Венера
Шрифт:
Такой наглости он явно не ожидал. А я себя голой не особо и чувствовала. Привыкаю, что ли?
Ощутила чей-то злобный взгляд.
– Не лезь!
– гаркнула по-венериански.
Не слишком ли много народу наблюдает за мной? Вот так, уединишься... А оказывается стриптиз бесплатный устраиваешь.
Пришлось возвращаться к девчатам.
В моей постели обнаружился какой-то мужик, за что и поплатился особым веником, не распаренным. Улепётывал спросонку, так, что лишь пятки сверкали, чуть народ не затоптал.
А проснувшись,
– Чего это ты укуталась? Чай не захворала?
– спросила старушка, присматривающая за нами.
– Да один добрый молодец одежду забрал. Предлагал замуж.
– Что ж ты, неужто отказала?
– Да разве ж так замуж выходят?
– удивилась я. Такое ж только в сказках и бывает.
– Ну так парень смекалист.
– Так не люб.
– Не всё ж по любви. Сказывают, тебя с чужаком видали.
– И что с того?
– Он тебе люб?
– Не знаю, бабушка. А ни один пока не заслужил моей любви.
Бабушка усмехнулась:
– На тебя теперь охоту открыли.
– В смысле?
– не поняла я.
– Ну, ты лишилась девственности с чужаком. Если понесёшь от него - очень хорошо. Свежую кровь в племя принесёшь.
От этой новости у меня нож соскочил и рубанул по руке.
Так они думают, что мы переспали?Ну, конечно, думают, после вчерашнего. А поскольку мы с Дао не заявили о своём намерении жениться, теперь отбоя не будет от местных или парней из соседних племён.
Так я одежды не напасусь.
– Не поранилась?
– спросила старушка участливо.
Я осмотрела руку, пришла к выводу, что на мне ни царапинки и продолжила разделывать тушу. Преимущества явно на лицо такой брони.
Так продолжалось несколько дней(я по-прежнему отмеривала срок в днях, хотя могла считать лишь ночёвками (точнее, количество снов). За которые я озверела. И, не найдя спасения, спустилась к горной реке, где впервые повстречала незнакомца, оказавшимся Дао. Эти дни Дао не давал о себе знать, а мне даже обидно было, временами, что он будто желание сделать меня своей женщиной потерял. Дао я застала за тренировкой, он двигался медленно и, как и прежде, красиво.
– Нагулялась?
– иронично спросил он, не прекращая упражнение.
– Ты это о чём?
– Ну, хотела свободы. Я тебе её дал.
А я так растерялась, что не знала, чем крыть.
– Ты говоришь так, будто я тебе жена.
Он не ответил. Лишь продолжал двигаться. А меня подмывало пожаловаться. Будет ли слушать?
– Между прочим, мне прохода не дают. Везде какие-то озабоченные мужики. Что девушек нормальных нет? Чего на меня слюни пускают. Благо, за изнасилование тут убить могут, - я вздохнула.
– Разве я какая-то особенная? На статую похожа.
Я подошла в заводи, заглядывая в своё отражение. Мраморная статуя!
Фу!
– Зачем ты надо мной поиздевался?
–
– Ну, ты тоже к этому причастен.
– Думаешь? Возможно произошедший сбой из-за меня. И чип не активирован поэтому был. И то, что ты выпрыгнула. Это готов признать, если тебе легче станет.
У, бесчувственный чурбан! Нет, чтоб пожалеть, уверить в том, что я самая прекрасная девушка на свете. К кому я пришла?
Может, правда, согласиться на замужество с венерианцем? Они уж точно не бесчувственные, хотя вряд ли что испытывают, кроме спортивного интереса.
– И ты не ревнуешь меня к этим... Ухажёрам?
– А должен?
Я обиделась и просто ушла. Надоело тут! Все надоели! Пошло всё лесом! Возьму мясо с собой на пару дней и поплыву в ту сторону, откуда пришли. А зачем туда возвращаться? Мамы больше нет. К оку СВА мне не нужно.
– Чёрт, чёрт, чёрт!
Я б может, попросила Дао заключить фиктивный брак. Вот только после того, что было, вряд ли согласится. И, похоже, он знает, что никуда мне не деться от него. Глумился, ведь, надо мною. Но и играть его чувствами не хотелось в надежде, что он приревнует, покажет, что я ему небезразлична.
– И долго будешь бегать?
– раздался сзади голос Дао.
– Неужто ещё не надоело?
– Будто ты мне что-то предлагал, - буркнула я.
– Предлагал. Быть моей.
– Кем твоей? Да и предлагал ли? Скорее поставил перед фактом.
– А ты хочешь договор, в котором расписаны твои права и обязанности?
– Что за договор?
– удивилась я.
– У нас заключают договор, чтобы исключить судебный иск. Любые личные отношения прописаны в договоре. И прежде, чем начать отношения, обе стороны обязаны подписать. Ухаживания и всё прочее там прописано. Шаг влево, шаг вправо - суд.
– Не позавидуешь, - подвела итог я.
– Так что ты от меня хочешь? Договор?
– Хочу определённости, возможно ухаживаний.
– Тогда, хотя бы, обозначь, что можно, а что нельзя, - сказал он, прикоснувшись к моей спине.
Задумавшись, я не сразу заметила, что он обнял меня. Его руки заскользили по моим бёдрам, отодвигая вверх кожаную одежду.
А когда поняла, что горю в его руках, развернулась к нему лицом.
– Что ты делаешь?
– Проверяю границы дозволенного.
– А что дальше?
Он развязал пояс, распахивая мою одежду. По телу пробежала волна дрожи.
– Ты не останавливаешь меня, - сказал он спокойно.
– Ты ведь ощущаешь, как я реагирую. А как ты?
Он без лишних слов стянул свою повязку. Я мельком глянула и встретилась с его взглядом, чтоб не смотреть туда, а то смущалась безмерно.
– Какая ты красивая!
– прошептал он охрипшим голосом.
Что же я творю? Да, мне хотелось ощутить себя нужной, любимой. Вот только телесные ласки не говорят о любви, а всего лишь о желании.