Веренея
Шрифт:
– Не порядок.... Ох, не порядок…
– Да что ты так разволновался? – недоумевала Веренея, – Сейчас отмоем, откормим его… Всё будет хорошо!
– Ты не понимаешь… – голос Гриньши звучал тоскливо.– Не доглядели мы…-
Гриньша беззвучно плакал.
Веренея заволновалась. Она не знала, что делать в таком случае. Было видно, что случилось что-то из ряда вон, но что именно и что с этим делать, она не знала…
Между
– А где бабушка?
Её вопрос остановил Гриньшу. Он, как-то отстранённо, не глядя на неё ответил:
– У водяного. Нам надо туда. Я много помнил, но моя старость не щадит мою память…
– Ты чего несёшь? Какая старость? Ты же сопляк-мальчишка! – горячо воскликнула Веренея. Ответом ей послужила горькая улыбка.
– Я и говорю – ни чего-то ты не понимаешь…
– Ну так объясни! Чем тыкать меня беспрестанно тем, что я ведьма- недоучка, давно бы уже рассказал, в чём дело…– она обиженно поджала губы.
– Как кота назовёшь? – вдруг спросил Гриньша.
– Барсик! – всё ещё дуясь, ответила она.
– Я серьёзно… Как?
Веренея задумалась…
– Смотри какие у него глаза… Хитрые и умные… как у восточного мудреца! – на её лице засияла улыбка – Ну на Омара Хайяма он не тянет, а вот на бая похож! Так и назовём – Бай.
– Прав Тимофей Савич, толк будет.
Веренеи уже порядком надоели загадки и она начала заводится:
– Или ты мне всё рассказываешь, или сгинь с моих глаз…
Гриньша снисходительно улыбнулся и пошёл в сторону прихожей.
– Эй! Ты куда это собрался?
– Кота мыть. Не гоже Баюну таким чумазым быть! Ты со мной?
Веренея одним махом оказалась возле него. – Как ты сказал – Баюн?
Она посмотрела на котёнка, потом на домового, – А и то верно! Баюн!
Кот оказался спокойным и даже покладистым. Мытьё не составило труда и быстро управившись, они пошли его кормить. Гриньша достал из холодильника крынку со сметаной.
– Ну хозяюшка, попроси, как полагается!
– А как полагается?
– Вспоминай…
Веренея задумалась, потом поклонилась домовому и сказала:
– Домовой-батюшка, прими животинку мою на своё подворье. Мне и тебе на радость, на тепло душевное. Дозволь ей с нами ни ночь ночевать, а век вековать. Её холь и лелей, люби и жалей! За порог не гони, зорко следи!
Благодарю,
Гриньша широко улыбнулся и отлил свежую сметанку в блюдце.
Котёнок, тощий , с мокрой и прилизанной шерстью, осторожно потянулся к угощению. Макнул сперва лапу и лизнул её. Очевидно ему понравилось, так-как в следующее мгновение он ел её с большим аппетитом.
Вылизав до блеска тарелку, он деловито умыл мордочку и, вскарабкавшись по подолу на колени девушки, устроился спать.
– Ну рассказывай… Не томи!
– А чего тут не понятного? Война началась…
Это поразило Веренею, она смотрела на домового и ждала объяснений.
– Видимо, бабка твоей Ирочки каким-то образом вывернулась и теперь свою внучку штраполит против нас. Надо к водяному идти, к бабке Вере.
Вместе мы скумекаем, как с ними бороться…
Не откладывая в долгий ящик, Веренея хлопнула в ладоши и, взмахнув руками, широко улыбнулась. Гриньша был её превращён в сову. А перед ней стояла новенькая ступа. Современный наряд сменился на народный. Она была собой.
– Всё-бы тебе озорничать… – проговорил Гриньша, опускаясь на её плечо.
– Вот только не надо делать вид. что тебе это не нравится… Я же знаю, что ты мной доволен. А то, что ты в сову превратился… Та тебе не привыкать.
Ты и без меня с этим хорошо справляешься – Веренея глянула на себя в зеркало, хохотнула от удовольствия, лихо вскочила в ступу и, махнув помелом, рванула прочь.
Глава 20
Полёт доставлял удовольствие. Единственное обстоятельство огорчало Веринею – он был коротким. Всего десяток минут, и они опустились у реки в заповедном лесу.
На берегу, при свете месяца, играли в шахматы Гаевка – внучка Лешего и Водяной. Девчушка пыталась хитрить, чем жутко веселила Водяного. Завидев гостей нежданных, дриады зашептали: – Внучка Верооки пожаловала. Водяной оторвался от доски и широко улыбнулся Веренее. Она почтительно поклонилась и подошла ближе:
– Мне Гриньша сказал, что бабушка к вам отправилась… Что-то я её не вижу… Отошла что-ли куда?
– Была… Была, да уж отправилась к Вечному дубу.
Сова, камнем пала на землю и обернулась Гриньшей.
– Беда у нас, – горячо затараторил домовой. – Быть новой войне…
– Ты бы не суетился больно, – одёрнул его Водяной, – тебе туда лезть не надо! Али забыл уже, что срок твой убавится?
– Пусть убавится! – не сдавался Гриньша. – На сколько сил хватит, её защищать буду.
– Боги! Боги! Что твориться!? В своём-ли ты уме?! Ну, да дело твоё…– Водяной махнул с досады рукой и ушёл под воду. Веренея вопросительно глянула на Гриньшу. Парень пожал плечами: