Весы судьбы
Шрифт:
— Еще бы, ведь она мечтала сама выйти за тебя.
— Совершенно верно. От Сьюзен я отделался, а от страха потерять тебя — не смог.
— Выходит, нужно поблагодарить сестру за то, что она, сама того не желая, соединила нас?
— Выходит, что так! — улыбнулся Гордон.
— А ведь она меня уверяла, что такой мужчина, как ты, даже не взглянет на такую дурнушку, как я… И вправду, Гордон, как ты мог полюбить
— Ты — прекрасна, — просто сказал Гордон, — и этим все сказано. А потом, ты с ранних лет проявляла такую самоотверженность, самостоятельность и чуткость, которая твоим сверстницам и не снилась. До переезда в Уорикшир я был уверен, — что никогда никого не полюблю и брак мне противопоказан.
— Тем более что рядом с тобой была тетка, которая заботилась о тебе…
— …Как сестра и мать одновременно. Кстати, именно поэтому она так ревновала тебя ко мне. Она боялась, что ты не сможешь любить меня так, как любит она… Когда я встретил тебя, все мои представления о жизни перевернулись. Я вдруг обнаружил, что не все сводится к успеху, и в особенности — к успеху финансовому, что самое дорогое и самое труднодостижимое — это внимание и любовь другого человека. Я совершенно не надеялся на взаимность, во-первых, из-за разницы в нашем с тобой происхождении, во-вторых, из-за твоей отчужденности и холодности ко мне…
— Я боялась, что, выдав свои чувства к тебе, стану предметом твоих насмешек.
— Какие глупцы мы с тобой были, Агнес! — воскликнул он, прижимая ее к себе.
— После той самой первой ночи с тобой я готова была открыть правду, и, если бы ты зашел или позвонил, все открылось бы. Но появилась Лора…
— Прости ее, Агнес, — вздохнул Гордон, целуя ее волосы. — Лора по-своему боролась за мое счастье. Она уже поняла, что была не права, и хотела исчезнуть из моей жизни, но я сказал ей, что ты — необыкновенно чуткая и добрая душа и простишь ее …
— Я постараюсь, — пообещала она. — В конце концов, она не бросила тебя в самый тяжелый момент твоей жизни…
— Да, — согласился Гордон. — Скажи, Агнес, ты действительно… готова была пожертвовать своим поместьем?
— Конечно, — сказала Агнес. — Кстати, как твои дела?.. Нет, нет, ничего не говори, — воскликнула она, увидев, как он напрягся. — Я вышла
— Но вышло как в поговорке: не было бы счастья, да несчастье помогло. Самое главное: мы оба знаем теперь, что любим друг друга. Кроме того, я не просто устоял, но и получил крупный выигрыш, правда, совсем в другом деле, — такое сплошь и рядом бывает в финансовых играх. Сегодня я богаче и могущественнее, чем когда-либо в прошлом, но весь мой капитал не стоит одного твоего пальчика, Агнес.
— А почему ты не прикасался ко мне с той ночи в Шато-де-Флер?
— Мне было мучительно стыдно, что я силой принудил тебя к близости, и я боялся, что если еще раз сделаю это, то потеряю тебя навсегда. Я был уверен, что ты не любишь меня…
— Но теперь-то ты знаешь, что это не так?
— Да, мое сокровище!..
— Так чего же мы ждем, Гордон? Мы и так столько времени потратили впустую!..
Эпилог
Агнес сидела в саду в лучах закатного солнца и с улыбкой смотрела на спящую малютку Элизабет.
Несмотря на то, что Гордон когда-то мечтал о сыне-первенце, который унаследовал бы графский титул Рокуэллов, он не только не был разочарован рождением девочки, но, судя по всему, полюбил ее больше всех на свете.
Правда, когда к ним в гости приезжала Джейн, он все время заводил разговор р том, что она, как крестная его дочери, должна уговорить своего мужа быть восприемником сына, который непременно родится у них с Агнес.
Глядя на мужа, Агнес никак не могла поверить своему счастью и, только поймав его влюбленный взгляд, успокаивалась. Она, в свою очередь, ничего не имела против второго ребенка, особенно если учесть, что для этого нужно было сделать…
Она все чаще вспоминала деда и мысленно благодарила его за то, что он взял с нее клятву сохранить Спрингхолл. Ведь именно это в конечном итоге и привело ее к счастью.