Вера Штольц и Даниэль Дефо

Картавцев Владислав

– Красота! Какая красота! – Вера восторженно вылила на себя трехкратный объем шампуня (от необходимого) и принялась с удовольствием втирать его в волосы. Потом простояла с закрытыми глазами и ощущением неземного счастья пару минут и ополоснулась.

– А теперь есть и спать! – после душа у Веры пробудился зверский аппетит, и хотя она плотно подкрепилась за сегодня уже дважды (первый раз – на военном корабле, второй – на яхте), она все же решила исследовать холодильник. Хлеб с маслом – что еще нужно для полного удовлетворения? А еще – чашечка кофе, под которую так приятно наслаждаться

изысканным вкусом обыкновенного бутерброда! Ну, а после – спать, спать, невзирая на день в самом разгаре, и не боясь, что ночью будешь мучиться бессонницей.

***

Вера проснулась от сильного стука в дверь. Встала, не до конца понимая, что происходит. Посмотрела на часы. Половина седьмого вечера. Как раз время подготовиться – косметика, укладка, маникюр, педикюр! Все это нужно делать самой – и совсем не факт, что успеешь к сроку.

Вера накинула на себя халат и пошла открывать дверь. Стучал курьер от Высоковского – молодой парень по имени Иван.

– Меня послали Вас разбудить! – Иван робко смотрел на Веру. – У Вас телефон отключен, Высоковский беспокоится, как бы Вы не проспали. Он просил передать, что к половине девятого ждет Вас в зале ресторана на ужин.

Спасибо, Ваня! – Вера слегка расслабилась – времени-то, оказывается, чуть-чуть больше, чем она предполагала. Но все равно, срочно, рысью заниматься собой – снова в душ и… Что за убожество! – Вера с отвращением взглянула на свои руки – грязь из– под ногтей она уже вымыла, но сами они представляли собой хит-парад из заусенцев, сколов и неровностей. – Вот что делает с человеком жизнь на природе вдали от уюта и ножниц с щипчиками! Придется обрезать под самый корень! – и она принялась за работу.

– Ну, вот и всё! Как у пианистки – ногтей нет совсем! – в голосе Веры звучала грусть. А ведь еще три-четыре дня назад ее маникюр был образцово-показательной длины, правильно закругленный – гордость любой женщины! – А что сейчас? Придется руками не особо-то и размахивать, чтобы народ не пугать! И что у нас с ногами?

C ногтями на ногах оказалось проще – хотя и их пришлось сильно укоротить. Но это нормально! Немного лака, подсушить машинкой, и можно переходить непосредственно к лицу!

Вера заученными ловкими движениями нанесла тональный крем, немного рассыпчатой пудры, подвела глаза и накрасила ресницы. Последний штрих – помада под цвет всего этого великолепия, шикарное нижнее белье, прогулочное вечернее платье, сумочка и босоножки на каблуках!

– Уф! – Вера перевела дыхание и в последний раз глянула на себя в зеркало.

– Совсем другой коленкор! – она радостно скорчила себя рожицу и показала язык. От амазонки с ружьем не осталось совсем ничего, на нее смотрела Вера недельной давности – с немного запавшими глазами и ошалевшим взглядом, похудевшая на несколько килограммов – но все же знаменитая Вера Штольц, никакого сомнения! – Интересно, если я похвалю сама себя, это будет сильно вызывающе с моей стороны? Или можно сказать: «Вера, ты молодец!»?

Вера взяла сумочку и открыл дверь. Двое мордоворотов, как верные сторожевые псы, охраняли ее покой.

– Пойдемте, мальчики! – Вера сделала

знак охранникам, а сама наконец-то удосужилась включить мобильник (смартфон последней, самой модной модели, он разрядился в первый же день ее отсутствия, и теперь ему понадобилось шесть часов пожирания электрического тока, чтобы наполнить достаточной мощью аккумуляторы).

Немедленно после включения мобильник начал выплевывать пропущенные вызовы – один за другим. Их было ровно семьдесят четыре, причем, добрая половина из них (и даже больше) пришлась на день сегодняшний.

– Девятнадцать раз! – Вера посчитала звонки от Степана и улыбнулась. – Наверное, он сильно разозлился, когда узнал, что я сбежала с Тимофеем! – Вера громко рассмеялась, представила выражение лица Степана (и особенно его маман!), и мысленно показала им обоим язык.

– Так, несколько дежурных звонков от Ирки и один от Лены. Остальных не знаю и знать не хочу! Однако Лене стоит перезвонить – нехорошо обижать подругу:

– Алло! Это я!

– Вера, Вера! Привет! Как здорово, что ты нашлась! Ирка мне уже все живописала в подробностях! Ты когда вернешься?

– Не знаю, Лен! Пока что Высоковский не определился!

– Ты помнишь, что у меня через несколько дней день рождения?

– Само собой, Лен, обижаешь! Где будешь встречать?

– Хочу в ресторане не Ленинском. Я уже почти заказала столик, но Ирка говорит, нам нужно обязательно дождаться тебя! Кстати, она приготовила что-то особенное – просила меня не болтать, но ты же знаешь, я не могу удержаться!

– Отлично! – у Веры стало очень хорошо на душе – как в детстве, в предвкушении Нового года. – Знаю Ирку, она, наверняка, захочет зазвать весь известный ей гламур и бомонд в одном лице, и конечно, с прицелом на дальнейшие деловые связи! Она вечно долдонит, что самостоятельным девушкам нужно пробиваться, используя все возможные способы. А организовать модную шумную тусовку – чем не способ?

– Именно! Вера, без тебя я отмечать ничего не буду! Так что внеси и мою скромную персону в план мероприятий! А то, знаешь, я уже стала бояться тебе звонить – вдруг, отвлеку от важных дел!

– Ой, перестань, Лена! – Вера уловила некоторую напряженность в голосе подруги и даже немного обиделась. – Вы с Иркой – самые близкие мои подруги, я что, похожа на зарвавшуюся и слетевшую с катушек звезду, забывшую, откуда корни растут? По-моему, совсем не похожа! Поэтому буду обязательно – как только определюсь, сразу позвоню! Договорились?

– Отлично! Ну, всё! Тогда пока! – и Лена отключилась.

– Одна из многих негативных сторон популярности – почему-то все старые друзья и подруги начинают тебя чураться, как какой-то прокаженной! Или, может, в них просыпается чувство обиды, что это ты, а не они, знаменита и узнаваема? Ведь и они могли, и они старались, они тоже трудились, они надеялись и в мечтах своих покоряли вселенную и управляли народами! И надо же, рядом с ними – успех и популярность, а они все так же едят свою брюкву холодными зимними вечерами в плохо отапливаемых хрущебах и смотрят Малахова по телевизору! – Вера выругалась про себя, а потом снова отключила телефон.