Верхний мир
Шрифт:
Девушка поднялась на цыпочки и поцеловала его.
— Я не дам тебе покоя, пока ты внизу. Ты знаешь, где меня найти.
Она ткнула указательным пальцем правой руки в небо и пошла прочь, зазывно покачивая бедрами.
— Чем скорее ты здесь закончишь, тем раньше мы сможем начать с того места, где остановились! — крикнула она ему напоследок.
Поискав в карманах, она вытащила ключ от наручников, которые сняла с него в их последнюю встречу. Баттерворт все еще слышал ее смех, хотя она уже скрылась из глаз, завернув за угол полицейского участка.
На веснушчатом
Харгрив сидел за компьютерным столом и, куря сигарету, в последний раз просматривал материалы “Икара”. Теперь он знал все факты. Он даже знал все ответы, кроме одного. Перед ним была последняя страница дела.
ИМЯ ПОДОЗРЕВАЕМОГО — В. В. ЧАЙМЗ
ФИЗИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ:
6 ФУТОВ 2 ДЮЙМА, КАВКАЗСКОГО ТИПА,
ЧЕРНЫЕ ВОЛОСЫ,
СЕРЫЕ ГЛАЗА, НЕТ ЛЕВОЙ РУКИ. ПРИЧИНА
НЕИЗВЕСТНА ЛОНДОНСКОЕ ДОСЬЕ
26, ЛИЛЛИ-ГАРДЕНС, УЭСТ-ХЭМПСТЕД
ТЕПЕРЕШНЕЕ МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ НЕИЗВЕСТНО ВЫЗЫВАЛСЯ НА ДОПРОСЫ В СВЯЗИ СО СЛЕДУЮЩИМИ ОБВИНЕНИЯМИ:
МОШЕННИЧЕСТВО 6.2.83
ПОДЖОГ 9.5.84
НАПАДЕНИЕ С ОТЯГЧАЮЩИМИ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМИ 26.3.86
УБИЙСТВО 11.9.89 ИЗВЕСТЕН ПОД ИМЕНАМИ:
ДЖ. БАХМ, 35, ПРИТЧАРД-АВЕНЮ, ЭДИНБУРГ
Р. БАХМАН, 14, НЕТТЛФИЛД-ТЕРРАС, АЙЛИНГТОН, ЛОНДОН
Г. ГЕРБЕРТ, ДЕЛАСОРТ-СКВЕР, НОРВИЧ,
С.ПАРТРИДЖ, 35, УЭСТЕРДЕЙЛ-РОУД, ГРИНВИЧ, ЛОНДОН (и так далее)
Не выпуская изо рта сигарету, Харгрив всматривался в экран. На вопросы “кто?”, “где?”, “когда?” и “как?” он мог дать вполне удовлетворительные ответы. Но ему не давал покоя вопрос “почему?”. Он со всех сторон проверил своего алхимика, и компьютер засвидетельствовал все адреса и выдал имена людей, которые жили по этим адресам. Он даже вывел их всех в один список и нашел между ними много общего. Всем им было за тридцать, все сделали карьеру, и все были зарегистрированы членами одних и тех же обществ. Еще он подозревал, что все они были масонами. Однако вызвать их на допрос было совершенно невозможно по той простой причине, что все они умерли в начале двадцатого века. Он еще раз все проверил, надеясь, что имя Чаймза так или иначе объявится.
Безрезультатно. По его подсчетам, Чаймзу сейчас должно было быть приблизительно сто двадцать лет. Ну и что со всем этим делать? Никто же не поверит в сверхъестественное существо, которое то и дело появляется в качестве носителя возмездия!
Харгрив умел по достоинству оценить хорошую легенду, и, естественно, у него были собственные догадки. Он решил, что все еще существует общество, которое насчитывает не одну сотню лет, и его вожди перенимают друг у друга имя самого первого алхимика, известного как Чаймз. Ну и что дальше? Может быть, еще немного поковыряться в этом деле? Попробовать последний указанный на компьютере адрес... Но тут ему в голову пришла другая мысль. Если пресса о чем-нибудь пронюхает, его опять вымажут в грязи с головы до ног, так что он уже никогда не отмоется. Харгрив
Нет, слишком большой риск.
С неохотой он нажал желтым от табака пальцем на клавишу “СТЕРЕТЬ” и смотрел, как исчезает с экрана и из памяти компьютера все, что ему удалось наскрести, и, наверное, навсегда. Тотчас на него обрушилась депрессия. Он ощутил ужасающую внутреннюю пустоту, из которой, насколько ему было известно, имелся только один выход. Он решил завершить нечто, начатое уже довольно давно. Отключив компьютер, он встал и отправился на поиски Джэнис.
Когда, он почти бесшумно закрыл за собой дверь, бесплотные тайны, мерцавшие на экране компьютера, исчезли в таинственных лабиринтах микросхемотехники.
Сержант Лонгбрайт принадлежала к тому типу женщин, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не забывают о своем долге. Тем не менее, несмотря на свой вид любительницы холодного душа и строгих правил, она была так сексапильна, что сама Маргарет Тэтчер могла бы ей позавидовать. И эта женщина за несколько часов до наступления Нового года находилась в морге и спорила с Финчем о каких-то неточностях в отчете. Харгриву это понравилось.
— Привет! — крикнул он и весело помахал им, отделенным от него несколькими рядами вскрытых трупов. — Я подумал, что неплохо бы угостить тебя чем-нибудь.
— Как это трогательно с твоей стороны, — ответил Финч, тщательно протирая какой-то инструмент. — Мне пинту горького.
— Да не тебя, чертов потрошитель, а Джэнис. — Он огляделся. — Не очень-то здесь празднично, а? Может быть, стоит поставить один труп в угол, покрасить ему в красный цвет нос и обвесить его мишурой? '
Сержант оторвалась от своих бумаг и одарила Харгрива широкой белозубой улыбкой. Даже вид ее зубов возбуждал в нем желание.
— Мы повесили вон там ветку омелы, — заметил Финч, — но не думаю, что они от этого повеселеют. Почти ни у кого из них внутри ничего не осталось. Как бы то ни было, — загрустил он, — тебе там хорошо с твоими компьютерами, пока я здесь по локти в чужих кишках.
— Иэн, самое меньшее, что ты можешь сделать, это угостить его чем-нибудь, — вмешалась Джэнис. — Вспомни, сколько он тебе помогал.
“Никто во всем мире не спасет меня от жертвоприношения, когда начнет работать комиссия”, — подумал Иэн и поглядел на долговязого медицинского эксперта, от которого, как всегда, несло так, словно он вылил на себя галлон дешевого одеколона.
— Ну хорошо, — неохотно согласился он. — Ты тоже можешь пойти с нами. Только сначала вымой руки.
Пока Финч приводил себя в порядок, Харгрив подошел и легонько коснулся губами щеки Джэнис.
— Интересно, — сказал он, — что ты скажешь, если я попрошу тебя исполнить старомодный обряд и обручиться со мной?
— Я соглашусь, — ответила очаровательная сержант, — если ты мне кое-что пообещаешь.
— Говори.
— Пожалуйста, сделай мне предложение где-нибудь в другом месте.
— Прекрасно.
Он усмехнулся и неловко обнял Джэнис, словно боясь, как бы все, кто был в этой комнате, не вскочили и не принялись аплодировать. В конце концов, Новый год будет не так уж плох.