Верь в меня
Шрифт:
— Отодвинься от меня, ты горячий.
— М-м-м… Ты бы предпочла рядом Айсберг?
— Я бы предпочла тебя не рядом, — хочу выбраться из его объятий, но только ёрзаю пятой точкой по его утреннему стояку.
Нависая сверху, отводит в сторону упавшую на моё лицо прядь волос.
— От тебя воняет, Потоцкий.
— Прости, я как-то забыл про зубную щётку.
— Я сейчас про перегар. Не дыши на меня, пожалуйста.
Смеётся.
— Это ты виновата.
— С хрена ли? Я в твою глотку вискарь не заливала.
Крутой
— Ты мне сердце разбила, детка. Из-за тебя я вчера нажрался как скотина.
— Не обольщайся, у скотины нет сердца.
— Ещё как есть.
Руку мою прикладывает к своей груди в том месте, где у нормального человека бьётся сердце. А у этого — часовой механизм, чтобы часики могли тик-так.
— Пусти, Дань.
— Не хочу, — тянется ко мне с поцелуем, а я голову демонстративно отворачиваю в сторону.
— Ночь закончилась, тебе пора свалить.
Вздыхает. С меня перекатывается на спину.
Встав с кровати, брожу по номеру, собирая разбросанные по полу шмотки. Его брюки и рубашку швыряю в него же. Носки его вонючие вместе с трусами даже трогать не собираюсь. Нахер пусть идёт и чем быстрее, тем лучше.
— Насть?
— Что?
— Ты сейчас серьёзно, что ли? Ночью же всё было хорошо.
— Тебе показалось. Секс мне понравился, а вот ты сам — как-то не очень. Уходи, Потоцкий.
Сев на кровати, растерянным взглядом по мне мажет. Вверх. Вниз.
— Значит, всё по-старому?
— Какой догадливый, — скрестив руки на груди, смотрю на него неотрывно. — Уходи. Я сейчас серьёзно.
Вздыхает. И молчит.
Поднявшись с кровати, даже не пытается прикрыться. А я не смотрю на него специально, просто не успела отвести взгляд. Бог мой… Лучше бы он поскорее оделся и свалил ко всем ебеням, пока меня кроет. Боюсь передумать. Ну а вдруг шестерёнки в моей голове сломаются, и всё начнётся заново?
Второй день свадьбы Лёхи проходит без вчерашней помпезности. Гостей раза в три меньше, я почти всех знаю. Вся наша компания тоже в сборе. Друзья общаются на привычные темы, пьют, едят и шутят. А я ловлю на себе взгляды Данила и отворачиваю голову в сторону, когда случается глаза в глаза.
Он смотрит на меня из-под насупленных бровей, не скрывает недовольства. После того как он ушёл из моего гостиничного номера этим утром я проплакала целый час. Ругала саму себя за слабость, упрекала за трусость. Но всё же сумела взять себя в руки, договорившись с совестью, что этот секс был неизбежен, но он был в последний раз. Потому что скоро я вернусь домой и продолжу жить своей привычной жизнью, в которой у меня всё заебись.
— Насть, не хочешь выйти? — предлагает Света, кивая на выход.
Соглашаюсь и уже через несколько минут, оказавшись за углом ресторана, Света затягивается своей электронкой.
— Все ребята
— Вряд ли, Свет. Я к родителям хотела поехать в гости.
— Очень жаль. Извини, что я сейчас прямолинейно скажу, но ты стала другой, Настён. В нашем общении появилась неловкость. Я к тебе и так, и эдак… Ты очень отдалилась.
Пожимаю плечами. Мне нечего ответить на эту констатацию фактов. Всё так и есть.
— Дело в Даниле или ты не хочешь говорить на эту тему?
— Не хочу, прости.
Света вздыхает, говорит, что всё понимает. Ещё не отболело. Не время ещё отболеть — без двух недель прошёл год, как моя жизнь сделала крутой поворот. Сгорела фотостудия, а любимый мужчина отпустил в свободное плавание, когда я так остро нуждалась в нём, когда меня держать нужно было стальными тисками… рядом с собой.
К девяти часам вечера я собираюсь уходить. Молодожёны давно слиняли, а пьяным гостям, половина из которых уже не в адеквате, как-то пофиг на меня.
Девчонки отжигают на танцполе, а ребята заняты бурным спором: как всегда любители немецкого автопрома обсирают всех остальных.
— Ребят, я пойду уже, — говорю достаточно громко, и все мужчины одновременно поднимают на меня взгляды.
— Насть, такси вызвать? — предлагает Жека.
У нас в компании так сложилось, что ребята меня всегда провожают домой. Я же всю жизнь одинокая девушка, мне априори приключения прилетают на пятую точку, а друзья у меня классные, беспокоятся о моей безопасности — даже сейчас выпивший Женя заботится, предлагает вызвать такси.
— Я проведу Настю, — отвечает молчавший до этого момента Данил.
Всей компанией смотрим на Потоцкого. Если кто-то что-то и понял, то молчит.
— Буду благодарна, — говорю Данилу и машу рукой остальным мужчинам, мол, пока, со мной всё будет ок.
Разворачиваюсь и шагаю вперёд, цокая каблучками по керамическому граниту. Обогнав, Потоцкий открывает передо мной дверь, тактично отходит в сторону. Киваю ему и с нереально быстро колотящимся сердцем выхожу на улицу.
— Нам сюда, — коснувшись моей руки, Данил немного отходит в сторону, понимая, что этот жест был лишним.
Его «Ровер» тяжело не узнать. Заметив его, я ускоряю шаг и когда, находясь позади меня, Даня жмёт на брелок, дёргаю ручку дверцы на себя.
С нетерпением жду, пока Потоцкий устроится за рулём, и машина тронется с места.
Запустив мотор, Даня даёт ему немного времени прогреться и включает музыку. «Скорпионс» я узнаю с первых аккордов. С недоумением кошусь на Потоцкого. Этот человек только рэп слушает — сколько его помню.
Не задавая лишних вопросов, Данил везёт меня в гостиницу. Я смотрю в окно на свой любимый ночной город и вздрагиваю каждый раз, когда «Ровер» проезжает мимо знакомых до боли мест.