Вендетта
Шрифт:
— Я, значит, буду тебя ждать у этой двери, а ты спокойненько выйдешь через задний ход? — уточнил Санторо-младший.
— Неужели ты думаешь, что я убегу с чужими деньгами? — возмутилась девушка.
— Деньги можно и хозяину лавки оставить с просьбой вернуть Винченцо. Нет, дорогая, я не настолько наивен.
Так что все время, проведенное за покупками, Роберто невозмутимо простоял рядом. В этой ситуации Франческу радовало только одно — он не комментировал стоимость ее покупок. Недовольно он засопел только один раз — когда девушка покупала набор косметики и духи. К тому времени выданные ей деньги уже закончились,
Вот только капитан Санторо и в этот, и на следующий день не приходил домой из казармы. Появился он только за час до начала мероприятий, связанных со свадьбой. Похоже, свежеиспеченная инора Вальсекки вовсю пользовалась данной ей в руки властью, и хорошо, если дело обошлось одной только покраской травы. И Винченцо выглядел настолько измотанным, что Франческе даже в голову не пришло поднимать вопрос о возврате денег.
Глава 41
— Вы почему ещё не готовы? — спросил Винченцо. — Нам выходить скоро, а никто из вас еще не одет.
— Ты уверен, что мне нужно там быть? — с явным сомнением в голосе сказал Роберто. — Мне кажется, вашему Ферранте не стоит давать повод устраивать скандал.
— Полковник ясно выразился, что твое присутствие желательно, — возразил капитан. — Да и Энрико должен был поостыть немного после той вспышки. Но мой вопрос больше относился к Франческе. Ведь женщинам требуется больше времени на подготовку.
— Инор капитан, — бодро ответила Франческа. — Я всегда собираюсь очень быстро. Сейчас закончу приводить руки в порядок и буду одеваться. Очень много времени ушло на сведение мозолей от оружия, да и ногти требовали внимания. Надо было перчатки купить, а я об этом совсем не подумала.
— Франческа, ну сколько можно? — с досадой сказал Роберто. — Мы же договорились, не «инор капитан», а «Винченцо». Вот скажешь такое при Лауре, и все наша подготовка окажется напрасной.
— Сейчас ее здесь все равно нет, так что нечего возмущаться — ответила девушка и, с явным желанием досадить жениху, добавила. — Инор капитан, я вам парадную форму приготовила.
С этими словами она вышла из комнаты, Винченцо еле успел сказать ей спасибо, но совсем не был уверен, что она это услышала. Франческа выглядела взвинченной и погруженной в собственные мысли.
— Она со мной почти не разговаривала, пока тебя не было, — пожаловался Роберто. — Выходить куда-либо, кроме как тогда за покупкой одежды, отказалась. И, главное, в комнату свою стала дверь запирать.
— А что ты забыл в ее комнате? — холодно спросил Винченцо. — Она тебе пока не жена. Так что незачем тебе туда ходить.
— Так с нее станется и в первую брачную ночь закрыть дверь перед моим носом, — обиженно сказал брат. — Она меня вообще игнорирует! Думаешь, мне так легко рядом с ней находиться и не получать не то чтобы поцелуя, но даже ласкового слова? Вот в который раз убеждаюсь, что c женщинами честно нельзя. До того, как я ей сказал, что все знаю, отношения у нас были лучше некуда, после — «ты мне не друг». А я все это время рядом с ней, беспокоюсь, как бы чего плохого не случилось, помогаю во всем, а она так ко мне относится. Вот где справедливость?
—
— Но я же хотел, как лучше будет для нее, — начал было Роберто, но, заметив скептическое выражение лица брата, замолчал.
Винченцо сходил в душ, что придало ему бодрости, и надел одежду, так заботливо подготовленную Франческой. Форма выглядела абсолютно новой и отутюженной. Роберто уже переоделся и ходил взад-вперед по гостиной, демонстрируя нетерпение.
— Вот говорил же ей задолго до твоего прихода идти одеваться, — недовольно проворчал он. — И сколько нам теперь ее ждать? Все-таки пунктуальность и женщины — вещи абсолютно несовместимые.
— В самом деле? — послышался от двери холодный голос.
Братья повернулись и замерли в восхищении. Да, теперь Винченцо вполне мог понять, почему Роберто так желал, чтобы Франческа одела платье. Богиня, как же была она хороша! Синие глаза под черными стрелами бровей казались глубже и загадочней. Сложная прическа из переплетений косичек подчеркивала безупречный овал лица. Золотистое кружево на корсаже привлекало внимание к возникшей казалось бы ниоткуда груди. А талия, как можно было спрятать такую тонкую талию, задавался вопросом капитан и не находил на него ответа. Чувство восхищения заполнило его, казалось, полностью, но тонкая горьковатая нотка сожаления не давала забыть о действительности. Сожаления о том, чего нет и быть не может.
— Мы сегодня идем куда-нибудь, или я переодевалась исключительно для того, чтобы вы мной полюбоваться могли? — ворвался в его размышления ехидный голос.
— Идем. В храм. И женимся прямо сейчас, — выдавил потрясенный Роберто. — И черт с ней, с этой Лаурой. Пусть она тоже порадуется жизни.
Франческа пренебрежительно фыркнула, подошла к Винченцо и взяла его под руку.
— Пойдемте, инор капитан. Пусть ваш брат немного поостынет в одиночестве.
— Ну нет, вдвоем без присмотра я вас никуда не отпущу, — пришел в себя Санторо-младший. — И не «инор капитан», а «Винченцо».
— Винченцо, дорогой, — защебетала девушка, насмешливо косясь в сторону жениха, — Я попыталась предусмотреть все моменты, кроме одного. К сожалению, у меня ногти немного короче, чем положено благородной девице.
— Зато у них безупречная форма, — галантно ответил капитан, борясь с внезапно возникшим желанием поцеловать тонкие пальчики. — К сожалению, до ювелира я не добрался, да честно говоря, я и не уверен, что смог бы подобрать там что-нибудь подобающее твоей красоте.
— Эй, вы особенно-то не увлекайтесь, — возмутился Роберто. — Сейчас здесь нет никакой Лауры, и значит, никакой необходимости во флирте и комплиментах нет.
— Ты же сам говорил, что нам надо тренироваться, — насмешливо сказала Франческа.
— Можешь тренироваться со мной, я не возражаю.
— Мне кажется, что времени на это просто нет, — заметил Винченцо. — Нам пора выходить, если мы хотим успеть на церемонию в храм.
— Может быть, сразу пойдем в дом градоначальника? — предложил Роберто. — Все равно ничего интересного в храме не будет. Ведь нельзя же ожидать, что кто-нибудь из них забьется в истерике и убежит прямо оттуда с воплями.