Венец Государя
Шрифт:
Князь и его свита покинули Теночтитлан в тот же день, но никто из них не знал, что видели они город в последний раз. Очень скоро император Мотекухсома будет убит по приказу Кортеса, население столицы зверски перебито или уведено в рабство испанцами, и огромнейший город будет стерт с лица земли, как будто его никогда и не было! Огромные каменные глыбы главной пирамиды бога Уицилопочтли будут использованы для постройки первого католического храма на покоренной земле Юкатана…
Нет, не помогли жертвоприношения и советы
Расставшись с Монтесумой, князь сильно сожалел, что разрешил местным племенам исповедовать веру и обычаи отцов. Надо было всех загонять в море и крестить без разбора, как Великий Владимир крестил русских язычников. Оправдания перед собой, что он хотел сделать как лучше, больше не помогали.
Князь был солдат и видел немало. Но никогда не видел он целой страны, объятой войной. Каждый воевал против всех и все – против каждого. Тысячу раз повторял себе князь, что был неправ, и тысячу раз жалел, что не был наделен он силой повернуть время вспять.
Выхода у него не было. Ни остановить войну, ни вернуться в Московию князь Георгий не мог. Значит, оставалось одно – погибнуть.
Глава XV
Суббота
Проснулась я поздно утром и увидела на подушке записку: «Я в городе. Целую. В.»
Я не спеша позавтракала в одиночестве и отправилась на пляж. Море нежно игралось волнами и манило к себе. Я влезла в теплую воду и поплыла, зажмурившись от счастья. Вода была настолько прозрачна, что я видела песчаное дно и симпатичных серебристых рыбок, снующих подо мной. Ах, чудный мир и покой курортного ленивого дня!
Наплававшись до полного изнеможения, я еле выползла на берег. Плюхнулась в шезлонг и закрыла глаза.
– Доброе утро, Катрин, – раздалось у меня над ухом, и я мысленно застонала. Около меня стоял прилипчивый Карлос.
– Доброе, – обреченно поздоровалась я. Конец миру и покою.
– Ты хотела посмотреть рифы Паланкара, – радостно объявил Карлос. – И вот я здесь.
– Я передумала, – пробурчала я.
Как Карлос не старался заманить меня на Паланкар, я оставалась тверда в своем решении. Думала, он обидится и уедет, но Карлос быстро разделся, лег на рядом стоящий шезлонг и затих.
– Я видел Вадима и Майка в городе, – сказал он ничего не выражающим голосом, спустя несколько минут. – Они о чем-то очень оживленно беседовали. Ты не в курсе – о чем?
– Понятия не имею, – ответила я. – Я даже не знала, что Вадим поехал на встречу.
Карлос оказался приятным собеседником. К моему облегчению, он спокойно лежал в шезлонге – не стремился схватить меня за голую коленку и не сверлил влюбленным взглядом. Поверьте, это было приятным сюрпризом. Мы говорили обо всем на свете, кроме поиска сокровищ и истории.
– Катрин, а ты пробовала снорклинг? – неожиданно спросил Карлос.
– Нет. И не хочу.
– Отлично.
Карлос гибко выпрыгнул из шезлонга и принес ласты. Несмотря на мои протесты, примерил их мне. Затем меня впихнули в воду и нацепили на лицо воняющую резиной маску,
– Понравилось?
– Очень, – честно ответила я.
– Тогда я достоин награды.
– Это за что же? – удивилась я.
– За то, что впихнул тебя в воду, – ответил наглый Карлос, прижал меня к себе и поцеловал. Надо отдать ему должное: целовался он мастерски, наверное, было много практики у славного идальго, но в моем сердце безраздельно царствовал Полонский, поэтому ответа на свой искусный поцелуй Карлос не получил.
– Ты мне очень нравишься, – серьезно сказал Карлос.
– А ты мне – нет, – сердито ответила я.
Карлос беззлобно засмеялся и уверил меня, что сердиться не надо и он уже уходит.
– Нет уж! – сказала я. – Сначала отвезешь меня в город.
Я быстро переоделась и спустилась в холл гостиницы. Карлос терпеливо ждал меня внизу, в машине.
В Сан-Мигуэле, прежде чем пройтись по лавкам, мы решили перекусить. Я хотела найти ресторанчик подальше от главной улицы и галдящей толпы. Сан-Мигуэль живет в основном за счет туристов, которые приплывают на огромных круизных кораблях и останавливаются на острове на один день.
Мы долго решали, где все-таки лучше перекусить – в центре или поехать на дикое побережье и зайти в бар там. Лениво препираясь, подошли к открытому бару напротив пристани, приостановились перед ним, и вдруг я совершенно случайно увидела сидящих в нем Майка и Вадима, которые о чем-то очень серьезно беседовали. Мне стало интересно. Карлос не наврал – у Вадима была действительно назначена встреча с американцем, но меня он об этом не предупредил.
Почему?
Вадим и Майк сидели за столиком вполоборота к нам. Бар располагался на открытой деревянной платформе и был огорожен со всех сторон высокими перильцами. Прямо перед ними стояли высокие вертушки с открытками, шмотками и сомбреро. Если подойти и спрятаться за вертушкой, есть шанс что-нибудь услышать.
Мы с Карлосом застыли за укрытием и напрягли слух. Ничего. Я придвинулась вплотную к перильцам и вытянула шею.
– Я понятия не имею, кто звонил… – услышала я голос Майка.
– Сеньора хочется купить открытка? Шляпа? – заорал на ломаном английском продавец у меня над ухом. – Американа? Круиза?
Карлос что-то очень нежно сказал продавцу, и тот мгновенно испарился.
Мы опять прижались к вертушкам.
– Почему ты думаешь, что это она? (Голос Вадима.)
– А кто еще мог быть им? (Майк.)