Ветеран войны
Шрифт:
— Наверное, огромное высвобождение энергии вкупе с его страстным желанием бежать куда-то, спастись. — В-Стивенс на секунду смолк, размышляя.
Дверь открылась, и в кабинет проскользнула В-Рафия.
— Ой, — вскрикнула она, увидев Паттерсона, — я не знала…
— Ничего страшного, — ободряюще кивнул В-Стивенс. — Ты должна помнить Паттерсона, ведь это он сидел за рулем, когда мы тебя спасли.
Сейчас В-Рафия выглядела значительно лучше, чем несколько часов назад. Царапины исчезли под слоем пудры, волосы причесаны, вместо порванной при бегстве одежды — строгая юбка и серый пушистый свитер, ярко-зеленая
— Я хотела бы остаться здесь, — нерешительно повернулась она к Паттерсону, а затем бросила умоляющий взгляд на В-Стивенса. — Мне нельзя возвращаться, по крайней мере — в ближайшее время.
— На Земле у нее никого нет, — объяснил В-Стивенс. — Кстати, В-Рафия — биохимик второго класса. Работала в вестингаузовских лабораториях, рядом с Чикаго. Поехала в Нью-Йорк, чтобы походить по магазинам.
— Но ведь она может улететь в Денвер, там есть В-поселение. Лицо венерианца потемнело.
— Вы считаете, что здесь и без нее хватает утколапых?
— Ну а что она будет у нас делать… Мы ведь не в осаде: пошлем ее в Денвер скоростной транспортной ракетой.
— Давайте возвратимся к этому вопросу позже, — раздраженно бросил В-Стивенс. — Сейчас у нас есть значительно более серьезная проблема. Так вы подвергли экспертизе документы Ангера? Вы вполне уверены, что они настоящие?
— Это конфиденциальный разговор, — озабоченно сказал Паттерсон, искоса взглянув на В-Рафию.
— Вы имеете в виду меня? — растерянно спросила В-Рафия. — Тогда мне, наверное, лучше уйти.
— Ты останешься здесь! — крепко схватил ее за руку В-Стивенс. — Послушайте, Паттерсон, эту историю все равно нельзя сохранить в секрете. Ангер рассказал ее уже нескольким десяткам людей, он ведь круглый день сидит в парке, на этой самой скамейке, и пристает со своими воспоминаниями к каждому прохожему.
— А что там такое? — заинтересовалась В-Рафия.
— Ничего особенного, — в голосе Паттерсона звучало предостережение, явно адресованное В-Стивенсу.
— Ничего особенного? — эхом отозвался В-Стивенс. — Ничего особенного, просто небольшая такая война, совсем маленькая. — Венерианец говорил возбужденно, на его лице читалось жадное предвкушение. — Делайте ставки прямо сейчас. И не надо рисковать, ставьте на верного победителя. Ведь эта будущая война, если разобраться, уже в прошлом, в истории, как походы Александра Македонского. Разве я не прав? — повернулся он к Паттерсону. — Вот что вы скажете? Я не могу ее остановить, и вы тоже не можете, верно?
Паттерсон медленно кивнул.
— Думаю, вы правы, — сказал он упавшим голосом. И ударил. Изо всех сил.
Он только слегка зацепил венерианца — бросившись на пол, тот выхватил из кармана фризер, карманный излучатель холода. Не дожидаясь, пока В-Стивенс прицелится, Паттерсон ногой выбил оружие, а затем наклонился и одним рывком поставил противника на ноги.
— Получилась ошибка, Джон, — сказал он, задыхаясь. — Я не должен был показывать тебе документы Ангера.
— Правильно, — с трудом прошептал В-Стивенс. — Он смотрел на Паттерсона со снисходительной жалостью. — Но теперь я все знаю. Вы проиграете эту войну. Даже если упрячете Ангера в сейф и засунете в центр Земли — все равно уже поздно. Как
— Нью-йоркское представительство «Кока-Кола» сгорело.
— Ничего, свяжусь с Чикаго. Или с Балтиморой. В самом крайнем случае вернусь на Венеру. Надо ведь разнести добрую весть. Война будет долгой и трудной, но в конце концов мы победим.
— Но я могу вас убить, — возразил Паттерсон. Его мозг работал с лихорадочной скоростью. Ведь еще не поздно. Если задержать В-Стивенса, а Дэвида Ангера передать военным…
— Я знаю, о чем вы думаете, — хрипло сказал В-Стивенс. — Если Земля не захочет сражаться, если вы уклонитесь от войны — тогда у вас появится какой-то шанс. — Его губы скривились в саркастической усмешке. — И вы надеетесь, что мы позволим вам избежать войны? Только не теперь. Как там у вас говорят? «Все компромиссы -предательство»? Поздно, друг мой.
— Поздно будет лишь в том случае, — сказал Паттерсон, — если вы отсюда выйдете. Не спуская глаз с В-Стивенса, он нащупал на столе тяжелый стальной брусок, который прижимал документы к столешнице, — и тут же в его ребра уперся ствол фризера.
— Я не очень хорошо знаю, как стреляют из этой штуки, — медленно сказала В-Рафия, — но здесь только одна кнопка, так что ее я и нажму.
— Верно, — облегченно вздохнул В-Стивенс. — Только не нажимай до упора. Мне он симпатичен. И, может быть, все-таки прислушается к голосу разума. Вам лучше оказаться на нашей стороне, Паттерсон.
Он вырвался из руки Паттерсона и отошел на несколько шагов, осторожно ощупывая рассеченную губу и сломанные передние зубы.
— Это безумие, — резко сказал Паттерсон, глядя на фризер, дрожавший в неуверенной руке В-Рафии. — Вы что же, думаете, мы будем участвовать в войне, если заранее знаем, что обречены на поражение?
— А у вас не будет выбора. — Глаза В-Стивенса горели мстительным восторгом. — Мы заставим вас драться. Когда мы ударим по городам, вам просто некуда будет деться. Вы начнете сопротивляться, это в человеческой природе.
Первый импульс из фризера прошел мимо — Паттерсон отшатнулся и попытался схватить узкую руку, державшую оружие. Не сумев этого сделать, он упал ничком — и вовремя: луч опять прошел мимо.
В-Рафия никак не могла направить фризер в сторону поднимающегося с пола врача, она пятилась, широко раскрыв полные ужаса глаза. Выбросив руки вперед, Паттерсон прыгнул на перепуганную девушку. Он увидел, как напрягся ее палец, увидел, как потемнел при включении поля ствол фризера. И это было все.
Резко распахнулась дверь, и В-Рафия попала под перекрестный обстрел одетых в синюю униформу солдат. Едкий, убийственный холод пахнул Паттерсону в лицо, вскинув руки, он снова повалился на пол, а над головой змеино посвистывали смертельные лучи.
Вокруг дрожащего тела В-Рафии вспыхнуло белоснежное облачко абсолютного холода; какую-то долю секунды она еще двигалась, но затем резко замерла, словно пленка ее судьбы остановилась в проекторе. Все цвета жизни сменились одним — мертвенно-белым. Подняв одну руку в тщетной попытке защититься, посреди кабинета В-Стивенса. стояла жуткая пародия на человеческую фигуру.
А потом она взорвалась. Превратившаяся в лед вода взломала клетки и разметала кристаллическую пыль по всему кабинету.