Верь мне!

Дойл Аманда

— Не очень-то умно было хвастаться тем, как ты от нее избавилась, перед этим молодым парнем — кажется, Уортингом? — продолжал Стив.

Анжела открыла рот, собираясь что-то возразить, но он предупреждающе поднял руку и безжалостно подтвердил:

— Да, я все знаю, Анжела. Видишь ли, Уоринг был искренне… э-э-э… привязан к нашей мисс Стейси. И когда ты намекнула, с какой легкостью добилась ее увольнения, он стал разбираться и обнаружил исправления в записях мисс Стейси. Сделанные тобой. В тот момент, как дал мне понять Кларк, его единственной целью было вернуть ее доброе имя, хотя он не имел представления,

куда девушка исчезла. И именно из-за этого ты с ним и рассталась, не так ли, Анжела? И поэтому ты теперь даже и не работаешь в фирме, не так ли? Дело замяли, но тебя попросили уволиться. По собственному желанию — так, кажется, Уоринг рассказал о том, что произошло.

Лицо Анжелы было белым как простыня. Она слова не могла произнести от злости.

— Ты… ты животное! — наконец взвизгнула Анжела. — Я тебя ненавижу! Я ухожу, уезжаю, и мне совершенно наплевать на тебя! Да я все равно ни за что бы не согласилась жить в этом отвратительном захолустье, даже если бы ты меня умолял. Здесь смертельно скучно! И людишки здесь недалекие и скучные! У нас с тобой все кончено, Стив Брайент, слышишь!

Лицо Стива оставалось непроницаемым, но Лу готова была поклясться, что заметила в глубине его глаз искру презрения, когда, вежливо кивнув в сторону двери, он предложил столичной гостье уйти. Проходя мимо, Анжела оттолкнула его руку и выскочила в коридор.

Наступившая вслед за этим тишина, казалось, длилась вечно. Лу почувствовала, как потихоньку успокаиваются ее нестерпимо напряженные нервы.

Слезы облегчения и потрясения подступили к глазам и готовы были вот-вот пролиться. Она неподвижно сидела, сцепив пальцы в попытке сохранить власть над собой.

Стивен Брайент подошел и остановился возле нее.

— Вам больше не придется видеться с Анжелой, — произнес он почти равнодушно. — Я скоро отвезу ее к поезду. Боюсь, мисс Стейси, ваш чай совсем остыл. Наверное, вам следует заварить себе свежий, прежде чем вы начнете распаковывать вещи. Я надеюсь, вы знаете, что о расторжении договора о найме следует предупреждать за месяц?

Его невозмутимые слова подействовали на Лу как холодный душ. Предупреждать за месяц, так он сказал? Предупреждение за месяц. Еще один месяц. Она больше не могла справиться со своими дрожащими руками. Дрожь охватила ее всю с головы до ног. И что самое неприятное, горячие слезы хлынули ручьем и потекли по щекам — и все это прямо у него на глазах!

Стив резко опустился на постель рядом с ней.

— Ну-ну, мисс Стейси. Вы ведь не станете подводить нашу дружную команду и не покинете нас так сразу, а? До сих пор вы держались просто прекрасно. Успокойтесь! Ну вот и умница. Это же всего один месяц. Ровно через месяц вы снова будете в Сиднее, увидетесь со своим любимым Уорингом. Ведь вы именно этого хотите, правда? Насколько я понял, он для вас немало значил.

При одном только упоминании о Сиднее Лу устремила на Стива умоляющие, залитые слезами глаза.

— Я н-н-не хочу возвращаться туда! — прорыдала она. — Не хочу! И не желаю снова видеть Дика Уоринга. Он абсолютно ничего для меня не значит.

В наступившей тишине слышались только ее прерывистые всхлипывания.

Наконец Стив осторожно спросил:

— Вы имеете в виду, что хотели бы остаться в Ридли-Хиллз? Это так?

Лу вытерла

глаза и робко кивнула.

— Почему?

— Просто хочу. Мне здесь нравится. То есть если вы по-прежнему считаете меня годной.

— Годной? — Он сардонически изогнул бровь. — Если вы хотите спросить, остается ли ваше присутствие здесь желательным после сегодняшней заварушки, то да. Я поверил бы вашему слову, что бы ни говорили другие. Но имейте в виду, мисс Стейси. — В его голосе вновь зазвучали стальные интонации. Стив сжал запястья девушки и заставил повернуться и посмотреть прямо в глаза. — Если вы хотите остаться только для того, чтобы быть рядом с юным Алланом Йетсом, тогда нет — я считаю, что вам лучше все-таки подыскать себе другое место.

Ну и нахальство! Стараясь высвободиться, Лу боролась с поднявшейся в ней волной возмущения. Голос ее дрожал от ярости:

— Замолчите! Меня уже тошнит оттого, что все меня так и толкают к Аллану! Тошнит, когда все кругом говорят мне, что я должна к нему чувствовать. Вы… вы ничуть не лучше Анжелы! Вы… вы ставите под сомнение мои поступки, мои принципы и не верите, когда вам говорят правду. Вы не способны увидеть правду, даже если она у вас под носом! Вам безразлично, совершенно безразлично, что чувствуют окружающие. Вам безразлично, что мне тогда пришлось причинить Аллану боль, отказавшись от его предложения.

Стальная хватка Стива ослабла.

— Напротив, — возразил он странным голосом, — мне очень важно было услышать именно это. Важнее всего на свете. Бог мой, Лу, посмотри на меня! Посмотри на меня!

Лу послушалась. В смущении она и не обратила внимания на то, как он ее назвал.

— Не говори мне, что я не вижу правды, Лу! — Его голос звучал глухо. — Не говори, что я и сейчас ее не вижу! Я не зеленый юнец, с которым можно играть, а потом прогнать прочь. Ты ведь понимаешь? Ты играешь с огнем, если не хочешь сказать мне того, что я читаю в твоих глазах, понимаешь? И ты должна быть готова к последствиям.

— Да, — выдохнула девушка.

— Что да?

— Да, я готова к последствиям, — смущенно пробормотала Лу.

Самый лучший мужчина на свете заключил ее в объятия, прижал к своей запыленной рубашке и поцеловал — властно, безжалостно, жадно, — будто и не собирался больше никогда ее отпускать.

А он и точно не собирался, целуя ее щеки, шею, волосы…

— Лу, любимая, сколько же времени мы потеряли даром! Ты ни разу не подсказала мне…

— О, Стив! — Она смущенно произнесла его имя. Лу наслаждалась этим непривычным для нее обращением. — Стив, я тебя так давно люблю… — призналась девушка и осмелилась поднять на него глаза. — Кажется, просто целую вечность. Иногда я просто не знала, как мне это скрыть.

Он радостно улыбнулся:

— Боже правый! А я чуть с ума не сошел от ревности! Мне казалось, что ты не видишь никого, кроме Аллана Йетса. Этот нахальный юнец! Когда я в тот вечер увидел, что он тебя целует, я ему чуть шею не свернул! Ты даже представить не можешь, что я пережил, когда той ночью ты не вернулась домой. А когда ты сказала, что прекрасно провела время… Похоже, ты мной играла, милая моя Лу.

Когда ее губы приоткрылись, чтобы возразить, он снова поцеловал ее, на этот раз с огромной нежностью, такой, о которой она всегда мечтала.