Вершина кучи

Гарднер Эрл Стенли

— У вас есть какой-нибудь документ, кредитная карточка, водительские права или что-нибудь в этом роде? — спросила меня служащая.

Я предъявил водительские права и удостоверение частного детектива.

— Вот здесь еще распишитесь, — указала она на строчку ниже.

Я расписался. Она стала считать деньги: триста пятьдесят долларов двадцатками и десятками. Это было одно из самых приятных зрелищ, которые я когда-либо наблюдал в своей жизни.

Габби Гарванза должен был уже приземлиться в аэропорту, и я составил список пяти самых

престижных отелей, начав обзванивать их и спрашивая, не остановился ли у них мистер Джордж Гренби. В третьем по счету мне ответили, что мистер Гренби остановился у них. Я попросил соединить меня с ним, подождал, пока в трубке не раздался сердитый, раздраженный голос:

— Алло?

— Я хочу поговорить с вами о Морин Обэн, — сказал я. — Я частный детектив из Лос-Анджелеса. Полиции не нравится то, как я провожу расследование, и они хотят меня схватить. Я к этому, естественно, не стремлюсь. Я хочу поговорить с вами.

Габби Гарванза подтвердил свою репутацию человека неразговорчивого.

— Приходите, — коротко бросил он и повесил трубку.

Взяв такси, я поехал в отель, и мне удалось подняться в его номер незамеченным. Постучав в дверь, услышал:

— Входите.

Поколебавшись секунду, я распахнул ее. Комната оказалась пустой. Тогда я сделал несколько шагов вперед, но опять никого не увидел. В ту же секунду дверь захлопнулась с помощью здоровенного охранника, который стоял за нею и не был виден. Он сразу подступил ко мне. Одновременно открылась дверь из ванной, и в комнату вошел болезненного вида человек, который, очевидно, и был Габби Гарванза.

— Руки вверх! — произнес охранник. Я немедленно поднял руки. Это был здоровенного вида парень с ушами, напоминающими листья цветной капусты, и лицом, носившим следы былых нелегких сражений; он обыскал меня самым тщательным образом.

— Он чист, — резюмировал охранник.

— Садитесь и скажите мне, кто вы такой и что вам от меня нужно? — сказал Габби.

Я сел, сказал, глядя ему в глаза:

— Меня интересует, что случилось с Морин Обэн?

— Меня тоже.

— Я частный детектив и расследую совершенное преступление. — С этими словами я протянул ему свое удостоверение. Едва взглянув, он сначала отложил его, потом, задумавшись на миг, снова взял в руки, внимательно стал рассматривать и тут же положил его в карман.

— У вас крепкие нервы, Лэм.

Я промолчал.

— Как вы меня нашли?

— Я детектив.

— Это ни о чем еще не говорит.

— Подумайте лучше, может быть, все-таки вам придет что-нибудь в голову.

— Не люблю думать. Я здесь скрываюсь. Инкогнито, — продолжал Габби. — И если так легко обнаружить мое прикрытие, я хочу знать, как вы этого добились.

— Я у вас в номере. Таким образом, как видите, это оказалось не так уж трудно сделать.

— Каким образом?

— Я ничего не могу сказать вам на это. У меня есть связи, и я не вправе раскрывать их.

— Вы возомнили о себе при всей вашей ничтожности

Бог знает что! — начал выходить из себя Гарванза.

— Мне нравится ваша наглость, — засмеялся я ему в лицо.

— Спасибо.

— Что у вас за проблема, мистер?

Он недовольно поморщился и сквозь зубы процедил:

— В дело замешан Джон Карвер Биллингс Второй — парень, который заявил, что он был с Морин, когда она ушла от нас с вечеринки.

— Продолжайте.

— А это все. — Он покачал головой. — И я хочу выяснить, где на самом деле находился в ту ночь Джон Карвер Биллингс Второй.

— Что же вам мешает это сделать?

— Да ничего.

— Ну, тогда идите и выясняйте.

— Это, господин детектив, именно то, что я сейчас и делаю.

— Тогда вы не очень-то далеко продвинулись в этих поисках. — Усмехнувшись, я достал сигарету.

Охранник посмотрел на Габби, как бы вопрошая, выбросить ли меня за мою наглость в окно или вышвырнуть в коридор через дверь.

Спокойно прикурив сигарету и задув спичку, я сказал:

— Молодой Биллингс говорит, что он сначала познакомился с Морин, а уже потом отправился с ней посидеть в другое место. И там, едва войдя, она ушла в дамскую комнату и оттуда уже не появилась.

— И тебе это кажется достаточно правдоподобным?

— Отнюдь нет.

— Тогда продолжай, — милостиво разрешил Габби, настойчиво разговаривая со мной на «ты».

— Мне кажется, мистер, все произошло следующим образом: Морин была в ресторане со своими знакомыми. Весьма состоятельными знакомыми. Они же ее и охраняли. Молодой Биллингс придумал миленькую историю о том, как просто с ней познакомился и так же просто она ушла с ним с этой вечеринки, будто Морин Обэн какая-то дешевая секретарша, приглашенная туда своими знакомыми клерками или бухгалтерами из офиса. Не думаю, что все происходило именно так. Это одна сторона вопроса.

— Продолжай думать вслух, — попросил Габби уже более спокойно.

— Другая состоит в том, что мне совсем не хочется, чтобы молодой Биллингс брал на себя вину за то, чего он не совершал и чего не смог бы сделать никогда… Вот я и подумал: может быть, мистер Гарванза, вы прилетели сюда, чтобы задать ему парочку вопросов?

Габби громко рассмеялся, а я замолчал.

— Нет, ты продолжай!

— Я сказал все.

— Тогда дверь вон там, — ткнул он пальцем на выход из номера.

Я покачал головой:

— Я не уйду, пока вы мне не скажете, собираетесь ли порасспросить молодого Биллингса, проверить истинность его показаний и не по этим ли причинам вы вернулись сюда, мистер…

— Иди копайся в своих бумагах, — жестко бросил мне телохранитель, поймавший гневный взгляд своего хозяина.

Я не двинулся с места. Габби Гарванза на этот раз кивнул, и телохранитель сразу же двинулся ко мне.

— Не спешите! — предупредил я. — Может быть, мистер Гарванза, я смогу оказать вам когда-нибудь необходимую услугу.