Версты
Шрифт:
— Ах, с другим, невеста, ляг! -Черный, черный оку — внятен, Черный, черный оку — благ.
В час оставленных прибрежий,
— Ран, не знающих врачей — Черный, черный лишь не режет Цвет — заплаканных очей.
М. ЦВЕТАЕВА
В час как розы не приметил, В час как сердцем поседел — Черный, черный оку — светел, Черный, черный оку — бел.
Посему под сим злорадным Знаком — прибыли пловцы. Пребелейшей Ариадны Все мы •— черные вдовцы.
Все мы — черные нубийцы Скорби, — сгубленный дубняк! Все — Эгея соубийцы, И на всех
Прорицатель
Чарой клянусь полдневной, Небожителя — се — резец! Сын мой, кого прогневал Из роковых божеств?
Муж, и разя, радушен, Бог ударяет в тыл. Верность — кому нарушил, Сын. из бессмертных сил?
Перед какой незримой Явственностью неправ? Громы — с какой низринул Из олимпийских глав?
Сын, неземным законом Взыскан, — перстом сражен! Ревность — какой затронул Из олимпийских жен?
Высушенный опилок — Муж, за кого взялись! Мстительней олимпиек Несть, и не мыслит мысль.
Взыщут, — осколок глинян, Выплеснутый сосуд! Сын мой, кому повинен Из роковых?
Жрец
Несут Тело. Водорослью овито.
Т е з е й Узнаю тебя, Афродита!
ага, октябрь 1924 г.
Марана Цветаева.
ПРИМЕЧАНИЯ:
Стр. 8, строка 6 — слово рев прошу читать через простое е. Стр. 10, последнее четверостишие —? слово версты прошу читать рез е две точки, слово не с ударением на е. Стр. 14, строка 4 — ударение на что. Стр. 56, строка 2 —? слово тверже прошу читать через простое е.
М. Ц.
ВОССТАНИЕ
Лунная ночь застонала набатом, и волость понесла, как раза жанная лошадь.
К церкви набегал хмельной народ. На паперти Борис Пвань махал рукавами и петушиным голосом кричал:
— Граждане и братья, наша партия, партпя социалистов-ре» люционеров, призывает....
— Долой!
— Не надо никаких вапгах партий, хлеба не трогте.
— Тише.
— Просим... Борис Иваныч, валяй. • — Будя, наслушались...
?— Айда громить совет, — крикнул кто-то.
— Громить...
— Пошли-и-ии. ..
Митинг был сорван, и толпа, топоча и ревя, хлынула по ночи.
Гудел набат.
Совет разорвали на лоскутки. Злоба еще только в силу вх дила, каждому хотелось рвать-метать, и тогда вспомнили, что в К1 ватском конце стоит заготовительный отряд Прохоровской мануфа туры, бросились туда с топорами и кольями.
— Сдавайся, кармагалы.
— Выходи.
— Бросай оружью.
— Будя, попили-поели, п вам пришлось узлом к гузну. I Захваченный врасплох и перепуганный решительностью нати
ка, рабочий отряд сдался п перед правлением кооператива, где ноч> вал, выложил пулемет, винтовки и походную амуницию. За врем
*) Глава из повести «Страна Родная».
;ельной стоянки отряд держал себя мирно, изголодавшаяся ма-ровщина с охотой бралась за слесарную, жестяную, лудильную сякую другую работу, а потому убивать их не стали, а легонько, : порядку, поколотив, заперли в холодный амбар.
Размахивая винтовками п воодушевляя
В Чистый Понедельник Хомутово прикрыла шайка дезертиров, матку у них ходил Митька Кольцов. Рваные, одичавшие от по-янноп тревоги, — всегда их кто-нибудь ловил, или они яого-ни-ь ловпли, чтобы убить, — с ободранными винтовками за плечами, : цепко, как репьи, сидели на пугливых калмыцких лошаден-
и горланили Яблочко. Все завидовали их лошадям.
Митька собрал тысячную сходку и долго возмущал народ.
На загоревшейся лошади, верхом и без шапки прискакал бело-рский прасол Фома Двуярусный и стал просить у схода помощи:
Белоозеркой восстанцы больше суток дрались с карательным ядом. Фома, страшно выкатывая глаза, рвал волосатую грудь, стиле я на церковь, плакал и ругался отборной, сверкающей ру-ью.
[ -—? Бьют...Жгут...Не поможете — п вам завтра то же будет... пая икона... Наряжай людей... Дай помочи, православные.
Хомутовская и Белоозеровская волости рядом: переженплпгь. ?ероднились, завязали кровь узлом. Помощь дать страшно и отка-ь в помощи нельзя, г.Толпа галдела: : ' — Поможем, чем можем. 1 — Помоччи, как не помочь, да ведь голыми руками не сунешься.
— Черти, дуроломы!
?— Старики, надо по-божески. у
— Плетью обуха не перешибешь.
— Пускай молодые идут.
— Молодые...
— Беги, Липат, запрягай.
В помощь белооозерцам поскакал Митька со своими галмана-
и еще набралось желающих подвод с полсотни. Васька Буха-
пареш. ура да брось, есаул Мптькин. был оставлен в Хомуто-
получпв от своего удалого начальника словесный приказ: «По-
сам
стращай-ка ты, Вадька, наших коммунистов, пощекочи им пя| маленько, а за неисполнение настоящего в боевой обстановке, ф§5 покоен, удавлю».
Набрал. Васька людей подходящих, повел их по селу.
— Где, которы тут коммунисты?
— Вон крайня изба Стенки Ежика.
— Забегай с егороду, гляди, чтоб не утек, стерва.
— Врет, от своих пяток никуда не убежит. Налетели, кувыркнули избу, ломали, колотили, рвали, са
Ежика вывели на улицу и убили тяжелым боем. Лпкстану Дуда» в распоротое брюхо набили ячменю; Поливала, захлестнув за пв вожжами макали в прорубь, макали пока он не испустил дух; ГЯ горью Бондарю наколотили на голову железный обруч, у него выЯ лились глаза. Всех их выбросили на навозные кучи. Акимку Сов кина нашлп в потребе, в капустной кадушке; рубил его аргал* рийскпм тесаком сам Васька Бухаров, ровно по грязи прутом ш* пал, рубил, приговаривал: «Вот вам каклеты, а вот антрекот». т рыли Акимку в неглубокую яму, он ночью отдышался и уполз * мой. Прослыша про такую чепуху, прибежал к нему Ва.ська и ,с А зав: «Ах ты, вонючка», — тем же тесаком отпилил Акиыке гол*7 напрочь и зарыл его в глубокую яму.