Венец безбрачия

Митчелл Фрида

Ванную комнату, всю в зеркалах, украшал экзотический орнаментна гостиная могла вместить в себя всю квартиру Анджелины. Повсюду стояли вазы с живыми цветами, корзины с фруктами, шоколадом и сладостями, а на столиках лежали свежие иллюстрированные журналы.

— Ну? — Анджелина стояла в дверном проходе спальни, ошеломленно уставившись на кровать, когда к ней подошел Кристофер. — Нравится, миссис Шеппард?

— Не надо… не называй меня так! — Сообразив, что он может обидеться, девушка тут же поспешила добавить: — Извини, я пока еще не свыклась с новой ролью.

—

Да, конечно, я понимаю, — сдержанно отозвался Крис. — Почему бы нам не принять душ? По очереди, разумеется, — добавил он едко, заметив, как она смутилась. — А потом спустимся поесть. Ты, должно быть, очень голодна.

— Да… Я… я быстро, — запинаясь, сказала Анджелина, все еще не придя в себя от мысли, что они могут вместе принимать.

Стоя под горячими струями воды, девушка плакала навзрыд и ничего не могла с собой поделать. Если бы в жизнь ее матери не вошел Рубен Барнет, она была бы счастливейшей женщиной на земле, потому что только что вышла замуж за человека, которого любили всей душой и который — теперь она знала это точно — любил ее.

Если 6ы Анджелина закрыла глаза, но слезы продолжали струиться по ее лицу. Она и без того не знала, что делать, а тут еще эта кровать… Неужели Крис намерен закрепить их брачный союз немедленно?.. Сердце у нее бешено застучало. Ей и самой безумно хотелось этого, но не будет ли потом расставание еще более болезненным для них обоих? Как это бывает у мужчин?

Совершенно обессиленная, Энджи опустилась на корточки, а сверху ее хлестали горячие струи воды.

Кристофер озабоченно окликнул ее, и, поняв, что прошло уже очень много времени, Анджелина попыталась крикнуть ему, что с ней все в порядке, но слезы, комом стоявшие в горле, не дали ей сделать это. Почти тут же он вошел в ванную, и сквозь пластмассовую перегородку она увидела его силуэт. Он уже разделся, готовясь принять душ, но, щадя ее чувства, обмотал бедра полотенцем. Когда он проскользнул в кабинку, Энджи обуяла паника.

— Какого черта?.. — попыталась возмутиться она, но Крис сгреб ее в охапку.

Рыдая, она прижалась к его теплой, твердой груди. Он вынес ее из кабинки и, усевшись в большое плетеное кресло, пристроил у себя на коленях.

— Хватит, хватит, любовь моя! Не изводи себя, ради всего святого! — услышала Анджелина его ласковый голос, но не в силах была ответить.

Накопившиеся за недели, если не за годы ожесточенной борьбы с собой отчаяние и усталость прорвались наружу, лишив ее всякой способности хранить самообладание.

Кристофер баюкал ее, как ребенка, и, утирая слезы с лица, что-то тихо и успокаивающе бормотал. Энджи плакала, пока слезы не иссякли. Всхлипнув в последний раз, она замолкла.

— Должен тебе сказать, что ни разу не видел, чтобы женщина приходила в такое отчаяние от того, что ей предстоит разделить со мной постель, — полушутливо сказал Крис, и Анджелина, обхватив его за шею, прижалась лицом к его плечу. — Послушай, детка, я не знаю, что с тобой происходит, но готов подождать, понимаешь? Если ты неважно себя чувствуешь, или боишься чего-то, или перенесла какую-то душевную травму в прошлом,

не надо себя насиловать. Я женился на тебе потому, что люблю тебя — и только тебя, запомни это. Всю тебя — твое сердце, душу и тело. Но если тебе нужно время, чтобы созреть до физической близости, я подожду. Не нужно бояться!

Если бы ты только знал, с болью подумала Анджелина.

— Крис… — всхлипнула она.

— Еще раз повторяю, Энджи: тебе ничего не грозит, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

Она слышала глухой стук его сердца и видела, как напряжена обнимающая ее рука.

— Ты ничего не понимаешь! — Девушка подняла к нему опухшее от слез лицо, и в глазах ее застыла боль. — Все так сложно… — Она снова обвила его плечи руками. — Но я хочу тебя, хочу тебя, хочу!..

— Энджи! — простонал Кристофер. — Я готов был дать тебе время, но, когда ты говоришь такое, мне слишком трудно сдерживать себя.

Он попытался отодвинуться от нее, но Анджелина прижалась к нему еще плотнее.

— Мне не нужны слова! — Она запрокинула лицо, подставляя ему губы. — Я хочу тебя! Я не боюсь тебя и никогда не боялась!

— Энджи, это вовсе не игра. Если мы займемся с тобой любовью, я уже не смогу остановиться, понимаешь?.. Черт, я слишком долго ждал…

— Знаю, знаю!..

Его нежность и самоотверженная готовность отказаться от того, чего он хотел больше всего на свете, обезоружили ее и лишили возможности сопротивляться. Перед такой неудержимой волной любви и страсти она была бессильна. К тому же и сама желала его. В конце концов это была их первая брачная ночь.

— Я хочу тебя, Кристофер, и очень люблю! — повторила Анджелина.

Он встал, удерживая ее на руках, и полотенца упали на кафель. В зеркале она увидела отражение Криса и поняла, с какой страстью ему приходится сейчас бороться. Он понес ее в спальню, жадно целуя в губы, а она, застонав, изогнулась в его руках.

Он опустил ее на безбрежную кровать, и, открыв свои подернутые поволокой глаза, Энджи прочла в его лице такое же желание.

— Крис!

— Ты прекрасная, ты самая прекрасная на свете! — тихо шептал он. — Я буду осторожен, не волнуйся!..

Он целовал ее тело с нежностью, но это действовало так возбуждающе, что Анджелина сама себя не узнавала. Его губы и руки пробуждали в ней опьяняющую страсть, и она всхлипывала от нетерпения, чувствуя, как раскрывается навстречу ему. Он сдерживался, терпеливо подводя ее к главному моменту близости.

Наконец Кристофер приподнял ее бедра и двинулся навстречу, медленно проникая в жадно принимавшее его тело. Губами заглушив болезненный вскрик Анджелины, он помедлил, давая ей время привыкнуть к его присутствию внутри, а затем начал плавно двигаться, постепенно убыстряя темп.

Изнемогая от вспыхнувшего, как пламя, наслаждения, она легко подстроилась под ритм этих движений, принимая его в себя с все большей жадностью, пока наконец всепоглощающая страсть словно прорвала какую-то плотину. Они одновременно содрогнулись в момент наивысшего пика наслаждения, и Энджи хрипло выкрикнула имя любимого.