Великолепие
Шрифт:
— Так ты откажешься от приглашения? — с надеждой спросил Джордж.
— Да. — Кэролайн быстро отвернулась, решив, что теперь вынуждена пойти.
Кэролайн проводили в холл. Появился дворецкий.
— Мадам. — Он жестом пригласил девушку следовать за ним.
Ее весь день преследовали мысли не только о последней встрече с Северьяновым, но и о подозрениях отца. Вероятно, Джордж прав, и Северьянова она не привлекает как женщина. Так вот откуда его внезапно вспыхнувший интерес к ней! Однако Кэролайн помнила огонь в его глазах, неподдельную
Дворецкий пропустил девушку в широко распахнутую дверь.
Кэролайн увидела князя в тот самый момент, когда он увидел ее. Их взгляды встретились, и у нее замерло сердце.
Она не смогла заставить себя улыбнуться, войдя в ту самую гостиную, где впервые встретилась с его дочерью. Князь пошел ей навстречу. Катя сидела на диване рядом со своим дядей Алексом. Персидский котенок расположился между ними и наслаждался их ласками. Только его мурлыканье нарушало тишину в комнате.
Кэролайн хотелось бы скрыть свои чувства. Наверняка все заметили смятение и страх, написанные на ее лице.
— Ваше сиятельство, — пробормотала она дрогнувшим голосом Князь, как назло, выглядел особенно хорошо.
Он поклонился, взял руку Кэролайн и, крепко сжав ее, поднес к своим губам.
— Спасибо, что согласились прийти к нам, мисс Браун. — Он не улыбался, но его глаза были отнюдь не холодны. Кэролайн не сомневалась, что князь тоже вспоминал их последнюю встречу. Он обернулся к дочери:
— Катя.
Девочка подошла и сделала книксен.
— Спасибо, что пришли, мисс Браун, — эхом повторила она слова отца.
Кэролайн улыбнулась девочке.
— Разве я не говорила тебе, что ты можешь называть меня Кэролайн, как и все мои друзья? А как себя ведет сегодня этот умненький котенок? Ты последовала моему совету?
Катя кивнула.
— Он ест в моей комнате. Тэйчили это очень не нравится. Вчера Алекс исчез, и я подумала, что он снова потерялся. Но котенок вернулся! — Девочка улыбнулась.
— Он вернулся еще и потому, что любит тебя и считает хозяйкой.
Катя задумалась.
Кэролайн подняла голову и увидела, что Алекс встал и подошел к Северьянову. Мужчины между тем пристально наблюдали за ней. Девушке казалось, будто ее препарируют и тщательно исследуют каждую клеточку.
Алекс подошел к ней и почтительно поклонился. В его глазах плясали озорные искорки.
— Мисс Браун, я ужасно рад снова встретиться с вами. Вы действуете на мое разбитое сердце как целительный бальзам. Кэролайн чуть не рассмеялась.
— Спасибо. Я тоже рада вас видеть. Но я и не знала, что у вас разбито сердце. Мне очень жаль.
Улыбка Алекса стала еще шире.
— Но не так жаль, как мне. — Он слегка обнял ее за талию. — Прошу вас, сядьте рядом со мной, мне нужен ваш совет по поводу представительниц прекрасного пола. Видите ли, я никак не научусь извлекать уроки из собственных ошибок, а лишь повторяю все те же ошибки снова и снова.
— Я бы рада помочь вам, — ответила Кэролайн, заметив,
— Вот как? Почему же? — Алекс усадил гостью, при этом искоса взглянув на брата.
Катя с котенком на руках опустилась в кресло рядом с ними. Она не спускала глаз с Кэролайн. Северьянов тоже подошел, но не сел.
— Мне никогда не приходило в голову поглубже изучить эту тему, особенно потому, что есть множество других, более заслуживающих внимания.
— Вы говорите как настоящий «синий чулок», — пошутил Алекс. — Ники утверждает, что вы очень умная и поразительно начитанная девушка. Это потрясло меня.
Кэролайн порозовела. Неужели Северьянов беседовал о ней с братом и так лестно отозвался?
— Я очень люблю читать. Да и как не любить, если мой отец — владелец книжной лавки?
— Ваш отец — хозяин книжной лавки? — неожиданно спросила Катя.
Мужчины строго поглядели на девочку, будто она сказала что-то неуместное. Кэролайн поняла, что братья крайне растеряны. Она наклонилась и похлопала девочку по ручке.
— Да, он хозяин книжной лавки. А я помогаю ему. Лавка — одно из самых любимых мною мест. А ты любишь читать?
Девочка кивнула,
— Катя прекрасно читает. — Николас подошел к креслу дочери.
— Какая у тебя самая любимая книга, Катя?
— «История Петра Великого», — помедлив, ответила девочка.
— Дорогая, но я имела в виду сказку. Или «История Петра Великого» для тебя интереснее «Сказки о спящей красавице»?
— Не знаю.
Кэролайн вопросительно взглянула на Николаса и в то же мгновение поняла, что девочка никогда не читала волшебных сказок.
— Можно я принесу Кате кое-какие книги? У меня есть очень хорошие детские книги.
— Конечно.
— Тэйчили это не понравится, — усмехнулся Алекс.
— Почему? — спросила Кэролайн. Ее неприязнь к Тэйчили усилилась.
— Кажется, для Кати разработана очень строгая программа обучения.
— Не вижу ничего плохого в том, чтобы каждый человек, в том числе и ребенок, читал самые разные книги. Для ребенка особенно полезна беллетристика. У детей гораздо сильнее развито воображение, чем у взрослых. Это дар Божий, и его следует стимулировать, а не подавлять. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать это.
Теперь Николас и его брат смотрели на Кэролайн как на диковинку.
Она покраснела.
— Извините меня за излишнюю пылкость. Я не сдержалась, — сказала она. — Но, по-моему, несправедливо, если девочкам — и женщинам — не позволяют развивать умственные способности.
Северьянов промолчал, а Алекс заметил с улыбкой:
— Мой брат, кажется, утратил дар речи. А это случается крайне редко. Не извиняйтесь. В этом доме, дорогая моя, вы словно струя свежего воздуха.
— Да уж, — прозвучал вкрадчивый женский голос, и все тут же обернулись к двери. — И в самом деле, очень свежие идеи.