Верь мне
Шрифт:
Молодец, Давид, что за слабых заступаешься, да только не дорос ты пока до весовой категории этих мудил малолетних.
— Ты еще кто такая? — Оборачивается подбитый. — Иди куда шла или ща тоже по морде отхватишь!
— Силенок не хватит. — Ухмыляюсь из-под капюшона. — Пацана отпустили. Я ментов вызвала. — Блефую, надеясь решить конфликт мирно.
— Ха, ментов! — Усмехается нагло запердыш. — У меня батя — глава местного РУВД, сучка! Так что ментами меня не пугай.
— Эх, совсем молодежь отмороженная пошла. — Горестно вздыхаю. — Никакой управы.
— Кира Михайловна…? — Неверяще пищит Русаков.
Прикладываю палец к губам, чтоб не палил меня. Мальчик понятливо умолкает.
— Вы позор своих отцов и матерей, раз позволяете себе обижать беззащитных и толпой нападать на слабых. Вы обыкновенные отморозки и такими на всю жизнь и останетесь. Позором своей семьи. — Говорю ровным тоном, пытаюсь спровоцировать самое слабое звено на действия.
— Тоже мне, заступница слабых и обездоленных нашлась! — Замахивается на меня, собираясь ударить главарь пользуясь тем, что ближе всех.
Наступаю ему на ногу, перехватываю руку в полете и вывожу на болевой. Выкручиваю запястье, заставляя зазнавшегося отморозка упасть на колени прямо в лужу, вырубаю его точным отточенным годами ударом в шею.
Не теряя ни мгновения подлетаю к шокированным подросткам, хватая за куртку вырываю из захвата хулиганов Давида, задвигаю ученика себе за спину.
Один из прихвостней, почуяв опасность, встает в поставленную уверенную стойку.
Боксер. Молодой еще. Мне точно не ровня.
Неожиданно для всех ухожу вниз и ударом ноги в колено «роняю» неумелого зеленого боксера.
Слабое место у боксеров тренированных и обученных биться по правилам ринга — это ноги.
В уличной драке ни правил, ни судьи. Здесь царит беспредел. Либо ты, либо тебя. Какими путями добьешься победы над противником не имеет значения. Вам не повезло, пацаны. Я обучалась не только самбо на ковре, но и уличным дракам в подворотне. Райончик, где я провела свое незабываемое детство, был еще той адовой задницей мира.
Дорабатываю его ударом в нос, не сильным, кость не сломана, но звезды точно словил, в ближайшие пару часов без головокружения ровно стоять не сможет, а значит не соперник.
Третий, который все еще на ногах преподносит сюрприз. Дрожащими руками направляет в мою сторону нож. Для опытного бойца подобное оружие не помеха.
Выбиваю хлестким ударом руки оружие, хватаю за одежду и выполняю бросок, крепко приложив об асфальт. Не пережив «радушной встречи», пацан теряет сознание.
Все противники повержены.
Оборачиваюсь к Давиду. — Ты как, нормально?
— Ага… а круто вы их, Кира Михайловна.
— Ну так, пятнадцать лет в спорте не пропьешь.
Возвращаю внимание единственному в сознании боксеру.
— Деньги есть? — Спрашиваю строго и с угрозой.
— И-е-есть. — Кивает, морщится, размазывая кровь по лицу.
— Давай сюда. И телефон.
Достает кошелек, протягивает вместе с телефоном. Там пятьсот
— Это компенсация. Кому донесешь, найду всех троих и ноги переломаю. Я понятно объясняю? — Активно кивает. — А если к пацану сунетесь, я вам рот порву и яйца отобью до посинения. Надеюсь, мы все друг друга поняли и достигли консенсуса. — Разворачиваюсь, подхватываю за руку Давида.
Отходим подальше от гоп — компании.
— Провожу тебя до дома. Какой там у тебя адрес?
— Здесь недалеко, на соседней улице через дорогу. Кир Михална, а нам сказали, что вы на тренинг в столицу уехали.
— Ага. На тренинг. Смертельный. — Выдыхаю.
— А когда я стану таким же сильным, как и вы? Я только одному врезать и успел, а вы их в одиночку раскидали.
— Таким как я не станешь. Сильнее будешь. Если от тренировок не отлынивать. Через пару лет подобная гопота для тебя уже не будет проблемой, нагонишь рост, наберешь вес и навыки отточишь, Меня еще переплюнешь.
— Правда? — Смотрит с сомнением.
— Слово даю. — Киваю уверенно. — Скажи лучше, из-за чего ты с ними сцепился?
— У нас там за гаражами поле футбольное. Туда все наши местные поиграть ходят. Вот и сегодня играли. После игры я домой уже шел, решил путь срезать и увидел, как эти… — качнул головой со злостью. — Собаку местную бродячую до смерти забили. И на видео все это снимали. А она ведь добрая была… никого не трогала никогда, гладиться давала, я ее подкармливал иногда… Мне — то мама не разрешает собаку заводить. — Шмыгает носом, едва сдерживая слезы. — Вот я и сорвался. Набросился на них. Одному врезал, да только их трое кабанов, а я один, шансы неравные. Ну а дальше вы вмешались… спасибо вам, Кира Михайловна.
— Да, ерунда. — Отмахиваюсь. — Лучше скажи мне какую ошибку ты совершил в этой стычке?
— Хм-м-м… — Задумывается. — поддался эмоциям?
— Верно. — Киваю одобрительно, взъерошиваю волнистые волосы. — Первое правило в бою — в любой ситуации и при любой провокации сохранять холодную голову. В жизни тоже пригодится и не раз. Потому что, что? — Смотрю на Давида.
— Потому что жизнь — это большое татами и нам всем постоянно бросают вызов на поединок. Поэтому всегда нужно быть готовым к бою и рассчитывать стратегию для победы на несколько ходов вперед. А эмоции — помеха, которая мешает сосредаточиться на цели.
— Пра-а-а-вильно. Редко кому удается совладать с эмоциями и направить их в нужное русло, заставив работать напользу, а не вовред. Кстати о вреде, как там отчим?
— Больше не объявлялся! — Радостно объявляет мальчик.
— Ну и хорошо.
Довожу Давида до подъезда.
— Ну все, иди домой. Увидимся на тренировке.
— А вы скоро вернетесь?
— Как бог даст….
Глава 16
КИРА
В обычное время я любила приходить на набережную. Мне всегда нравился шум воды, он дарил умиротворение и чувство единения с природой.