Ветер полыни
Шрифт:
На стену оказалась выплеснута очередная порция вина. Перед Тиф вновь повисло магическое зеркало.
Хотя Тальки путешествовала в богатой карете, на ней было одето простое суконное платье и видавшая виды теплая вязаная кофта. Ноги Проказы укрывал клетчатый плед, сотканный из шерсти северных овец — старуха всегда любила тепло. Рядом, на бархатных алых подушках, свернувшись клубком, спал пушистый белый кот. Еще один, черный, в золотом ошейнике, дрых у окна.
Бледно-голубые глаза равнодушно скользнули по Тиа.
— Здравствуй, милочка. Как твои дела?
— Рада,
Целительница расстроено цокнула языком.
— Но ты в Альсгаре?
— Да. Мне удалось сюда пробраться. Правда, дорога к Башне закрыта.
Наконец-то она заслужила заинтересованный взгляд старой карги:
— При чем тут Башня, девочка? Какие у нас могут быть дела с этими дурочками?
Тиф пришлось рассказать историю о том, что Целитель оказался Ходящим, и как он, вместе с другими волшебницами, взял в оборот лучника и девку самородка.
— Дела у тебя, и вправду, далеки от совершенства. Пока они под защитой Башни, ты до них не доберешься. Похоже, у милых кумушек появился интерес к этой парочке. А сие означает, что вернуть ее будет очень и очень непросто.
— Сейчас шанс есть, но через два дня его может не стать. Рован на подступах к городу.
— Проворный мальчуган, — одобрительно кивнула Тальки. — Как я, понимаю, ты говорила с ним.
— Да. Только что. Он опять интересовался книгой.
— Ну, конечно же, интересовался. Как же иначе? Могу предположить, что мальчик был не очень рад, когда узнал, что ты ничего не нашла.
— Не то слово. Но еще недовольнее Чахотка был бы, если бы догадался, что я ничего и не искала.
Проказа разразилась кудахчущим смехом.
— Чему ты радуешься, позволь узнать? — с раздражением поинтересовалась Тиф.
— Все так предсказуемо. Теперь он будет осторожничать и не станет полагаться на огонь и магию. Во всяком случае, так, как рассчитывал раньше. А это означает только одно — наш друг провозится с городом гораздо дольше, чем собирался. Боюсь, он не справится даже до зимы. А это означает, что Лей спокойно завершит компанию без назойливой помощи вспыльчивого малыша и уйдет на зимовку где-нибудь под Брагун-Заном, если не под Корунном. Боюсь, в последнее время, присутствие Чахотки заставляло Чуму быть… несколько нервным. Отсутствие первого пойдет на пользу не только второму, но и всему нашему общему делу.
Хитрая паучиха! Интересно, как давно она это спланировала и начала дергать за ниточки?!
— Ты все продумала заранее.
— Глупости, милочка. Удачное стечение обстоятельств. И только.
— Рассказывай это Митифе, а не мне. Я начинаю задумываться, Тальки. А существуют ли, на самом деле, каракули приснопамятного Скульптора?
— Хочешь сказать, я сочинила сказку, чтобы выманить Рована с севера? — понимающе улыбнулась Проказа. — Нет. К сожалению. Как ты там выразилась? «Каракули приснопамятного Скульптора», похоже, все же спрятаны где-то в Альсгаре. Если только умница Митифа не водит нас за нос. Думаешь, она на такое способна?
— Эта святая простота?! — презрительно фыркнула
— Как печально такое слышать. Но, пожалуй, я с тобой соглашусь, девочка. Правда, давай не будем перемывать косточки нашим общим друзьям и моим ученикам — это некрасиво, — хихикнула Проклятая. — Я хотела сообщить тебе последние новости.
— Ты так добра, — с иронией в голосе произнесла Тиа.
— С другой стороны, я могу и помолчать, — не меняя тона, проворковала Тальки.
— Нет, я думаю…
— Тогда придержи свой острый язычок, девочка! — Впервые за время разговора в глазах Проказы сверкнула сталь. — Ты должна быть благодарна, что я не вышвырнула кое-кого в выгребную яму, когда он попросил меня о помощи. Запомни раз и навсегда — ты нуждаешься во мне гораздо больше, чем я в тебе. Меня начинает раздражать твоя грубость.
— Прости, — проглотив гордость, повинилась Тиф.
— Ничего, милочка, — тут же «оттаяла» Проказа. — Пустяки. Я вовсе не обиделась. Смотрю, ты наконец-то полностью взяла под контроль тело этого мальчугана. Хорошо. Очень хорошо. Делаешь успехи. Итак, новости. Хорошие и плохие. Какие предпочитаешь услышать первыми?
— Давай начнем со сладкого.
— Как угодно. После того, как Высокородные и часть йе-арре перешли на нашу сторону, Лей миновал Перешейки Лины, обложил Окни и сейчас находится где-то между Слепым Кряжем и Лестницей Висельника. Имперцы вцепились в землю зубами, но, считаю, что мы возьмем перевал. Аленари бросила свои основные силы Лею на подмогу. Это хорошее подспорье.
— Если Оспа отдаст войска, осада с Гаш-Шаку будет снята?
— Нет. Людей у стен города Кавалара осталось достаточно. Кроме него на востоке есть лишь один очаг сопротивления — Альс, но ему долго не продержаться. Уже скоро мы сможем двинуться на равнины Руде.
— В степях брать нечего. Десяток вшивых деревенек.
— Из них можно нанести удар по Радужной долине. Ты забыла?
— Нет. Конечно, нет. Хотя я считала, что ее время еще не пришло. — Тиа несколько ун молчала, затем поинтересовалась:
— Что союзники?
— То же, что и всегда. С нами. Слишком большой кусок земли мы пообещали набаторскому королю. Солдат довольно. Все излишки направлены к Лею. Они помогут в том случае, если север не захочет сломаться сразу.
— Аленари с Леем?
— Нет. Оспа решила прогуляться до Радужной долины. Сочла, что следует утихомирить Ходящих и лишить их какого-то количества зубов.
— Она может найти что-нибудь ценное. Там полно башен работы Скульптора, а он любил прятать секреты. Отпускать ее слишком неосмотрительно…
— Именно поэтому я решила составить ей компанию, — хихикнула старуха.
— Она знает?
— Еще нет. Девочка опережает меня на четыре дня, так что приходится подгонять лошадей. Слава Бездне, что моя карета удобна. Я слишком стара. Долгая дорога утомляет. Скорее всего, никаких непредвиденных ситуаций не возникнет. Аленари не дура, и никогда не была жадной. Не думаю, что она станет возражать из-за моего присутствия. Отчего ты так нахмурилась?