Вернись, вернись, моя любовь...
Шрифт:
Дима... снова Дима, я наверно никогда не смогу относиться к нему равнодушно. И от этого еще тяжелее, он наиграется и бросит, а я опять буду страдать.
Где-то в сознание зазвучал внутренний голос, уверяющий, что сейчас все по-другому, но я постаралась не обращать на него внимания.
Убрав грязные кружки, я подошла к окну. На город опускались сумерки. Хотя часов до одиннадцати еще будет светло. Красиво. Люблю наблюдать за тем, как на землю наступает ночь. В этом есть свое очарование.
Как только дыхание дочки выровнялось, и она уснула, я тихонько вышел из комнаты. Где Диана?
Обнимая ее, я едва сдерживался от стона. Господи, какое наслаждение держать любимую женщину в руках. Мне не хотелось ее отпускать, но что я мог поделать?
Диана стояла спиной ко мне возле окна. Я знал, что она обожает смотреть, как на улице зажигаются вечерние фонари. Однажды, когда мы встречались, я устроил ей романтический вечер на крыше самого высокого здания в городе. Тот вечер останется в моей памяти навсегда.
Неслышно подойдя к девушке, я дотронулся до ее плеча. Вздрогнув, Диана обернулась. Вот тут я и не смог сдержаться.
Мои губы на ее губах. Тепло ее дыхания, вкус ее рта. Голова стала кружиться. Обняв, я что есть силы, прижал ее к себе. Не отпущу, не смогу. И самое странное то, что она ответила! Почти сразу, и без препятствий.
Сколько мы целовались, я не знаю. Но очнуться получилось, только когда понял, что я сейчас взорвусь. Оторвавшись от ее губ, я прижался своим лбом к ее, пытаясь восстановить дыхание.
– Не нужно этого было делать, - срывающимся голосом сказала моя девочка.
– Я не жалею, что решился, - смотря в ее серые глаза ответил я.
– Единственное о чем я сожалею, что обманул тебя пять лет назад.
– О чем ты говоришь? О каком обмане? Ты предельно честно высказался тогда, и не нужно сейчас ничего пытаться объяснить.
Диана вырвалась из моих рук и отошла почти на другой конец комнаты.
– Выслушай меня, наконец!
– рявкнул я.
– Я правда очень перед тобой и Дашей виноват! Но тогда мне казалось правильным оставить тебя свободной! Я не хотел, чтобы ты три года ждала меня! Черт! Я думал, что ты не дождешься и боялся услышать по телефону о том, что ты нашла другого!
– Что ты несешь?
– Правду! Я говорю, что думал и делал, когда бросил тебя. Не было никакого спора! Ничего не было, кроме моей личной тупости!
– Это бред, - выдохнула Ди.
– Нет. Вернувшись домой, я все рассказал Весте, помниться она сильно на меня орала, и предрекала мне, что когда я вернусь, ты будешь счастлива, а вот мне придётся кусать локти. И самое смешное, что она оказалось права, или грустное, это с какой стороны посмотреть!
Я замолчал, ожидая реакции.
– Уходи, - тихо пошептала Ди.
– Ди...
– Уходи!
– уже громче.
Вздохнув, я пошел к двери, но на полпути передумал и остановился рядом с Дианой.
– Я. Тебя. Люблю. Можешь и дальше меня ненавидеть, имеешь полное право, но я буду в вашей с Дарьей жизни, даже если ты против. Для меня вы самое дорогое, и отказываться от своих любимых я не собираюсь.
Не дав ей ничего сказать, я быстро поцеловал малышку, а затем стремительно покинул квартиру.
В машине я закурил. Блин, хреново все вышло. Планировалось это несколько иначе. Теперь остается надеяться, что после всей моей тирады, Диана не спустит меня с лестницы в следующий раз, когда я приду к ним.
Дома было тихо. Веста сидела за ноутом в зале. Кивнув сестренке, которая весь вечер почему-то сама не своя, я ушел к себе. Сил на разговоры просто не было. Да и не такая Веста беспомощная как может показаться, и если надо, она не станет выпячивать гордость, а просто попросит помощи у меня или отца.
Раздевшись, я упал на кровать. Перед глазами стаяло лицо Дианы. На губах все еще ощущался ее вкус и тепло губ.
Утром на работе мне пришлось выкинуть на время мысли о Диане и Даше, потому что работать не получалось. Едва я закончил с последним договором, как ко мне зашел отец.
Вчера я кое-что вспомнил. Когда я впервые увидел дочку, она сказала, что мама не разрешает ей завести собаку, или не хочет покупать? Я не помню. Так вот, вспомнив это, мы с отцом решили исполнить мечту малышки.
– Ты готов?
– спросил папандер.
– Да. Можно ехать.
– Ты уверен, что Диана не будет против?
– Не знаю, после того что случилось вчера, я сомневаюсь что она вообще меня на порог пустит, - тихо сказал я.
– А что случилось вчера?
– переспросил отец. Вот ушастый блин!
– Не важно, - отмахнулся я, закрывая кабинет. Моя секретарша призывно улыбнулась и встала со своего места.
– Уже уходите, Дмитрий Игоревич?
– Да.
Надо поговорить с отцом об этой Инге, слишком уж приставучая.
На улице мы сели в машину отца и, не успев выехать, столкнулись со Святом. Мой брат вышел из машины, улыбаясь как чеширский кот. Нам с отцом тоже пришлось выходить, правда двигатель я заглушать не стал.
– Куда собрались, любимые родственники?
– спросил он.
Отец сразу расцвел улыбкой, да и я тоже. Свят хороший парень, иногда его клинит на бабах, но в целом он нормальный.