Веселинка. Как стать феей
Шрифт:
– Не кваем, - буркнул принц, несколько манерно подавая руку своей даме, - нам не до того было.
– Квик только я его увижу, сразу сообщу вам, - любезно улыбнулась нам принцесса и протянула мне светло-зелёный шёлковый платочек.
– Мне, право слово, очень жаль, что с вами слуквилась подобная неприятность. Вот, возьмите, квик только вам понадобится помощь, или вы просто захотите пообщаться, взмахните этим платочком, и я моментально появлюсь перед вами. Кстати, меня зовут Василиса.
– Веселинка, - я широко улыбнулась принцессе
– Очень квиятно, - Василиса присела в изысканном поклоне, а потом с нежной улыбкой повернулась к своему нетерпеливо сопящему поклоннику.
– Идём, мой квинц, нас ждут.
– Какая милая принцесса!
– Дуняша восторженно захлопала в ладоши и даже на месте подпрыгнула от восторга.
– Только парень у неё жаба редкая, - фыркнул Лучезар, задумчиво постукивая пальцем по подбородку.
– Он принц, - я поёжилась от налетевшего ветерка, - как говорится, положение обязывает.
– Пошли, - Дуняша решительно ухватила меня за руку и потащила куда-то в сторону от главных ворот.
– Тебе нужно переодеться, а то простудишься.
Я посмотрела на сумку, которая чудом не утонула в канаве, и тихонечко застонала: всё промокло насквозь, переодеваться мне просто не во что! Ну почему я поленилась наложить на сумку заклинание сухости!!!
– Идём, - тянула меня за руку Дуняша, целеустремлённо глядя вперёд, а потому не замечая моей растерянности, - мы у родителей и помоемся, и переоденемся...
– И перекусим, - мечтательно добавил Лучезар.
– Тебе бы только есть!
– всплеснула руками Дуняша.
– Богатыря кормить надо, а то меч не сможет держать, - наставительно произнёс Лучезар, даже палец вверх поднял.
– Так ты его и так не держишь, - отмахнулась Дуняша, - ты же больше из лука стреляешь либо ножом охотничьим орудуешь. Как тать лесной, а не богатырь, честное слово! Перед подружками стыдно.
– А всё почему? Потому что не кормит меня сестрица родимая. Краюхи хлеба и то жале-е-ет, - на сиротский мотив протянул Лучезар.
– Ну забыла я Скатерть-хлебосолку взять, ну сколько меня этим попрекать можно?!
– рассердилась Дуняша, с такой силой дёргая меня за руку, что я испугалась, как бы без руки не остаться. Не то чтобы сильно жалко, но за столько лет я успела с ней сродниться.
– А у меня с собой хлебосолка, - пискнула я, чтобы немного утихомирить разгневанную девушку.
– Если хотите, можем перекусить.
– Да не, сейчас к родителям придём, - отмахнулся Лучезар, в чьих синих глазах, словно в бездонном пруду, плескались золотыми рыбками смешинки.
– Уже почти пришли.
К моему искреннему изумлению меня привели к небольшой тёмной двери всё того же Волшебного Университета, единственным ярким пятном на фоне старого, потрескавшегося от времени дерева входной двери была вычурная бронзовая ручка. Я далеко не сразу сообразила, что ручка отполирована не специально, просто этой дверью часто пользуются.
– Это преподавательское крыло, здесь жилые комнаты ну и так, по мелочи, всякие кладовые и библиотека, - шепнула мне Дуняша, и вся так и засветившись от гордости, добавила.
– У нас родители в Волшебном Университете преподают.
– А кто-то обещал, что не будет рассказывать о родителях, чтобы нас учительскими детьми не называли, - укоризненно покачал головой Лучезар.
– Веселинке можно, от друзей тайн не бывает, - отмахнулась от брата Дуняша и, умоляюще заглянув мне в лицо, попросила.
– Только ты не говори никому, ладно?
Я посмотрела в эти большие умоляющие глаза, такие доверчивые и нежные, и согласно кивнула. Что мне, сложно что ли?
– А что у вас родители преподают?
– шёпотом поинтересовалась я у Лучезара, пока Дуняша звучно колотила кулачком по одной из дверей в длинном, пропахшем пылью и старыми книгами коридоре. Да уж, не самый радужный вид у преподавательского крыла изнутри. Могли бы хоть какую-нибудь картину на серовато-белую стену для красоты повесить или вазочку с цветами на унылый длинный подоконник поставить, чтобы он не таким унылым казался.
Лучезар только открыл рот, чтобы ответить на мой вопрос, как дверь распахнулась и стоящая на пороге женщина звонко воскликнула:
– О, солнышки наши приехали! Проходите, скорее, у меня уже всё готово!
– Привет, мамулечка!
– Дуняша повисла на шее у женщины, перекрыв взявшему меня за руку Лучезару вход в комнату.
Лучезар, не долго думая, звучно шлёпнул сестру по попке, а когда Дуняша обиженно пискнула, спокойно пояснил:
– Пройти дай. Мам, привет, это Веселинка, она с нами.
Ничего не скажешь, исчерпывающие сведения. Я отчаянно покраснела и затеребила грязную сосульку, когда-то бывшую выбившимся из косы локоном, смущённо глядя на стоящую передо мной женщину. Настоящая красавица, с густыми золотисто-русыми волосами, короной уложенными на голове, большими блестящими серыми глазами и пышной грудью, при виде которой я не удержала завистливого вздоха. Мне самой о таком богатстве остаётся только мечтать.
– Здравствуй, Веселинка, - женщина приветливо мне улыбнулась и даже поклонилась, чем ещё больше смутила меня, - рада тебя видеть. Меня зовут Алёна Васильевна. Проходи, чувствуй себя дома.
Я замялась на пороге, не решаясь воспользоваться таким радушным приглашением, и тут Лучезар, чьё терпение окончательно истощилось, решительно втолкнул меня внутрь и плотно закрыл за собой дверь, после чего повернулся и радостно воскликнул:
– Ух ты, шанёжки! Мамуль, я тебя просто обожаю!
– Еду ты обожаешь, только о ней и думаешь, - буркнула Дуняша, недовольно глядя на то, как брат одним куском откусил сразу половину пышной румяной шанёжки.
– Мужчину кормить надо, - весело усмехнулась Алёна Васильевна, - путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.