Вэндал
Шрифт:
– Он очнулся. Вэндал, мы здесь.
Лукас склонился надо мной, выглядел он довольно паршиво, будто под кайфом. Если я что и знаю о своем брате, которого практически не знаю, так это то, что он так не отрывается.
– Ты меня слышишь? – его лицо перекосило от беспокойства.
– Какого хрена? – я попытался сесть.
– Где я?
Смесь сильного замешательства и боли врезалась в мою голову, когда я попытался выяснить, где я и как сюда попал.
Меня рассматривало и другое лицо:
– Вэндал,
Ария. Моя тетя. Она сжала мою руку, которая лежала на краю койки.
Я на больничной койке.
– Какого хрена происходит? – я выдернул свою руку из ее. Ненавижу, когда ко мне прикасаются, и она это знает.
– Ты попал в аварию. Но с тобой все будет в порядке, - голос у Арии был спокойный, как и всегда, но взгляд, который она бросала в сторону Лукаса, говорил совсем о другом.
Она снова посмотрела на Лукаса, а потом на дверь:
– Пойди и найди врача, - сказала она ему. Он секунду смотрел на меня, а затем кивнул ей перед тем, как исчезнуть из моего поля зрения.
Я повернулся к тете. У нее был такой растерянный вид, что мне почти стало плохо за то, что я так выдернул у нее свою руку. Почти.
– Какого черта здесь происходит? – спросил я. Позади нее белые жалюзи закрывали окно, но солнце все же проникало между рейками. Мне это солнце показалось совсем неуместным. Будто его сейчас не должно здесь быть, потому что всего пару минут назад я вез Кейти домой по ночи. Моя голова метнулась к Арии.
– Кейти... где Кейти?
Ее глаза наполнились и заблестели от слез, и она снова взяла мою руку. Я заметил, как она перевела взгляд на дверь, а потом снова на меня.
– Вэндал, дорогой, - ее голос дал трещину, и она прикрыла рот ладонью, пытаясь успокоиться. Ария – женщина, от которой так и веет элегантностью и высшим классом. Знаменитый автор романов, она никогда не лезет за словом в карман и всегда знает, что нужно сказать и когда. Я тайно восхищаюсь ею и завидую ее сыновьям за то, что их мать такая удивительная женщина. В отличие от шлюхи-наркоманки, которая родила меня.
– Ария, где, черт возьми, моя дочь? – страх рос во мне так стремительно, что я его буквально слышал. Рев в ушах и голове пытался вытеснить мои собственные мысли из головы.
– Где она, мать вашу? – закричал я на нее.
Она закачала головой, слезы текли по ее щекам.
– Она не выжила, - прошептала она.
Нет.
Нет. Нет. Нет.
– Скажи мне, где моя дочь, - мой голос превратился в резкий невнятный шепот. Грудная клетка тяжело вздымалась и опускалась, я этого не контролировал, но чувствовал, словно не могу дышать.
Лукас вернулся в палату вместе с врачом, медсестра шла следом. Я дотянулся до своего младшего брата и крепко схватил его за руку.
– Лукас, где Кейти? Она в приемной, так? Она там? Можешь привести ее сюда?
Врач
– Мистер Валентайн, мне очень жаль…
Я перебил его до того, как он закончил свою фразу.
– Я говорю с моим гребаным братом.
Я повернулся к Лукасу, и он медленно покачал головой. Его волосы упали на лицо, но я успел увидеть, что он плачет.
– Пожалуйста, просто приведи ее ко мне, Лукас… Наверное, ей так страшно… С ней ведь все хорошо, правда?
У меня закружилась голова, и я ухватился за простыни, стараясь прийти в себя. Она не могла умереть. Как в тот раз, когда она бродила по торговому центру и потерялась на десять минут. Я испытывал точно такой же страх, но тогда она вернулась. Она вернется.
– Вэндал, ее больше нет.
– Заткнись на хрен, Лукас!
– я повернулся к доктору, пульс мой зашкаливал. Штуковины, к которым я был подключен, запищали и замигали, как игры-аркады в 1980-х.
– Просто приведите ко мне мою дочь, пожалуйста.
– Мистер Валентайн, вы врезались в другой автомобиль. Ваша дочь, женщина на пассажирском сидении и второй водитель скончались. Еще один пассажир отделался несколькими травмами, но мы ожидаем, когда она полностью поправится. Сочувствую вашей утрате. Мы сделали все, что могли, но, к сожалению, травмы оказались слишком серьезными. У Вас травма головы и несколько сломанных ребер, еще множество порезов и ушибов. Я понимаю, что это ужасные новости, но сейчас важно, чтобы вы оставались спокойным ради собственного благополучия.
– Пошел ты! – я завертелся на койке, и мой череп и ребра пронзила боль как от ножевых порезов. – Все вы. Убирайтесь. Это Деб вас подговорила, я прав? Чтобы забрать у меня Кейти? Я убью эту ебнутую суку!
Лукас положил руки мне на плечи.
– Нет, Вэн, тебе нужно отдохнуть, ладно? Я останусь здесь. Я не оставлю тебя.
Я скинул с себя его руку:
– Отвали. Все вы, просто отвалите!
Я сел и свесил ноги через край койки, но меня накрыло волной очередного головокружения и тошноты. Я ухватился за край койки, когда врач и медсестра бросились, чтобы подхватить меня за руки, отталкивая в сторону моего брата.
– Мистер Валентайн, мы введем Вам успокоительное, чтобы вы расслабились.
До того, как я понял, что произошло, медсестра ввела лекарство в капельницу. Несколько секунд, и моя голова закружилась еще больше, и меня затошнило еще сильнее. Кейти… она не могла умереть. Только не моя девочка. Мой единственный лучик. Они ошибаются. Она никак не могла умереть.
– Мы предоставим токсикологический отчет через несколько часов, - голос врача прозвучал нечетко и где-то далеко.
– Спасибо, доктор, - ответила Ария. – Мы ценим Ваше благоразумие и оказываемую помощь в личном деле. Мой муж скоро будет здесь, чтобы подписать соглашение.