Ветераны
Шрифт:
— Все вы слыхали рассказы о войне, — продолжал директор, тоскливо поглядывая в окно и отгоняя непрошенную мысль о том, как много работы в огороде в конце апреля. — Каждый год я и профессор Грейнджер напоминаем вам о былой славе защитников Хогвартса, но наши рассказы вам известны и уже не удивляют. В этом году я предлагаю пригласить к нам в Школу кого-то из заслуженных ветеранов. Например, героя войны Гарри Поттера, который вот уже пятьдесят лет как не заглядывал в Хогвартс. Того же Северуса Снейпа, знаменитого шпиона, говорят, он еще жив… Юные скауты-волшебники, это ваша задача. Разыскать ветеранов и позвать на праздник
Мелкий Малфой хихикнул и вытер непрошенную слезу смеха — Кошка крепче прижалась к профессорскому ботинку и страстно заелозила животом по смазанной драконьим жиром обуви директора.
— Короче говоря, в этот день хочется чего-то особенного, — вышедший из терпения Лонгботтом отпихнул ногой потерявшую чувство меры бывшую деканшу. — Например, можно устроить экранизацию войны, снять на колдокамеру и… Скажем, организовать театральную сценку «Битва за Хогвартс», стихи, песни о войне сочинить, на худой конец. Одним словом… Минерва, прекрати, — не выдержав, глава Хогвартса сгреб несносную Кошку за шиворот и взял на руки. Та устроилась на директорском локте и призывно выпятила зад, вызвав новый приступ хихиканья среди учеников. — Послезавтра праздник! — рявкнул директор, утомленный кошачьей напористостью и явным равнодушием к теме войны в глазах учеников. — Чтоб каждый факультет нашел себе по ветерану, подготовил песни и стихи! Ясно?
— Угу, — обреченно прогудели школьники.
Директор Лонгботтом царственно перекинул слегка облезлый кошачий хвост через плечо, кивнул на прощанье ученикам и покинул Зал, как всегда, споткнувшись о порог.
*
— Мы первые добежали, а ну, пошли вон!
— Сами проваливайте, это наш ветеран, он на нашем факультете учился!
— Без разницы, придурок, сто лет прошло! Топай отсюда, Уизел!
— Сам топай, говнюк белобрысый!
— А в морду?
Забыв о том, что они волшебники и кое-чему научились за год, мальчишки сцепились в яростный дерущийся клубок, оглашая ругательствами тихую улочку.
Юные скауты, конечно, знали все тонкости магических дуэлей, но сейчас было не до вежливых расшаркиваний: ветерана могли в любую секунду увести из-под носа.
Криво висящая на петлях дверь со скрипом приоткрылась. В образовавшейся щели блеснули слезящиеся старческие глазки. Рассмотреть Героя не удавалось — тот приоткрыл дверь на цепочку.
— Ветеран! — крикнул кто-то.
Дерущиеся мгновенно отскочили друг от друга и ринулись на абордаж.
— Мы пришли пригласить вас на праздник в Хогвартс! — наперебой закричали скауты. — Сто лет победы над этим… Вольномудрым!
— Винтомордым, дурак!
— Вольдамуром! Историю учи!
— Бармаглотом! Сам учи!
— Короче, на праздник, День памяти!
Герой, с подозрением выглядывающий из щели, энтузиазма не выказал.
— Старый я уже по вашим праздникам ходить, — задребезжал он. — Идите, пока я вас чем-нибудь непростительным не приложил.
— Сто лет Победы! Такой праздник! — отчаянно закричали
— Какой такой паёк? — прищурились сверкающие в дверной щели глазки.
— Крупа, сахар, бутылка огневиски… Пацаны, гляньте, что там еще? Короче, подарок от факультета Слизерин!
— Огневиски? — оживился ветеран.
— Не слушайте слизней, сэр! — завопил рыжеволосый мальчик. — Лучше к нам, на Гриффиндор! Мы вам подписку на журнал «Квиддич сегодня» оформим! На целый год подписка!
— На кой мне ваш журнал, — буркнул ветеран. — Крупа какая, кстати?
— Гречка, сэр!
— Черт с вами, — смилостивился Герой. — Когда начало?
*
Гостиная Гриффиндора
«Любовь не стареет», — сентиментально думала профессор Грейнджер, разглядывая сгорбившегося в кресле старого волшебника и упорно не желая замечать согбенной спины, заострившегося до крючкообразности носа, углубившихся морщин и ввалившихся скул. Впрочем, волосы ветерана выглядели лучше, чем на памяти гриффиндорской деканши — остались густыми и даже не были сальными, как прежде. Серебристые пряди на висках придавали старому шпиону и разведчику особый (столь важный в День Победы) налет ветеранского героизма. Сделать вид, что она не замечает, как дрожат лежащие на подлокотниках некогда любимые руки, иссохшие, покрытые змеящимися венами, декан Гриффиндора не могла. Она отвернулась к окну и смахнула скупую слезу.
В дверь проскользнула Кошка и уселась у ног седовласого Героя. Тот почесал ее за ухом и тут же брезгливо отряхнул пальцы: Макгонагалл по весне линяла клочьями.
— Как всегда, слизням повезло, — шушукались между тем гриффиндорцы. — Перехватили у нас Поттера, вот гады! А нам фуфло досталось!
— Зато у нас шпион! Вон у равенкловцев какой-то Джордж Уизли, на инвалидной коляске, труха!
— А в Хаффлпафе вообще безногий и с одной рукой! Нам хоть целый попался!
— Урод. И где его орден Мерлина? Хоть бы мантию надел на праздник. Свитер магловский, как ему не стыдно!
— Глаза какие страшные! Жуткий дедуган.
— Тсс! Услышит — заавадит!
— Фух, глаза закрыл. Слава Мерлину…
— Давайте начнем, — со вздохом сказала декан Гриффиндора, отметая ностальгическое воспоминание о сальных волосах. — Профессор Снейп, расскажите нам о войне. Современное молодое поколение ничего не знает о Великой Битве за Хогвартс.
Прикрыв глаза, ветеран сидел в кресле. Кошка положила голову на его ботинок и блаженно урчала. Грудь Героя равномерно вздымалась. Похоже, старик уснул.
— Умер? — прошептал кто-то.
— Профессор Снейп! — испуганно потрогала его за плечо деканша.
— Грейнджер! — встрепенулся бывший шпион. — Десять баллов с Гриффиндора!
— В школе больше не снимают баллы, — покачала головой пожилая дама. — Сикли, галеоны теперь снимаем.
— Альбус, дурак, не додумался, — проворчал ветеран и вдруг с недоумением оглянулся по сторонам. Затаив дыхание, на Героя глазели дети. — Что я здесь делаю? Это цирк или?..
— Вы обещали рассказать нам о Битве за Хогвартс, — нахмурилась декан Гриффиндора. — Что вы помните о войне, профессор?