Шрифт:
Глава 1
Это была одна из дождливых темных ночей Мурманска, когда над городом проплывали тяжелые августовские тучи, а тротуары были залиты грязными лужами, в которые журча и пенясь впадали не менее грязные ручьи.
В такую ночь безлюдные улицы выглядели жалко и сиротливо, а мокрые стены домов смотрели на редких прохожих темными дырами оконных проемов, заставляя тех невольно ускорять свой шаг.
Некоторые «храбрецы» откровенно бежали, двумя руками удерживая непослушные зонтики, которые так и норовили вывернуться под порывами ветра и
Дождь шел уже третий день. Он, то переставал на время, то расходился с новой силой, заливая дома, машины, дороги. Его монотонный звон барабанной дробью стучал по крышам домов, по железным навесам и ржавым гаражам, которые ютились между высотных зданий, да по краям детских площадок.
Именно в эту ночь под одним из таких гаражей, где пахло землей, но было сухо, где валялась старая куртка, а рядом лежал кем-то потерянный красный мяч, на свет появился маленький щенок. Он был еще совсем слепой и ничего не видел. Зато слышал. Он слышал раскаты грома, и они его очень пугали. Он не знал, что это гром, но это было до жути громко. Он не понимал кто он и где находится. Еще ему очень хотелось есть, но еще больше, чем голод, его мучил страх. Страх перед неизвестностью, перед этими громкими звуками, страх от новых незнакомых запахов. Щенок тихо пискнул и постарался свернуться в маленький незаметный комочек.
«Не бойся, сынок, – вдруг раздался совсем рядом ласковый голос. – Сейчас все будет хорошо».
Щенок почувствовал, как его обволакивает тепло, много тепла. А потом чей-то влажный горячий язык лизнул его бок. – Это я, твоя мама, ничего не бойся, ты не один.
И страх сразу прошел. Стало так хорошо и уютно. Щенок постарался как можно плотней прижаться к маминому боку и зарыться носом в мягкий мех. Минуту спустя он уже безмятежно посапывал, обняв передними лапами мамин хвост.
К утру многодневный дождь прекратился. В воздухе повис плотный туман, обволакивая своей белой пеленой дома, гаражи, автомобили.
Вдруг до слуха щенка донесся гулкий звон: «Дин – Дон! Дин – Дон!»
– Мама, что это? – спросил щенок, подняв одно ухо и прислушиваясь к необычным звукам.
– Это колокол звонит, – ответила мама, – здесь недалеко есть высокий дом, под крышей которого висит большая железная штука, колокол называется. Иногда он вот так звонит.
Щенок внимательно выслушал, но через минуту ему было уже все равно, он опять проголодался и с жадностью уткнулся в мамин живот.
Мамино молоко придавало щенку сил, и он быстро рос.
Так прошло несколько дней. Мама, то уходила, то приходила. Однажды щенок спросил ее, куда она все время уходит.
– У нас нет хозяев, милый, – ответила она, – нас некому кормить. Мне приходится искать еду самой, чтобы у тебя всегда было молоко.
– Когда я вырасту, я найду нам хозяина, тогда тебе не придется никуда уходить, – важно заявил щенок.
– Это очень хорошо, – улыбнулась мама и прилегла рядом, вытянув усталые
Пасмурные дни сменялись солнечными. Щенок подрастал. Однажды утром он проснулся, лишь на миг открыл глаза и тут же быстро зажмурился от яркого света, который неожиданно ослепил его. Крепко сжав веки и замерев на месте от страха и неожиданности, он решил, что больше никогда не станет их раскрывать.
«Я видела, не притворяйся! – мамин язык лизнул его в нос. – Открывай глазки, пора уже».
Через некоторое время щенок неуверенно приоткрыл сначала один, а затем и второй глаз. Все еще щурясь от солнечных зайчиков, попадавших к ним под гараж, он спросил: – Мама! Что это!?
– Это солнце. Оно не только светит нам, но и греет нас.
Щенок с опаской приподнял голову и уже более уверенно посмотрел на высокую траву, сквозь которую пробивались яркие лучи.
– Я хочу посмотреть его, – произнес он, неловко поднявшись на лапы.
– Тебе пока нельзя вылезать отсюда, – сказала мама, – ты еще очень маленький, а там слишком много опасностей. Подрасти немного, и я обещаю, что мы потом вместе пойдем наружу смотреть на солнце. Мы погуляем, и я тебе все-все покажу.
– Ну, мам! – захныкал недовольный щенок. – Я еще нескоро вырасту, а гулять хочется уже сейчас, – однако мама была непреклонна. В конце концов, малыш оставил бесплотные попытки уговорить ее. Обидевшись, он пошел в дальний угол катать мячик.
Однажды щенок проснулся от сильного холода. Поднявшись на лапы и поежившись от утренней прохлады, он оглядел сонными глазами дом в поисках мамы. Ее нигде не было. «Пошла искать кушать, – подумал малыш. – Значит, скоро вернется, ничего страшного, подожду, я уже почти взрослый».
Поиграв от скуки в мячик, он вновь постарался заснуть, но из этого ничего не вышло, спать расхотелось окончательно.
К тому времени солнце уже высоко поднялось над городом, и под гараж заглянули первые теплые солнечные лучи, нагревая окружающий воздух.
Щенку пришла в голову одна мысль. Верней, не то, что пришла, скорее вернулась: «Пока мамы нет, можно одним глазком посмотреть на солнце и познакомиться с ним. Может оно доброе, и согласится согреть его?»
Малыш неуверенно подошел к высокой траве, сквозь которую пробивались яркие лучи, и медленно уткнулся в нее носом. Тут же в носу защекотало от душистого аромата и пыльцы.
– Апчхи! – чихнул он звонко.
– Будь здоров! – неожиданно раздалось совсем рядом, по ту сторону травы.
Щенок прижался к земле и затих. Ему и в голову никогда не приходило, что рядом с их домом мог оказаться еще кто-нибудь, кроме него и его мамы.
Немного набравшись смелости, он приподнял одно ухо и потихоньку подполз к самой траве.
– Ты кто? – спросил он неуверенно, – солнце?
Из травы высунулась удивленная полосатая мордочка.
– Ну ты даешь! – произнесла она, смешно шевеля усами, – я не солнце, я Мила, а ты кто?