Веришь?
Шрифт:
***
Она готовила... Жизнь готовила им всем такое, что Перси пришлось укусить одеяло, чтобы не разрыдаться в голос... Девушка захватила зубами край одеяла и замерла на постели, как испуганный зверёк. Уставилась в пространство невидящим взглядом и тихонько скулила от невыразимого ужаса.
Бедный папа!.. Его просто сжирало чувство вины за то, что он допустил... Перси, не раздумывая уже и не терзаясь этическими заморочками, изучала всё, что знал и думал отец. Соизмеряла и взвешивала его "вину", в первую очередь. Поняла, что бред это всё! Бред слишком порядочного
Успокоившись на этот счёт, она заглянула в будущее. Такое, каким видел его Томас Блайз. Незавидное будущее... Настолько незавидное, что ей натурально плохо стало. Пришлось лечь и терперь, пока идеально выстроенный организм не справится с колоссальным стрессом.
А потом она подобралась на постели, настороженно глядя в тёмное ночное окно. Прошептала вслух, просто хотелось услышать хоть чей-нибудь голос. Что-то живое, что отгонит навалившийся кошмар:
– Мити! Ты знала? Ты ведь знала?
Деметра была рядом, она ощущала её. Молчала. Потом, правда, ответила. Негромко и тоскливо:
– Знала, мой человек.
И тут же привычно взялась анализировать, и утешать:
– Не стоит впадать в панику. Статистически, самый плохой сценарий почти никогда не случается. Вот такое удивительное свойство жизни!
Перси хмыкнула:
– Был когда-нибудь в твоей жизни настолько плохой прогноз?
Мити молчала. Не умела лгать. И доверяла своему человеку. Поэтому она тихо прошелестела прямо в сердце девушки. Так, наверное, Пряхи шептали в души древних людей, которые верили в них. Так, что кровь стыла в живых ещё сердцах:
– Такого негативного прогноза не было ещё никогда за всё время моего существования. Да, и в истории человечества это случалось, мне кажется, всего несколько раз. Уничтожение вас, как вида, сложная задача. Раньше вы ставили себя на грань выживания сами. А теперь...
Деметра встрепенулась. Резко прервала убийственную речь. И снова переключилась в режим утешения:
– Но, ты знаешь...
Кора оборвала её. Тихо шепнула:
– Просто обними меня, Мити. Давай обнимемся и просто забудем всё это. Хоть на время.
Деметра сделала так, как её человек просила: отправила девочку в глубокий "сон", обняла её. И держала в объятиях до самого утра. Ей казалось, что как только она отпустит своего человека, та сразу испарится, будто её и не было никогда.
Вот он, страх потери. Теперь сверхразум знал, что это такое... Это было так больно и страшно, что Деметра поневоле думала:
– Бедные люди! Как они вообще выносят все эти чувства и переживания? Неудивительно, что они так мало живут!
***
На следующее утро Коре пришлось сдерживать себя изо всех сил, чтобы не висеть на папе. Хотелось, обнять его и не отпускать от себя. Она старалась не подавать вида, но, кажется, слегка переусердствовала с обнимашками.
Томас Блайз внимательно уставился на дочь строгим генеральским взглядом. Что-то вроде того: не нарушила ли ты, дочь, моё личное пространство? Перси наивно похлопала ресницами
Он отправился на службу. Перси отменила все свои планы и встречи с друзьями. Не сможет она сейчас "держать лицо"! Отправилась в академию и засела в симуляторе. Натурально "засела". До тех самых пор, пока машина не "выгнала" её прочь. С формулировкой: "дальнейшая эксплуатация невозможна в связи с тотальным превышением времени пребывания оператора внутри симуляции".
– Так уж и тотальным!- бурчала Перси себе под нос пока шла к теплицам академии.
Снова для того, чтобы слышать чей-то голос и получить иллюзию, что она не совсем одна в страшный для тебя час.
За полтора года в академии она много раз приходила к теплицам, в которых прошло её детство. Но так ни разу и не смогла войти туда. Сегодня войдёт. Просто потому, что тянуть дольше некуда.
Страшно? Очень! И воспоминания... Счастливые воспоминания о маме и безоблачном счастье вывернут её потом наизнанку, она точно знала. Но... Пусть биологи до сих пор спорили о разумности или нет хищной флоры и фауны планеты HQ55, она, Кора Блайз, знала ответ. И должна отдать долг, пока у неё есть время.
Старый друг ждал её уже полтора года. Она не шла. Подходила к двери, чувствовала его нетерпение, теперь она не просто догадывалась, как в детстве, а точно знала, слышала его, благодаря своим способностям, разворачивалась и уходила прочь.
Сегодня Кора Блайз сжала зубы покрепче и переступила порог. Хорошо, что вечер. Тут точно нет посторонних. Когда она начнёт рыдать, лишних глаз не будет...
Она шла по дорожкам и удивлялась, как мало изменилось здесь что-то. Растения подросли. Вот и всё. Да, ещё тот, кто так ждёт её, злится. И с иронией думает, хватит ли у неё мужества дойти до конца. Или она снова развернётся и сбежит?
Не сбежит! Нет времени сбегать или бояться боли прошлого. Прошлое, оно прошлое и есть. И в нём столько счастья в этом прошлом... Его можно и нужно помнить. В отличии от будущего, которое светится отнюдь не радужными красками.
Кора дошла. Остановилась перед мамиными "цветочками". Совсем близко, лицом к лицу. Протянула руку и прикоснулась к ним. Негромко поздоровалась:
– Здравствуй. Прости, что так долго.
Лиана мгновенно выбросила отросток и обвила запястье девушки. Накрыла руку сверху и снизу от места захвата листьями. И больно впилась ими.
Перси терпела молча и ждала. До тех самых пор, пока не услышала возмущённый вздох у себя за спиной:
– Ты почему на помощь не зовёшь, дурочка?!
Старичок-профессор, тот самый, что когда-то советовал Блайзу отстать от Ядовилии, попытался протиснуться между девушкой и хищным растением:
– Привет, Перси! Я рад, что ты решила, наконец, зайти! Но нужно было предупредить. Твоё возвращение, возможно, сделает их слишком нервными...
– Его,- брякнула Кора.- Они, в своей множественности, считают себя, тем не менее, одним целым. И очень гордятся этим. Считают, что в разобщённости главная наша проблема. Вы согласны, профессор?