Венец судьбы
Шрифт:
— Доброе утро, прабабушка. Мое почтение, господин Калиг, — сказал Верховный Правитель.
Несмотря на то что неожиданные появления этих гостей порядком досаждали, он отметил для себя, что начинает к ним привыкать. Все это уже казалось почти естественным.
— Доброе утро, милорд, — поприветствовала Палбена Лара. — Я привела на встречу с вами вашего кузена Кадарна Хаука, доминуса Теры, и его жену, госпожу Паулину. Они будут гостями на свадьбе моего сына и Ниуры Агасферус, а после подведут итоги переговоров по поводу женитьбы их наследника Ваклара на Йамке Агасферус.
Первая жена Палбена, леди Лорейн,
— Добро пожаловать в Хетар, дорогие родственники! Мы чрезвычайно рады принять вас. Мне даже кажется, что я вижу определенное сходство между доминусом Кадарном и моим мужем. Госпожа Паулина, у вас восхитительное платье! Цвет очень приятный и выгодно подчеркивает вашу красоту.
— Йамка выходит замуж за принца, который потом станет доминусом? — с обидой в голосе сказала Дивша. — Но это нечестно! Ниура выходит за правителя. Йамка — за будущего правителя, а я всего лишь вторая жена? — Она в негодовании топнула ногой. — Но ведь я самая красивая! — И Дивша театрально разрыдалась.
Палбен раздраженно сжал губы, когда его вторая жена устроила эту небольшую сцену. Он не сделал даже попытки успокоить ее. Хотя Палбен и наслаждался ею в постели, единственной разумной причиной взять ее в жены было стремление объединиться родственными узами с Повелителем Сумерек, ибо он воспринял предостережение Лары очень близко к сердцу. Дивша для него была не более чем личной женщиной для удовольствий, хотя он подозревал, что обойдется она ему очень дорого.
Взглянув на Палбена, Лара подумала о своем зяте Ионе. Внук не только напоминал его суровой, сдержанной манерой держаться и холодным взглядом, но определенно унаследовал и его хладнокровие. На мгновение ей стало жаль Дившу. Затем она обратилась к леди Лорейн:
— Нам понадобятся комнаты со всеми удобствами, чтобы мы могли привести себя в порядок перед свадьбой.
— Конечно, прабабушка, — ответила первая жена Палбена. — Я сама провожу вас, и будьте уверены, мы предоставим вам транспортное средство, чтобы добраться до дома Груджина Агасферуса, хотя находится он буквально вот за этим парком. — Она отвела их в светлую, залитую солнцем комнату и велела двум слугам проследить, чтобы гости ни в чем не нуждались. — Я вынуждена покинуть вас, чтобы переодеться к церемонии. Кроме того, мне предстоит успокоить Дившу и уговорить ее пойти на свадьбу, так как теперь она, вероятнее всего, будет отказываться.
— Вероятно, — кивнула Лара, — но было бы даже лучше, если бы она не пришла.
— Нет, — возразила леди Лорейн, — это плохо скажется на настроении моего супруга, если его новоиспеченная жена не будет присутствовать на таком важном событии. Это моя обязанность, следить за поведением Дивши. Я видела, как вы смотрели на Палбена, прабабушка. Да, вы понимаете, на кого он так похож, и внешними чертами, и особенностями характера. Он не станет уговаривать Дившу, но будет ждать от нее полного повиновения, так как это долг жены. Если же она не проявит покорности, он станет бить ее. Думаю, стоит уберечь ее очарование молодости и светлую кожу от следов побоев.
Лара понимающе кивнула.
— Как жаль, что женщины Хетара утратили все свои права, которыми когда-то
— Вам приходилось знать женщину для удовольствий по имени Джиллиан? — спросила Лару леди Лорейн.
— Да, — ответила Лара. — Она была великой женщиной, много лет она возглавляла гильдию женщин для удовольствий. А почему вы спрашиваете?
— Я являюсь ее потомком, — призналась леди Лорейн. — Конечно, я не была с ней знакома, но среди женщин в нашей семье о ней всегда говорили с большим уважением.
— Да пребудет с вами благословение, потомок леди Джиллиан, — сказала Лара. — Я считала эту женщину своим хорошим другом.
Госпожа Лорейн очаровательно залилась румянцем.
— Благодарю вас, прабабушка, — откланялась она и спешно удалилась.
Калиг вздохнул.
— Как печально, что те, чьи души и сердца еще полны добра, тоже пострадают от грядущей беды.
— Я знаю, что все остальные должны уйти, но почему мы не можем остаться, милорд? Если не останется никого, кто же будет излучать Свет?
Принц-тень покачал головой:
— У нас иная судьба, любовь моя. Мы сделали здесь все, что могли. Ты и сама знаешь это, даже если не можешь смириться с этим в душе.
Лара печально кивнула, согласившись с ним, но слезы снова наполнили ее волшебные зеленые глаза и, замирая на темных ресницах, блестели, словно крошечные кристаллы.
Стараясь поддержать и успокоить, Калиг обнял ее, а фея положила голову ему на плечо.
Заинтригованный этой сценой, Кадарн Хаук наблюдал, не отрывая глаз. Но затем он огляделся, оценил роскошество дворца Палбена и начал с завистью размышлять, как создать такое же великолепие в его собственном замке. Стоя подле него, его жена восхищалась платьем, по волшебству созданным специально для нее, и интересовалась, сможет ли оставить его себе после торжества. Никогда прежде она не видела такого восхитительного шелка. И как им удалось добиться столь бесподобного оттенка? Драгоценные камни, которыми были обшиты вырез и манжеты платья, должно быть, могли составить небольшое состояние.
— Если Ваклар женится на этой хетарианской девушке, нам придется перестраивать весь дворец, милорд, — шепнула леди Паулина мужу. — Несколько деталей интерьера, которые мы привезли из Хетара, ничто по сравнению с этим дворцом. А сегодня нам предстоит увидеть, как живет еще один влиятельный хетарианец. Если у него так же роскошно, как в этом дворце, то будет очень стыдно привезти эту юную аристократку в наше жилище, если мы не сможем достичь хотя бы подобного этому великолепия. Мы должны убедить ее семью позволить ей взять с собой все, что она захочет, когда она выйдет замуж за Ваклара.
— А само свадебное торжество должно будет проходить в Тере, так как жених — мой наследник, — сказал Кадарн, — так что нам придется сделать все необходимое ради этого, и в кратчайшие сроки, чего бы нам это ни стоило.
Лара слышала их разговор и была совершенно потрясена. Их мир скоро окажется под властью Тьмы. Зло будет царить повсюду. А Кадарн и его жена обсуждают, стоит ли во дворце оставить все на своих местах или изменить что-то к свадьбе. Неужели они так и не поняли, о чем она говорила им? Или, быть может, они не поверили ее словам?