Верлойн
Шрифт:
Привычный к трактирной жизни Канар ответил:
– Господа пожелают четыре кружки эля, что-нибудь пожевать, и побыстрее!
Трактирщик кивнул – ответ был обычным и не вызывал подозрений. Трактирщик ретировался, словно призрак растворившись в табачном дыму.
Путники заняли столик у окна, где не так чувствовался тошнотворный запах ночной гулянки. Верлойн обратил внимание на то, что Лэнарда заметно нервничает: девушка, видимо, не привыкла к подобным заведениям. Макадор же с Канаром чувствовали
Когда трактирщик принес пенистый эль в больших кружках и мелко нарезанную вареную говядину, юноша и телохранитель сразу взялись за выпивку, заметно оживившись. Канар отхлебнул половину кружки, удовлетворенно хрюкнул и подмигнул Верлойну. Тот поднял свою, мигом ее осушил и кивнул. Эль и впрямь был славный.
В это время Макадор поманил пальцем трактирщика. Тот подошел и наклонился к юноше, рассматривая его лицо.
– Где-то я тебя видел, паренек, – сказал трактирщик. – Ты случайно не местный?
– Может, местный, может, нет, – рассмеялся Макадор. – Какая разница? Ты мне лучше вот что скажи, – он кивнул в сторону горцев, – новости какие есть?
Трактирщик обернулся, взглянул на рыцарей, пробормотал проклятие и вновь посмотрел на Макадора.
– Да нет пока. Один тут, правда, разболтал по пьяни, что дня через четыре готовят решающий штурм, да кто его знает – может, врал. Сейчас они только и делают, что дерут глотки, распевая победные песни, да хлещут эль и вино словно свиньи.
– Видно, ночка горячая выдалась? – сочувственно поинтересовался Канар.
– Еще какая, – вздохнул трактирщик. – Слава Небу, хоть трактир не сожгли!
– Эй, трактирщик! Давай сюда еще эля! – гаркнул один из горцев.
Трактирщик вздохнул и отправился выполнять заказ. Макадор хмыкнул и, хлебнув эля, взглянул на Лэнарду, игриво подняв брови.
– Сударыня, а вы почему не пьете?
Девушка удивленно уставилась на Макадора.
– Спасибо, я вообще-то редко пью и в любом случае предпочитаю элю вино...
– М-м, – покачал головой Макадор, – вино тут не ахти какое. Не советую.
– ...но в данный момент я не испытываю жажды, – закончила фразу девушка, – так что пить это пойло не собираюсь.
– Как знаете, – усмехнулся Макадор. – Канар, дружище, я уверен, ты не откажешься от еще одной кружки, а?
– Да, – кивнул Канар. – Эль что надо! Что ты думаешь, Верлойн?
Эль взбодрил барона, поэтому он согласно кивнул. Но сначала нужно было уладить одно дело.
Верлойн поднялся и направился к трактирщику, который как раз появился в зале, держа в руке здоровенный кувшин с элем.
– Послушай, хозяин, – обратился барон к нему. – Я хочу узнать у тебя кое-что.
– Я весь внимание. – Хозяин по привычке ощупал взглядом лицо барона, но, наткнувшись на мрачный взгляд, почему-то
– Не встречал ли ты здесь пятерых путников, приехавших с юго-запада? – Верлойн быстро описал своих спутников, кладя в руку трактирщика золотой.
При виде золота, лежащего у него на ладони, трактирщик так разволновался, что чуть не расплескал эль. Он быстро сунул монету в карман и торопливо заговорил:
– Нет, сударь, не видел, зато очень много слышал. Судя по разговорам вон тех горцев, ваши друзья недавно разгромили одну из застав в Молчащем лесу. Я не все слышал, но понял, что горцам устроили хорошую взбучку, правда, собираются ли ваши друзья сюда ехать или они уже здесь – того не ведаю, но, если вы скажете мне, где остановитесь, я их к вам пришлю.
– Как твое имя?
– Паралд, сударь.
– Слушай внимательно, Паралд. Если ты найдешь моих друзей, получишь еще один золотой.
Трактирщик закивал, его глаза заискивающе засверкали.
– Считайте, что эль и говядина, которые вы и ваши спутники заказывали, – за счет заведения.
Верлойн усмехнулся и, хлопнув Паралда по плечу, вернулся к столу.
– Что случилось, господин Верлойн? Не иначе как платили за эль? – спросил Канар.
– Да, – улыбнулся барон. – Что-то в этом роде.
Попросив хозяина сообщить им, если что-нибудь случится, путники сняли комнату в «Стальном кабане», хотя на ночь оставаться в трактире не собирались. Им надо было проникнуть в Гулэр этой ночью, и они намеревались это сделать. Макадор и Канар вместе с Верлойном выдвигали планы один безумней другого, а Лэнарда молча их слушала и качала головой.
Наконец, исчерпав запас безумных идей, Макадор и Канар обхватили головы руками и почти одновременно простонали:
– Что же делать?!
Верлойн расхаживал по маленькой комнатушке, поражаясь отсутствию в своей голове каких-либо дельных мыслей. Он никак не мог придумать более или менее разумного плана и ничего с этим поделать не мог. Как прорваться сквозь кольцо горцев, окруживших город, как перебраться через защитный вал, учитывая лучников как Свана, так и Гулэра, как переплыть ров, и вообще – как проникнуть в город?!
– Проклятие, – пробормотал Верлойн. – Вот если бы Малс был здесь...
– Кто? – спросил Макадор.
Верлойн рассеянно взглянул на юношу и пояснил:
– У Малса, одного из моих спутников, были ремни-невидимки – с их помощью мы смогли бы незамеченными перебраться через все препятствия на пути к стенам.
– Ух ты! – воскликнул Макадор. – Ремни-невидимки!
– А что толку-то? – пробурчал Канар. – На стены-то мы как заберемся?
– Ну, это не проблема, – произнес Верлойн, отворачиваясь.