Вендетта для Святого
Шрифт:
Дестамио сделал инстинктивное движение к боковому карману.
— Не советую, — вежливо заметил Святой, чуть приподняв револьвер, чтобы тот был лучше виден.
Дестамио опустил руку и выпрямился. Глаза его вернулись на место, и по направлению взгляда Саймон понял, что в комнат за ним вошла Джина.
Не поворачивая головы, Саймон свободной левой рукой сделал широкий жест, приглашая ее сопоставить разгром в помещении с пыльным чемоданом на столе.
— Игра называется «поиски клада». Но боюсь, что Аль жульничает. ОН все время знал, где все спрятано, потому что закопал его сам после того, как ограбил банк в Палермо, где работал под другим именем.
— Это
— Я тебе не дядя, — последовал нетерпеливый ответ охрипшим голосом. — Никогда не был твоим дядей, и ничьим дядей, и вообще забудь об этих глупостях.
— Его настоящее имя — Дино Картелли.
Глаза Картелли-Дестамио пылали от ненависти, когда он взглянул на Саймона.
— Ладно, умник, — буркнул он по-английски. — Теперь давай действуй. Расскажи мне, что ты раскопал.
— Ну, раз ты просишь, — вежливо ответил Святой. — Посмотрим, что можно сделать. Дино — человек многосторонне одаренный, с большими амбициями, так что забудем про сказочку об Алессандро Дестамио. Когда-то у него был хорошее место здесь в Палермо, в филиале английского банка, но перспективы такой карьеры казались ему недостаточными. Вступил в ряды мафии и начал думать о быстрых способах извлечения из банка крупных сумм денег.
Глаза Картелли сузились и забегали, и Саймон знал, что он лихорадочно ищет выхода, и, именно чтобы выиграть время, дал ему возможность говорить.
— Неплохое начало, — прохрипел Картелли, — что дальше?
— Была это идея самого Дино, потихоньку доившего кассу и узнавшего о ревизии, или он выполнял приказ более высокопоставленных лиц — это уже другое дело и ничего на сей счет сказать не могу, да это и неважно. Главное, что банк был ограблен бандой, которая ворвалась туда, когда Дино работал до глубокой ночи. Считается, что он героически дрался, пока не погиб, искалеченный до неузнаваемости, но все вы в состоянии догадаться, как было на самом деле.
— Ну-ну, говори, — сказал Картелли, — ври дальше.
— Для дебютанта номер был хоть куда, — невозмутимо продолжал Саймон. — В действительности нападавшие были приятелями Дино, и он сам их впустил. Помог им управиться с сейфом и забрать добычу, потом поменялся одеждой с кем-то, кого привели в качестве жертвы, и того прикончили так, что никто не усомнился, что это честный служащий Дино Картелли. За то, что исчез, Дино получил свою долю, изрядная часть которой в этом чемодане. Я полагаю, мафия забрала остальное, и все были довольны, за исключением страховой компании, которая понесла большие убытки. И может быть, кроме убитого без лица. Кто это был, Дино?
— Никто, — хрипло ответил Картелли, — может тот, кто предал мафию? Не знаю. Не говори мне, что тебя интересует этот сукин сын!
— Возможно, и нет, — ответил Святой. — Если мафия сама расправляется с заблудшими овцами, это их дело. Но потом, через много лет, в один прекрасный день, когда Дино и думать забыл о том убийстве, дела вдруг пошли наперекосяк. Один глупый старый англичанин, турист по имени Астон, который когда-то работал с Дино в банке, через столько лет вдруг узнал его в ресторане в Неаполе, отчасти по шраму на подбородке, оставшемуся на память о какой-то их стычке в молодости. И Астон был слишком глуп и упрям, чтобы дать себя убедить в ошибке. И тогда без особого волнения Дино его ликвидировал. Тут я им заинтересовался, и все, что произошло за последнее время, — это результат усилий Дино подкупить меня или убрать.
— А мой дядя? — спросила ошеломленная Джина. — Он-то тут причем?
— Твоего дяди нет в живых, — мягко сказал Саймон. — Перед приездом сюда
— Я скажу тебе, Джина, — вступила в разговор донна Мария, голос ее дрожал от ненависти. — Твой дядя был добрым человеком, но промотал все наше состояние. Он умирал, когда Дино предложил помочь содержать дом и семью. Я согласилась, когда поняла, что он не собирается жить с нами, но вначале он не сдержал слова, а теперь хочет забрать у нас все.
— Вам нужно было оставить его добычу в залог, пока еще был шанс, — сказал Святой, коснувшись замка чемодана.
Матрона гордо выпрямила всю свою солидную фигуру.
— Я не воровка: — заявила она. — Я не коснулась бы краденых денег.
Саймон пожал плечами, не понимая капризов человеческой натуры:
— Хотел бы я видеть разницу между ними и деньгами, которые он присылал вам из Америки.
— Она еще забыла, — ядовито вставил Картелли, что дядюшка сам был когда-то в мафии доном…
— Ста цитто! [36] — взвизгнула Донна Мария.
— И она была не против его помощи. А потом, когда его парализовало и он стал ни на что не годен, дон Паскуале предложил ему наш уговор как своего рода ренту, которую он с удовольствием принял.
— Хватит, вильяччо! [37] Дядюшка больной, умирающий, не смей так говорить о нем!
— Я говорю правду, — жестко отрезал Картелли. Потом перешел на английский. — Слушай, Святой. Эти люди для тебя ничего не значат. Я прикончил Астона и хотел убрать тебя для самообороны. Ничего личного. Да, на этот раз я остался в дурака. Ты натравил на меня жандармов, и даже мафии я стал неугоден, раз принес им столько неприятностей. Н мы с тобой еще можем договориться.
36
Sta zitto (итал.) — молчи.
37
Vigliacco (итал.) — трус.
Замок чемодана под пальцами Святого отскочил. Он поднял крышку и взглянул на содержимое — старательно связанные и аккуратно уложенные пачки банкнотов, судя по размеру и цвету содержавшие валюту разных стран.
— Насчет этого? — спросил он.
— Да. Не стоило их трогать. Все время обходился без них, да и в швейцарском банке у меня достаточно, чтобы не умереть с голоду, когда покину Италию. Возьми это, дай немного старухе и Джине, остальное оставь себе. Здесь достаточно, чтобы компенсировать все твои неприятности. — Отчаянная мольба зазвучала вдруг в его хриплом голосе. — Никто ничего не узнает, если дашь мне шанс выйти отсюда.
Саймон Темплер, присев на стол, в глубокой задумчивости водил пальцем по пачкам банкнотов в открытом чемодане. Казалось, он напряженно пытался услышать, какой совет даст ему внутренний голос. Наконец он поднял взгляд и усмехнулся.
— Ладно, Дино, — сказал он. — Раз так хочешь, уходи.
Джина тихо вздохнула.
Картелли не издал ни звука, схватил свой пиджак и, торопливо одевая его на ходу, исчез.
Саймон проводил его до дверей и закрыл их на запор.
Подождал, пока маленький автомобиль не уехал.