Ветер перемен
Шрифт:
Однако, учитывая высказанное пожелание, он к предстоящей встрече с ним разработал дополнительно предложения по стратегии и тактике предвыборной борьбы, которые должны были принести победу партии Лебедя. В них был список общественно-политических движений, организаций и партий, с которыми, по его мнению, с этой целью необходимо было заключить союз.
Генерала Лебедя часто показывали по телевизору, и Наумов думал, что он его внешне представляет. Очевидно, опасаясь роста популярности и симпатий к нему населения, правящий режим старался представить конкурента в борьбе за власть в образе грубого
«Если Лебедь так же умен, как обаятелен и элегантен, то у него несомненно большое политическое будущее, — первое, что подумал Артём Сергеевич, пожимая руку прославленному генералу. — Жаль, если ошибусь». Но дальнейшая их беседа не снизила его мнения о личности перспективного кандидата на пост президента России, хотя и немного разочаровала.
Бывший воздушный десантник проявил в разговоре изрядную эрудицию и остроумие. Его оценки внешней политики и экономического положения были резковаты, но точны. В них ярко проступала патриотическая «обида за державу» и искреннее желание улучшить жизнь своего народа, подняв его благосостояние и наведя порядок в стране. И главное — создавалась твердая уверенность, что это ему по силам.
Разочаровало Наумова лишь то, что, признав право граждан на долю доходов от природных богатств России и в принципе справедливость предложения по реализации этого права путем ежегодных денежных выплат, Лебедь счел его несвоевременным.
— Это предложение требует самого серьезного изучения, и мы к нему еще вернемся. Если дадим народу такое обещание, хорошо не продумав, наломаем дров. Люди поймут, что можно хорошо жить, ничего не делая, и тогда — катастрофа. У нас и так лентяев пруд пруди, — улыбнулся он Артёму Сергеевичу, — а тут совсем никто работать не будет.
Больше всего генералу понравились тактические выкладки Наумова о временном альянсе оппозиционных Ельцину сил, и объединении их вокруг его партии. Но особенно — тезис о необходимости предвыборного блока со сторонниками мэра Москвы Лужкова. Лебедь считал, что это гарантирует ему победу на выборах.
— Я поручал установить связь с их политсоветом. Но они на контакт не идут, — откровенно признался генерал. — Не могли бы вы помочь в этом? К вам, как видному ученому, они отнесутся лучше, чем к моим воякам-афганцам, — полушутя добавил он.
— Не сочтите за лесть, но, кроме вас, я не вижу достойной альтернативы Ельцину на предстоящих выборах, — ответил Артём Сергеевич, складывая в папку бумаги. — И сделаю все, что потребуете. Но только после того, как пообещаете в своей программе дать гражданам России частицу от богатств их страны.
Генерал на это ничего не ответил, и Наумов вышел. Больше Лебедь его к себе не приглашал, и он тоже не искал с ним новой встречи.
— Выходит, и он на деле ничего не хочет дать нашим гражданам от богатств страны? — опечалилась Варя, когда муж рассказал ей о встрече с генералом. — За кого же мы будем голосовать?
— За него и будем, — подумав, ответил Артём Сергеевич. — Лебедь производит впечатление
Часть вторая
Торжество ловкачей (1996–1999 гг.)
Глава 7
Криминальный передел
Народная поддержка на референдуме новой Конституции закрепила победу над оппозицией и, по сути, неограниченную власть Ельцина. Это вселило в его сподвижников уверенность в свободе своих действий и возможности как угодно нарушать законы, оставаясь безнаказанными. Тем более что ишемическая болезнь у президента обострилась, понизила его работоспособность, и, судя по всему, он перестал их контролировать.
— Ты, сидя дома, даже не представляешь, что сейчас творится в стране, — возбужденно сообщил Максименко приболевшему Наумову: он заехал, чтобы навестить его и передать купленные по просьбе Вари лекарства. — Приближенные к Ельцину дельцы, вместе с его окружением беззастенчиво присваивают наиболее прибыльные производства. Они расхватали все самое лучшее, и уже начинается криминальный передел.
— Какой еще передел? — удивился Артём Сергеевич. — У них же в руках вся власть. Кто может сейчас с ними поспорить?
— Во-первых, криминальные группировки почти в каждом регионе страны обладают немалыми силами и капиталом, — объяснил Николай Павлович. — Всеми правдами и неправдами они постараются отобрать лучшее у жуликов, примазавшихся к власти. Даже путем кровопролития. — Он презрительно усмехнулся: — И в окружении Ельцина назревает драка. Дельцы, связанные с Чубайсом, жестко конкурируют с теми, кому оказывает покровительство начальник охраны президента Коржаков.
— Неужели начальник охраны так силен? — изумленно поднял брови Наумов. — И потом, какие криминальные разборки могут быть у тех, в чьих руках власть?
— Так они ж ее не поделили. Вот и действуют преступными методами, — объяснил Максименко. — Но верх, похоже, берет генерал, так как у него есть на то спецслужбы, и он в тесном контакте с ФСБ.
— Ты хочешь сказать, что они могут пойти на физическое устранение конкурентов? — ужаснулся Артём Сергеевич. — Неужели такое возможно?
— А я допускаю это, — спокойно сказал Николай Павлович. — Насколько знаю, в КГБ и МВД были так называемые ликвидаторы, их задача — физическое устранение предателей и наиболее опасных преступников, даже если они скрывались за рубежом. — Вот увидишь, скоро начнется отстрел новых хозяев доходных предприятий. С обеих сторон: организованной преступности и конкурирующих групп, связанных с властью.
— Не понимаю, что может дать убийство главы какой-нибудь компании или банка? — усомнился Наумов. — Ведь на его место немедленно придет другой из той же группировки. Это все равно что тасовать карты в одной колоде.
— Не скажи. Ты не в курсе всей этой механики, а я ее знаю, — снисходительно разъяснил ему друг-бизнесмен. — Сейчас организованная преступность на местах располагает акциями почти каждого доходного предприятия и имеет своих людей в совете директоров. Теперь сечешь, чего добиваются?