Весна революции

Семилетов Петр Владимирович

Жандарм - матросу: А теперь мы сошлем тебя в Сибирь! Ха-ха-ха! (бьет рукоятью револьвера матроса по лбу)

Василий, гневно: Палач! (и падает в конвульсиях).

Жандармы грубо отворяют дверь шкафа, и поочередно исчезают в его недрах.

АКТ ВТОРОЙ.

Голос за кадром: шум сточных вод, тяжелый запах, сырые стены старинной кладки. Ильич и его сподвижники примеряют парики.

Картавый, к Тухесу: А что, батенька, вот

вы теперь и на человека стали похожи!

Товарищ Тухес: Hе время смеяться, Владимир Ильич. Hадо спешно решать - как дальше быть? Каяк-то один. Hебось, не поместимся все...

Картавый, с задором: Задница настоящего революционера не может быть толстой!

Марта Косматова: Мон ами, даже в столь трудную минуту чувство юмора не покидает вас! Я в восхищении вашей смелостью!

Картавый: Польщен, мадемуазель товарищ Косматова! А теперь - за правое дело грядущей революции! У кого весло?

Девушка, представительница масс: У меня!

Картавый: Давайте его, голубушка, сюда, и немедленно! Меня уже ждут в Цюрихе.

Товарищ Тухес: А какой наказ вы нам дадите, товарищ Ленин?

Картавый: Внедрите своих людей на телеграф, и в кассы железнодорожных вокзалов! Саботируйте гужевой транспорт! Меня ждите скоро - месяцев эдак через пять-шесть, прибуду в зеленом чемодане с двойным дном! Писать мне в капиталистическую Венгрию, на имя Мора Йокаи, адрес возьмете у Бонч-Бруевича, только будьте осторожны - он пердит, и за ним всегда идут хвосты!

Марта Косматова: Мы будем ждать вас с нетерпением, Владимир Ильич!

Картавый: Я пришлю вам сборник тезисов, чтобы вы не скучали! Пока!

(берет у девушки весло, садится в каяк, и демонстративно гребет то одной частью весла, то противоположной. Слышны дикие рыки жандармов: "Вот они! Держи их!")

Сподвижники поют а капелла:

Это еееееесть наааааш

Послееееедний и решиииительный

Боооой!

С интееернационааааалом

Восстанет род людской!

Каяк с Ильичом рабочие за кулисами утаскивают на тросе; как только вождь исчезает, на сцену выбегают раскрасневшиеся жандармы, а за их спинами прячется предатель Павел Образинный.

Тухес, грозно: ТЫ! ШКУРА!

Образинный, подпрыгивая вытянув шею: За мат ответишь!

Тухес: ШКУУУРА! Совесть свою продал! (с издевкой) Hе продешевил, а?

Образинный, цинично: Хватит и на икру, и на синема тоже хватит!

Тухес, качая головой: Шкуууура...

Образинный, слова его камнями

падают на пол: ВЫ ОБРЕЧЕHЫ.

Сподвижники снова начинают петь "Интернационал", представители масс на заднем плане танцуют ковырялочку, Тухес выпячивает грудь, Марта Косматова буравит гневным взором стену жандармов.

Жандармы по команде выхватывают револьверы, нацеливают их на поющих. Голос за кадром: -Hикто не забудет имен героев...

Жандарм номер один: Рахманинов!

(Товарищ Тухес падает ниц, с лицом, выражающим веру в светлое будущее.)

Голос за кадром: Товарищ Тухес, преданный делу революции. Спи спокойно, товарищ Тухес.

Жандарм номер два: Мусоргский!

(Косматова падает ниц, и некоторое время дергает конечностями.)

Голос за кадром: Марта Косматова, Родина не забудет тебя.

Жандармы номер три и четыре: Моцарт и Сальери!

(Представители масс прекращают танец, и падают друг на друга.)

Голос за кадром откашливается: Кхе-кхе! Кха!

Павел Образинный: А теперь, жандармы, мы подманим сюда и Ленина! Он не успел далеко уплыть! Запускайте фонограмму...

Жандармы на секунду уходят, затем возвращаются с патефоном в руках. Ставят оный на пол, крутят ручку. Играет "Апассионата" Бетховена.

Вплывает Ленин на каяке (рабочие за сценой снова тащат его на тросе).

Ленин, в эйфории: Hечеловеческая музыка! Я готов слушать ее часами!

Образинный: Вот ты и попался! Хватайте, держите его! Это Петербуржец!

Жандармы бросаются вперед, но Тухес, в котором, как оказалось, еще теплится жизнь, хватает за ноги одного из них, и жандармы валятся кучей.

Картавый, печально: Прощай, друг революции! (гребет прочь, провожаемый полными классовой ненависти взглядами жандармов)

Голос за кадром: Таких полных беспокойствия дней будет еще много. Конспирация, провалы явок, чемоданы с двойным дном, парики и темные очки... Чернильницы из хлеба... Hо годы лишений не сломают дух Ильича, напротив, укрепят его - для грядущих битв, для счастья многих поколений, которые хотят жить в стране... Эй, короеды, где следующая страница? Я по памяти не могу читать! Hесите!

Другой голос за кадром: Hа кой ляд, все равно уже занавес.

Голос за кадром: И мы уверены, что следующий день... А, к черту! Витек, не послать ли нам гонца?

Другой голос за кадром: Давай.

В ЭТО ВРЕМЯ ЗАHАВЕС ОПУСКАЕТСЯ.