Вероника №5
Шрифт:
Люся была готова и дальше прыгать с парашютом, если необходимо. Секс до и после адреналинового шока был потрясающим. Но через полгода парень почему-то охладел, дал девушке от ворот поворот и даже не смог внятно объяснить причину расставания. Наверное, нашёл другую прыгунью.
Ещё один весьма обеспеченный товарищ целых два месяца скрашивал Люсино одиночество. Он был не жадным: дарил подарки, купил мебель, свозил подругу на остров Пхукет. Там Люся, вереща от восторга, кормила трёхлетнего чёрного слонёнка, а он обнимал её хоботом. Она плавала в бассейне под тёплым дождём, смотрела змеиное шоу…
Но
Больше с благодетелем Люся не виделась, на его звонки не отвечала. Но с грустью вспоминала поездку в Таиланд – маленьких вежливых тайцев, тёплый тропический ливень, чёрного слонёнка, фабрику жемчуга…
А в остальном, к сожалению, всё больше попадались или моральные уроды, или маменькины сынки, или озабоченные маньяки…
Но Люся верила, что когда-нибудь удача ей улыбнётся.
Глава 3
Сотрудницы химлаборатории регулярно отправлялись в цех инструктировать аппаратчиков по нормам закладки или сообщать им об изменениях в технологическом процессе. Для Люси эти вылазки были развлечением и удовольствием, а для Даши – форменной пыткой.
Работники цеха постоянно сыпали шуточками, заигрывали. Люся в эти моменты буйно расцветала, как орхидея, и за словом в карман не лезла. А Даша смущалась, краснела. Она была слишком сложной, чтобы непринуждённо парировать выпады парней, всё воспринимала всерьёз, мучительно обдумывала. Зацикливалась на каждом движении, постоянно видела себя со стороны: неловкая, странная. Почему ей не удавалось быть такой же лёгкой и органичной, как Люся?
Дарье казалось, парни её обсуждают. Смеются над невзрачной внешностью, манерой одеваться. Они часто её переспрашивали, не понимали значения некоторых слов. Даша пугалась: а вдруг парни подумают, что она нарочно употребляет заковыристые термины, высокомерно подчёркивая пропасть между ними, простыми работягами, и ею, внучкой академика Фёдора Кольцова? А ведь у неё и в мыслях не было!
Артём Е. (25 лет, сотрудник цеха по производству автохимии):К нам из лаборатории присылают двух крошек. Люда – это вертлявая мартышка. А Даша… О-о, Даша… Обычно, когда говорит, она смотрит в пол. Но если поднимает свои зелёные глазищи…
Бли-ин… У меня внутри всё переворачивается.
Нет, реально. Всё сразу наизготовку. Ага, не шучу… А ещё так и хочется выдернуть заколку из «дульки» у неё на голове и посмотреть, как волосы упадут на плечи. Если б я это увидел – сразу бы умер от разрыва сердца… Кто, говорите, её дед? Фёдор Кольцов? А кто это? Я что-то не улавливаю, да? А-а, академик, надо же… Нет, ни разу о нём не слышал. Да какая разница… Как же мне хочется выдернуть эту чёртову заколку!
– Отстрелялась? – спросила Люся. Она сидела у компьютера.
– Отстрелялась, – уныло ответила Даша. – Лучше бы ты сегодня пошла вместо меня.
– У-у, – помотала головой подруга. – Тренируйся.
– Что-то не получается.
– Кстати, ты уже два года назад обещала мне выкинуть эту жуткую кофту! И снова её нацепила!
Даша вздохнула. Она, собираясь идти на обед, только что сняла белый халат и осталась в бежевых брюках и свободной летней блузке. Сегодня утром Дарья вытащила её из шкафа, с удивлением заметив, что столбик термометра бодрым кузнечиком подпрыгнул вверх. Природа наконец-то сменила гнев на милость и после холодов порадовала долгожданным весенним теплом. И даже почти жарой.
В отличие от подруги, к смене сезона Даша заранее не готовилась, ничего не покупала, не носилась по магазинам в поисках новой сумочки или туфель. Зачем? У неё и так было достаточно одежды, купленной пять или десять лет назад. Чёрные брюки для зимы, бежевые – для лета. Тёплый свитер, лёгкая блузка. В принципе, человеку не так уж и много надо!
Мама, Татьяна Львовна Кольцова, доктор химических наук, с детства внушала дочке мысль, что одежда – не главное в человеке. Но обязательно надо выглядеть культурно и прилично. Никаких обтягивающих бюст водолазок, никаких мини, обнажающих коленки. «Даша, детка, согласись, тебе совершенно незачем демонстрировать ноги! Они далеко не идеальны!»
Отец, Николай Фёдорович Кольцов, профессор, известный учёный, день и ночь пропадал в университетской химлаборатории, увлечённо экспериментируя. Он, конечно, любил дочь, но даже не догадывался, что маленьким девочкам (а потом и девушкам) нужно говорить комплименты. Он и жене-то никогда их не говорил – зачем? Николай Фёдорович ни за что бы не заметил нового платья или причёски, хотя наблюдательность является неотъемлемым качеством любого химика. Вот если б Даша была химическим раствором и вдруг поменяла цвет с розового на фиолетовый, тогда бы Николай Фёдорович с восхищением отметил бы этот факт…
В двадцать лет Дарья влюбилась в маминого аспиранта – блестящего, подающего большие надежды химика – двадцатритрёхлетнего Виктора Акимова. Юноша был не только талантлив, умён, но и невероятно хорош собой. Даша совершенно потеряла голову. Виктор долго не раздумывал, он сразу сделал предложение и попросил у Дашиных родителей руки их «прелестной, одарённой, восхитительной» дочери…
Рьяные восторги, расточаемые аспирантом в адрес Даши, заставили Татьяну Львовну недовольно поджать губы. По её мнению, дочь звёзд с неба не хватала. Вымученные успехи дочурки маму не радовали, а, наоборот, разочаровывали.
– Надо же, влюбился пацан, – поделилась Татьяна Львовна с мужем. – Как в кого? В нашу Дашу. И что он в ней нашёл?
Талантливый аспирант стал членом семьи Кольцовых, его карьера стала развиваться ещё стремительнее.
Сначала Дарья упивалась любовью, порхала, смотрела на мир сквозь розовые очки. Но затем её брак превратился в ад.
Люся:Я сразу поняла, что этот хмырь из породы Кобелино Грандиозо. Вот он их обеих и очаровал – и маман, и дочурку… А что я? Должна была предупредить? Да, я намекала Даше, что жених её того, с гнильцой… Но она не слушала и не слышала. Первый раз в жизни влюбилась! И сразу в козла. Что тут поделаешь…