Ветер над яром (сборник)

Мне

хотелось начать предисловие так: на недавнем семинаре “Борисфен-88” Всесоюзного творческого объединения молодых писателей-фантастов (ВТО МПФ) при НПО ЦК ВЛКСМ “Молодая гвардия”, который проходил в Днепропетровске в октябре 1988 года… и так далее. Четко и вполне канонически.

Но оказалось, что каноны придется нарушать, как были нарушены они в стенах “Молодой гвардии” 18 мая 1988 года самим появлением на свет ВТО МПФ, и обо всем, что произошло с тех пор, как и вообще о ВТО, надо говорить — совсем недавно.

Но так недавно образованное объединение, собрав за неполный год под свои знамена более двухсот молодых авторов, работающих в жанрах фантастики и приключений, успело немало.

В июле 1988 года ВТО МПФ в Ташкенте был проведен первый всесоюзный семинар молодых писателей-фантастов. Их знакомство с узбекской фантастикой, творчеством молодежи республики и друг друга оказалось и интересным, и результативным — из отобранных редколлегией рукописей составлены два сборника. Сборники эти едва успели уйти в набор, как спустя всего три месяца, 23 октября, в Днепропетровске на открытии семинара “Борисфен-88” собрались семьдесят девять молодых фантастов и активистов движения клубов любителей фантастики из тридцати пяти городов страны: из Тбилиси и Одессы, Новосибирска и Харькова, Омска и Ташкента, Чернигова и Калининграда, Киева и Волгограда. Приехали они уже не просто “людей посмотреть — себя показать”, но и обсудить многие проблемы фантастики и, конечно, поучиться мастерству.

А учиться было у кого. Опыт руководителей “Борисфена-88” Р.В.Чекрыжовой, Н.К.Гацунаева, В.В.Головачева, Е.Я.Гуляковского, Э.П.Маципуло, Ю.М.Медведева, Л.Н.Панасенко, их профессиональное чутье, умение работать с молодыми авторами сделали семинар исключительно плодотворным.

За десять невероятно насыщенных дней были рассмотрены редколлегией рукописи не только приехавших участников семинара, но и присланные для заочного ознакомления произведения ста двадцати одного молодого автора! А всего за время существования ВТО МПФ редколлегия ознакомилась с творчеством более пятисот молодых писателей.

Еще год назад считалось, что молодой советской фантастики почти не существует: в критических статьях постоянно мелькали одни и те же восемь — десять фамилий. Днепропетровский семинар не просто открыл ряд новых имен, главное открытие “Борисфена” — новое энергичное поколение молодых творцов с собственным философским взглядом на мир, гражданской позицией, оптимизмом, нетривиальными идеями и огромным желанием писать.

Редколлегией рекомендовано поистине фантастическое количество рукописей, достаточное для пяти солидных сборников. И все эти сборники, благодаря профессионализму редколлегии и поддержке издательства “Молодая гвардия”, уже в производстве.

А перед вами, читатель, один из них.

Ирина Игнатьева

Моросило. Тучи плыли низко, задевая крыши высотных зданий. Воронцов отошел от окна и включил свет. Стол был пуст, телетайп и дисплеи отключены.

Воронцов поднял тяжелый чемоданчик-дипломат, поморщился. Он не любил ходить с тяжестью, а сейчас погрузил в чемоданчик и диктофон, и машинку, и бумаги из самых необходимых. Диктофон и машинку он оставит дома, а бумаги возьмет с собой на противоположную сторону Земли. Каждый раз перед отлетом в Нью-Скоп он начинал воспринимать Землю как целое, как шарик, не очень-то и большой.

Было грустно, и не хотелось никуда ехать. Обычно перед отлетом Воронцова охватывало нетерпение, он был рассеян, мысленно уже формировал план деятельности, прикидывал, куда пойдет в первую очередь, с кем повидается, о чем напишет. А сегодня… Сковывает сознание, давит. Может, потому что морось?

“Нет, — подумал Воронцов, — это, пожалуй, из-за Ленки”.

Через какой-то месяц он станет дедушкой, но внука (или внучку) увидит будущим летом, когда вернется в отпуск. Впрочем, часто ли он сейчас видится с дочерью? За полтора месяца, что он провел дома, много было всяких встреч, а у Ленки он побывал дважды, и она со своим Игорем приезжала четыре раза. Ира — это решено — переселится теперь к молодым, хотя добираться до работы ей будет сложнее. И хорошо, что он улетает — не будет путаться под ногами.

Воронцов оглядел кабинет. Ничего не забыл, можно уходить. На столе тихо щелкнуло в динамике селектора, и Воронцов услышал приглушенный голос:

— Алексей Аристархович, вы еще у себя?

— Да, — сказал Воронцов. — Уже собрался, Виктор Леонидович.

— Загляните ко мне, хорошо?

Они уже попрощались с главным, все нужное сказано. О чем вспомнил неподражаемый Лев? Внешне главный редактор вовсе не походил на царя зверей, но прозвища прилипчивы. Изредка к нему так и обращались — Лев Леонидович. Он не обижался.