Верь мне
Шрифт:
Открыла глаза, было еще темно. Это сон, всего лишь сон. Я поняла, что брат прощался со мной. Но также знала, что он сдержит обещание, всегда будет рядом.
Я проснулась вся липкая от пота, малыши по очереди икали в животе. Это означало, что мне нужно срочно поесть, но как только я подумала о еде, на меня навалилась тошнота. Прохладный душ привел меня в более менее нормальное состояние.
Я не помнила, чтобы начало июня было таким жарким. От жары не было спасения ни на улице, ни дома. Казалось, что я поглощаю тонну воды, но
— Аль, может, дома останешься? На улице уже 25, а еще только девять утра.
— Нет, мамуль, мне сегодня хотя бы показаться нужно обязательно. Все нормально будет. Да, мышата? — я приложила ладони к животу и мне сразу дали «пять».
Я села на стул и поморщилась от резкой боли.
— Что? — встрепенулась мама.
Я подняла футболку и посмотрела на новую растяжку. Было ощущение, что моя кожа, как капроновые колготки, на которых пошла стрелка.
— Ох, Аля, они для тебя слишком большие. А еще два месяца. Ты хоть мажешь кремом?
— Да, только смысла нет, как видишь, — усмехнулась я. Даже врач мне говорила, что малыши для моего роста и комплекции большие. И я морально готовилась к кесареву и преждевременным родам. В комнате уже стояла сумка со всем необходимым. Но я точно знала, что мои мышата не подведут меня, и мы встретимся в положенное время.
Когда я вышла, у парадной меня уже ждали Лина и Дима.
— Ты как?
— Нормально, только очень жарко, — я помахала своим легким сарафаном, но даже тонкая ткань прилипла к спине. Странно, мне в голову только сейчас пришла мысль, что в этом платье я познакомилась с Максимом у Пороховых дома. Я улыбнулась, а малыши закопошились внутри.
— Поехали?
Мы сели в машину и за несколько минут домчались до универа.
— Мелочь, держи, — Дима протянул мне бутылку воды. Он продолжал называть меня «мелочью». Хотя я больше походила на симпатичного бегемота.
— Спасибо.
Он обнял нас с Линкой.
— Ни пуха, ни пера.
— К черту, — ответили мы в унисон и поковыляли в душный кабинет.
Несмотря на открытые окна, в кабинете стояла ужасная духота. Солнце светило прямо сюда. Я, обливаясь потом, поглощала выданную мне Димкой бутылку воды. Моя голова раскалывалась от боли.
В кабинет зашла преподаватель. Она заполняла ведомости и раздавала билеты.
— Так, Жукова, а ты что здесь делаешь? А ну-ка, зачетку на стол и марш домой. Еще мне не хватало тут роды принимать. Ставлю четыре и брысь из кабинета.
— Спасибо, — я пошатывая прошла к выходу.
Линка взяла меня за руку и прошептала.
— Подожди меня, я сейчас первая отвечу и выйду.
— Хорошо.
Голова кружилась все сильней, и мне просто необходимо было выйти на воздух. Я точно знала, что крыльцо универа еще в тени и там прохлада.
Потихоньку спускаясь по лестнице, я искала глазами Диму, чтобы он помог мне спуститься. Мой живот уже закрывал ноги и рассмотреть, что под ним не было никакой возможности.
Крепко держась за поручень, я спустилась на одну ступеньку. Но стоило мне увидеть Порохова, как мои руки ослабели, а ноги перестали держать. Я потихоньку стала опускаться на лестницу.
Как только мои глаза встретились с ярко-голубыми глазами, из меня как будто выбили весь воздух. Макс. Он стал еще красивей. Волосы отрасли. Они ему очень шли, делая его еще более сексуальным и мужественным. А яркие голубые глаза с черными длинющими ресницами остались такими же: серьезными и проникающими в самое сердце. Максим был здесь, после стольких месяцев и самое странное, он стоял. СТОЯЛ на своих ногах. Последнее, что я помню — это как он бежит ко мне, что-то крича, а дальше меня накрыла темнота.
Глава 34
Первое, что я сделала придя в себя, обхватила свой огромный живот, даже не открывая глаз. Пытаясь понять, что с моими малышами, но они моментально успокоили меня, ответив толчками на мое прикосновение.
— Господи, как же я за вас испугалась, — прошептала я.
— Аля? — хриплый голос заставил меня распахнуть глаза. Стоило мне их открыть, как я увидела, что рядом со мной, облокотившись на кровать сидит Максим, и выглядит он не лучшим образом. Он стал совершенно не похож на того парня, которого я увидела на крыльце универа. Волосы в разные стороны, заросший подбородок и красные воспаленные глаза. Он казалось постарел лет на пять. — Как ты себя чувствуешь?
Я непонимающе смотрела на него.
— Хорошо, — не соврала, и вправду, чувствовала себя отлично.
— Подожди, я врача позову, — он нажал на кнопку, не прекращая на меня смотреть. Я молчала, не могла поверить, что это он, здесь, рядом со мной.
Практически моментально палата наполнилась врачами и медсестрами и Макса отстранили от меня, а я все так же продолжала смотреть в его глаза.
Мне потребовалось усилие, чтобы перенести внимание на врача — женщину средних лет, которая проводила обследование.
— Что произошло? — спросила я у нее.
— Вы упали в обморок. Это от жары. Волноваться нет причины. Беременность без осложнений. Небольшой отдых и вы восстановитесь, но придется полежать немного у нас. Поколем витамины и отпустим домой. Муж может остаться с вами. Это платная палата, поэтому вас никто не потревожит.
Я перевела взгляд на Макса. Он стоял в углу с потерянным видом и кусал свой кулак. Неужели ему так не приятно, что его сейчас назвали моим мужем? Я смахнула набежавшие слезы.
— Да, я все поняла. У меня нет мужа.
Женщина неуверенно посмотрела на парня.
— Но он сказал, что ваш муж. В общем, не важно. Он может остаться. Всего доброго. Вечером я еще загляну к вам. А, да. Ходить тоже можно, но немного, нужно силы восстанавливать.
Они вышли, и мы снова остались одни.
Я села на кровати, а Макс нерешительно подошел ко мне и опустился на колени рядом со мной.
— Алечка, родная, прости меня, — Прошептал парень и на глазах его появились слезы. — Прости, если сможешь, я самый настоящий дурак! Нет, хуже. Я ненавижу себя за то, через что тебе пришлось пройти. Но я умоляю, если сможешь прости меня.