Вердана
Шрифт:
— Она совсем не то, что прежняя императрица, — различила она то ли голос, то ли мысль. — Какое сильное тело.
Ее собираются раздеть.
— Красивая ткать. Тонкая и чистая. А-а-а! — заорала девушка-прислуга, а потом захрипела, когда кисть Верданы вцепилась в ее горло.
Двое стражей попытались освободить девушку, Вердана оттолкнула обоих.
— Я придушу ее, — тихо заявила она. — Убирайтесь все. Я сама переоденусь.
— Но…
— Я слышу «но»?!
Вердана в ярости отшвырнула прислугу и резко поднялась. «Что я делаю?» — мелькнула
Окончательно она очнулась уже в пустой комнате. Она сидела на просторном ложе, одной рукой опираясь о край обширной постели, а другой зажимая рану. Больно. «Зверь боится боли, и этот зверь чуть не придушил девушку. Это была Вердана или я?», — думала она.
Она осмотрелась. Комната без окон. Опочивальня императрицы. Она даже вздрогнула. Потом еще раз осмотрелась.
— Гос-по-жа, — раздался тихий шепот, — госпожа.
— Кто тут?
— Это я, — пропел писклявый голосок.
— Рушала, — прошипела она, — да рухнут небеса на твою глупую голову. Откуда ты взялся?
Она обернулась в ту сторону, откуда слышался голос. Вентиляционная отдушина была прикрытая тонкой тканью, свисавшей с потолка.
— Я опять вишу вниз головой. Он велел передать, что вам следует придти в зал, только ни за что не соглашайтесь быть императрицей. Это плохо. Ой! — Слабое шуршание и слезливый голосок продолжил. — Вам нужно бежать из дворца. Он поможет, только доберитесь до зала.
— Я придушу вас обоих, — прохрипела она. — Уходите из дворца.
— Я бы ушел, только не могу. Я не знаю, как, — сдавленно прохныкал мальчик.
— Исчезни. Передай ему, что я буду в зале.
Стало тихо.
— Если я сойду с ума, то не из-за Верданы, — прошептала она сама себе. — А я кто? Не понимаю.
Взгляд остановился на ярком лоскуте ткани. Цвет немного отличался от ее рубашки, что торчала из разодранного императорского наряда. Удивительно, что во время потасовки в библиотеке, рубаху не порвали. Ткань навела ее мысль, что следует одеться. Она с удовольствием освободилась от яркого платья, которое и до драки напоминало лохмотья, а теперь выглядело, как растерзанная тряпица, словно она дралась со стаей диких зверей. «Они и есть звери», — мелькнула мысль. «Не моя», — мелькнула еще одна.
Она швырнула одно платье в угол и потянула на себя новое. Только теперь она заметила свое тайное оружие и вспомнила о нем. «А императорский-то нарядец был явно просторнее, если до сих пор не обнаружилось, что под ним это устройство для стрельбы», — подумала она.
Потребовалось усилие, чтобы как следует спрятать оружие под новой одеждой, зато она придумала, как быстрее его достать. Опасно носить его заряженным, зато у нее есть возможность защищаться. Рана слишком свежая, одного удара в бок довольно, чтобы ее боеготовность сильно пострадала.
Вердана вышла за дверь, где стражники и слуги толпились, ожидая ее. Они распластались на полу, едва она открыла дверь.
— Поднимайтесь,
Перешагивая через тела, морщась от боли, она вышла в свободное пространство коридора. Ей никто не мешал. До поворота десять шагов. Догадка. Озарение.
Пять шагов. Тихо за спиной, никто ее не сопровождал. Три шага до поворота. Дверь одной из комнат на другом конце коридора распахивается, и Бала в парадном одеянии канцлера вышагивает важной походкой ей навстречу. Как раз посередине между ними поворот в другой коридор, ведущий в зал, где ждет император. Два шага. Он поворачивается к ней. Один. Поворот.
Она срывается с места и исчезает. Снова бег до потемнения в глазах до рези в животе. Вердана управляет телом и бежит, а Эл соображает, где может быть запасная панель управления комнатой. Бросок на другую сторону коридора, она быстро набирает комбинацию и исчезает в светящемся пространстве комнаты связи.
Опираясь спиной о закрытую дверь, она силилась отдышаться. Вспыхнули панель и экран, вызвав целую бурю эмоций.
— Эйсмут, это я, — выдохнула она. — Эйсмут? — На другом конце тишина. — Я нашла его. Где же все? У меня пара минут. Да что же это!
Она поморщилась, глядя в пустой экран.
— Кто-нибудь.
Как случилось, что ее не ждут? Сколько времени прошло?
— Сообщение, — командует она.
— Принимаю, — отзывается искусственный голос.
— Наблюдатель Виктор Орсеньев находится во владениях Верданы. В Доре. Пока не знаю где. Ищите сами. На планете действует третья сила, о которой базе неизвестно. Мне, во всяком случае, так кажется. Она может слышать нас. У меня есть домыслы, но нет фактов. Я вернусь, как только покину дворец. Меня отравили, может понадобиться эвакуация. Я буду в Тупе до ночи, потом покину город. Мне нужны данные, которые я просила. Подсоединяю систему считывания.
— Данные отсутствуют, — заявила система.
— Почему?
— Данные отсутствуют.
— Сообщение!
Эйсмут очнулся. Сообразил, что спал. Он не мог спать! Не должен был! Нервозная обстановка и усталость свалили его. Прослушав сообщение, он готов был волосы на себе рвать. Это она! Она все-таки добралась до связи! Короткие фразы из-за шума помех нельзя было разобрать, он с трудом узнал хриплый голос Верданы. Прослушав запись трижды, он различил знакомую речь. Она говорила на трансязыке, принятом на корабле.
— Невозможно. Невозможно, — произнес он. — Анализ артикуляции. Что она говорит? Почему такие ужасные помехи?
— Перегрузка посторонними шумами. Трансляция затруднена, — ответила система.
— Почему? Час назад связь была в норме. Капитана. Вызови капитана.
— Вызываю капитана, — согласилась система.
Торн застал Эйсмута за очередным просмотром записи. Тот сидел, закрыв рукой рот и широко раскрыв глаза. Он выглядел измученным.
— Она жива, — с облегчением выдохнул капитан.