богатых сверстников, погрязших в похоти и сладострастии, интересовался
Всё же, этот рассказ не о моей жизни в вечном городе, мой рассказ о тех событиях, которые изменили на всегда мою жизнь, и вероятно ход истории в целом. Как и все подобные события, так и эти, получили своё начало тогда, когда мы их менее всего ожидаем. Тот далёкий день, весной 409-года от рождества христова, был как и сотни других похожих ни чем не примечательных дней ранее. В тот день я закончил утренние рутины и готовился к выполнению своих прямых обязанностей, а именно приступать к повседневному дежурству, на капитолийском холме. Погода хмурилась и день обещал быть дождливый, я как раз натягивал на себя пурпурный, походный плащ, когда дверь в нашу казарму распахнулась и на пороге стоял командир нашей когорты, Филипп Киприот, вместе с невысоким человеком, в дорогих одеяниях, увесистый, золотой крест на шее которого, говорил о церковной принадлежности последнего, в руках он держал вскрытый свиток с печатью от святого престола.
– Это Марк, он один из лучших наших палатинских стражей, и к тому же коренной римлянин – обратился Киприот к церковнику – Полагаю он в полной мере способен справиться с любым заданием, возложенным на него святым престолом – сказал грек, с привычной для него безмятежной самоуверенностью.
– Я прекрасно усведомлен, кто этот молодой человек, сын мой, как раз по его душу меня и направили в вашу обитель – ответил церковник.
Меня же в свою очередь, такое заявление в свой адрес, не на шутку напрягло, так как не знал, на какое такое задание, меня с столь явной самоуверенностью отправляет Киприот. Хотя с другой стороны, я был молод и полон энтузиазма и в глубине души бурно радовался чести выпавшей мне, ведь святой престол не даёт задания абы кому. И когда наконец церковник после непродолжительного разговора с нашим командиром, представился кардиналом Магнецием из Равенны и обратился ко мне с вопросом, готов ли я послужить святому престолу и самому императору Гонорию, я с сияющей улыбкой, до самих ушей охотно согласился.
Спустя час, мы с кардиналом находились в роскошном мраморном зале апостольского дворца, построенном императором Константином великим, столетием ранее как символ христианизации Римской империи, встречал нас смуглый человек с острыми чертами лица, в расшитой позолоченными нитками роскошной мантии, как оказалось, не кто иной как сам советник папы Иннокентия, епископ Авдикий Киреннейский.
– Я привёл вам подходящего для нашего дела человека, как вы и просили, ваше святейшество, – поклонился кардинал, обращаясь к епископу. Я же повторил жест с поклоном, копируя кардинала.
– Подходящий человек это, полагаю вы? – подняв руку в вольном жесте, обратился ко мне епископ.
– Да, ваше святейшество, Марк из рода Флавиев – представился я.
– Я знал, вашего деда, командовал Марсовым легионом, храбрый был человек, и теперь вижу, потомки у него тоже достойные. – сказал епископ задумавшись.
Услышав столь лестную похвалу в свой адрес, от такого человека, я чуть не подавился от гордости над самим собой, как на моём месте сделал бы пожалуй любой, молодой глупец с повышенным самомнением, коим я и был тогда.
– Дело нам, мой юный друг, предстоит весьма деликатное, и я надеюсь вы тот человек который справится с ним, не задавая лишних вопросов и не проявляя пагубного любопытства.
– Так точно – ответил я искренне, хлопнув кулаком по груди об кольчужный доспех, подобно легионерам былых времён.
– Я знал что на тебя можно положится. – сказал епископ, улыбнувшись уголками губ. Что же, перейдём к делу. В Каринии, Британии живёт мой хороший друг, его зовут Гордий Вергилий, я потерял с ним связь пол года
– Но как я доберусь до Британии, ведь она уже не является нашей провинцией, наши легионы уже два года, как покинули её и на сколько я знаю, сообщение с островом утеряно, и не кто не знает, что там сейчас творится? – задал я резонный вопрос церковнику.
– Насчет этого не переживай, всё уже предусмотрено, у западных ворот тебя ждёт твоё сопровождение, они доставят тебя в целости и сохранности в Гесориакум, что в северной Галлии, оттуда на барже переправишься в Британию, где на встречном берегу, тебя, в свою очередь будут ждать местные наёмники, которые сопроводят тебя до Каринии и обратно. Всё что от тебя понадобиться, это доставить моего друга Гордия и его свитки, сюда, в Рим. Святой престол, как и сам Рим в долгу перед тобой не останутся, и в случае выполнения задания, тебя ждёт место магистра в первом марсовом легионе, так же вилла с земляным наделом в Испании.
Узнав о столь щедром вознаграждении, за такую как мне тогда казалось пустяковую работу, я не на шутку удивился, казалось всего то, забрать, доставить, сопроводить.
– Ещё вопросы есть? – Вывел меня из раздумий голос епископа.
– Никак нет. – ответил я лаконично, по уставу.
– Хорошо, в таком случае, приступай к выполнению, так как твоё задание имеет секретный статус, к сожалению, не могу тебе позволить попрощаться с родными, но даю слово, их проинформируют, что находишься на важном для Рима и святого престола задании. Кардинал проводит тебя до западных ворот, всё необходимое для путешествия тебе выдадут там. Вот тебе перстень с печатью трибуна, наш император, решил даровать тебе эту власть, на время выполнения задания, вот средства на выполнение задания – протянул он мне толстый мешок с золотыми монетами – и помни, сын мой, вера наше всё! – сказал епископ на прощание, улыбнувшись лукаво.
Отсалютовав, я, сопровождаемый кардиналом Магнецием повернулся и пошел к выходу. Где то в глубине души, моё сознание уже тогда вопило, что этот епископ очень не простой человек, что то с ним не так и мне стоило бы его опасаться, но я гнал такие мысли из себя, ведь не может плохой человек, занимать далеко не последнее место в церковной иерархии.
Я молча двигался в сторону западных ворот, вечный город провожал меня с слезами падающими в низ с высоты небес, приземляющимся на крыши мраморных дворцов, древних статуй и многочисленных церемониальных арок, проходя одну из которых, вблизи колизея, зацепил краем глаза надпись, выгравированную столетия назад: «morituri te salutant! – идущие на смерть приветствуют тебя!» Не вольно воображение нарисовало в голове, могучих древних воинов, гладиаторов, сражающихся в колизее, под восторженный вой десяток тысяч голосов. На встречу мне, по улицам шли обычные римляне, потомки тех славных людей, кто когда то создали империю, ценою собственной крови, я уже тогда понимал, что главной причиной, непростой, сложившейся ситуации в империи, были не варварские орды у наших границ, а сами римляне, своим безразличием и не желанием заботится о чем либо, кроме собственных потребностей. Ведь зачем богатому римлянину, вступать в легион, и рисковать своей жизнью, когда всё это за него могут сделать, германцы, фракийцы и прочие новобранцы с окраин империи, коими комплектовались легионы, последние десятки лет. Тогда я ещё не знал, что увижу родной город вновь очень не скоро, город который любил и в то же время ненавидел.
То что я увидел подойдя к западным воротам, удивило меня не на шутку, сотня тяжеловооруженных солдат в позолоченных, чешуйчатых доспехах, на щитах которых, красовался символ черного орла геркулесова легиона. Видимо епископу, очень нужны эти свитки, раз он решил привлечь к операции, целую центурию из элитного легиона – подумал я. Подойдя ближе и остановившись напротив вольно стоящих, беседовавших между собой геркулиан, кардинал окликнул центуриона из толпы легионеров и вскоре к нам подошёл высокий, светлобородый мужчина, в чешуйчатой, позолоченной броне с фалерами на груди. Магнеций отдал ему письмо с приказом, на котором красовались печати святого престола и императора, затем попрощавшись со мной, пожелав всем удачного пути и осенив нас крестным знамением, направился по своим делам. Прочтя письмо, центурион с ярко выраженным германским акцентом обратился ко мне, представился Адалсиндом и лаконично озвучил свой приказ, доставить меня в сохранности в Гесориакум.