Веревка
Шрифт:
Тиффани Райз
Веревка
Серия: Грешники (новелла)
Перевод: Skalapendra
Сверка: helenaposad
Бета-коррект: lildru
Редактор: Amelie_Holman
Оформление: Eva_Ber
*обложка предоставлена http://vk.com/shayla_black
– Элеонор, у тебя нет
– с ужасом спросил Сорен, будто она призналась, что у нее нет зубной щетки или ни одной пары трусиков.
– Мама держит в доме парочку экземпляров. У меня есть детская Библия, но там много картинок. Мне нравится, где у Адама и Евы прикрыты стратегические места листочками.
– Тебе нужна своя Библия и без картинок. Пойдем со мной.
Элеонор последовала за ним из общинного зала в церковь. Она остановилась перед его кабинетом, пока он просматривал свои книжные полки.
– Какой твой любимый цвет? – задал вопрос он, пробегая пальцами по корешкам книг. Элеонор наблюдала за ним с порога, стараясь не переступить его.
– Не знаю. Думаю, красный.
– Тогда красная кожа.
– Он достал книгу с полки и протянул ей. Теперь она держала, как казалось, новую, никогда прежде не открываемую, католическую Библию в кожаном переплете. Она видела похожую в католическом книжном магазине, куда однажды ее взяла с собой мама. Ей нравилось ощущение кожи, алая обложка, но у нее не было лишних пятидесяти долларов на Библию, особенно когда она не планировала когда-либо читать эту книгу.
– Вы дарите ее мне?
– У меня десятки Библий. Никто не знает, что подарить священнику. У меня есть Библии на всех языках, всех цветов, всех переплетов. Я бы предпочел, чтобы ты пользовалась Библией, чем та стояла на моей полке.
– Она красивая. Может быть, я даже ее прочту.
– Ты должна ее прочесть, - сказал он и прошел мимо нее.
– Пойдем. Время упражнений.
– Еще душевных отжиманий?
– Именно. Сегодня начнем с духовных упражнений.
– Сорен провел ее в святилище и наверх.
– В хорах?
– Здесь уютно. Отличное место для молитвы и размышлений.
«И побыть в одиночестве, чтобы обжиматься как похотливые кролики», - отметила про себя Элеонор, когда они сели на скамью сзади. Никто в святилище не увидит их, даже если будут всматриваться. Ей уже нравились хоры.
– Так что мы будем делать?
– Духовные упражнения идеально выполняются в четырехнедельном молчаливом посте. Так как ты на общественных работах, я не думаю, что нам удастся прекратить твой словесный поток хотя бы на час, не говоря уже о тридцати днях...
– Эй!
– Что?
– Я могу заткнуться, если надо.
– Можешь?
Элеонор обдумала вопрос.
– Ладно, вы правы. Не могу. Продолжайте.
– К счастью, духовные упражнения созданы гибкими. Духовенство и миряне могут извлечь из них пользу. Они разделены на четыре части, и мы начнем с первой недели упражнений.
– Моя душа разминалась добрых десять минут. Она готова.
– Хорошо. Тема первой недели упражнений - благодарность и осознание греха.
– Это две темы.
Сорен поднял палец.
–
– Въехала. В этом есть смысл.
– Хорошо. А теперь мы собираемся поразмышлять над тем, за что мы больше всего благодарны.
– Поразмышлять?
– Эти упражнения должны выполняться в тишине.
– Ненавижу тишину.
– В конечном итоге ты научишься ее любить. К.Л. Льюис говорит: «Рай полон тишины и музыки. В аду другие слышат только шум».
– Я была бы благодарна за музыку.
– Правда?
– Лучше, чем тишина.
Сорен встал и направился к лестнице.
– Куда вы?
– крикнула она ему вслед.
– Ты оставайся здесь и размышляй. А я обеспечу музыку.
– Попробуйте 96,1. Там часто ставят Pearl Jam, - сказала она ему в спину. На мгновение девушка задумалась, какую бы музыку он сыграл для нее. В прошлом году Отец Грег поставил новую музыкальную систему. Они часто ставили CD с гимнами, или кто-то читал молитву с четками во время специальных молитв. Может, ей удастся уговорить его на «Энигму». У них есть грегорианские песнопения. Это же делает их религиозными, верно? Или Мадонну. У Мадонны в основном католическая музыка.
Элеонор услышала музыку, но звуки исходили не из колонок в хорах. Они шли из святилища, позади нее. Она наклонилась вниз и увидела Сорена за пианино. Музыка исходила от него.
Опустившись на колени на балконе, она оперлась подбородком на руки и наблюдала, как пальцы Сорена порхали над клавишами. Она не знала, что он играет, но надеялась, что он никогда не остановится.
«Благодарность, Элли». Она должна думать о благодарности. Что ж, это несложно. Вот она в церкви слушает, как самый красивый мужчина на земле играет на пианино для нее, хотя должна была быть в колонии для несовершеннолетних.
Действительно безумие. Она так облажалась. Адвокат Хелен предупреждала ее в их первый разговор, что, скорее всего, ей выдвинут уголовные обвинения. Она призналась в нескольких уголовных преступлениях. Если им повезет с судьей, ее отправят в колонию. Если им выпадет ревностный судья, она могла бы оказаться в учреждении для взрослых женщин. Каким-то образом все звезды сошлись в ее пользу.
Суд решил отправить ее в колонию, если она будет отвечать на вопросы о ее отце и его операции. И приговор основывался на отсутствии у нее судимостей и семейной ситуации: разведенные родители, мать, работающая на двух работах, и связи отца с мафией. С ее жизнью могло быть покончено, потому что она была недостаточно сильной, чтобы отказать отцу. Но ей выпал шанс все исправить. Теперь у нее был Сорен. Он был ее священником, и, если он выполнит свою часть сделки, однажды он станет для нее гораздо большим. Что она сделала, чтобы заслужить все это?