Великое единство

Козлов Павел Яковлевич

полосе обороны противника, оказавшейся мощнее первой, маршал Г. К. Жуков приказал ввести в бой 2-ю

танковую армию генерала С. И. Богданова. [178]

Штурмовики получили новую задачу — оказывать всемерную помощь танкистам.

17 апреля танкисты Богданова ворвались на окраины Берлина и стали вести уличные бои.

Как оценить обстановку и организовать помощь танкистам с воздуха?

Токарев устраивает свой командный пункт на чердаке самого высокого в этом районе дома. Его крыша

была

снесена взрывом, и вот между печными трубами замаскировалось токаревское КП. Стала лучше

видна округа, но сильно мешал дым от многочисленных пожаров... По каким ориентирам наводить свои

эскадрильи и полки?.. Заметнее всего кирхи (церкви), значит, по ним. Иногда можно использовать и очаги

сильных пожаров...

В то время у авиаторов был разработан и успешно применялся цифровой код в радиокомандах. По нему

команда звучала примерно так: «Сокол» — один, сто девяносто семь, сто двадцать пять, квадрат шесть, двадцать». Это означало: «Токарев Белоусову — высылайте группу штурмовиков в квадрат шесть, вооружение — фугасные авиабомбы». Если бы в конце кода стояло не двадцать, а сорок, это означало бы, что бомбы должны быть противотанковые.

Начальники штаба авиадивизий и полков непрерывно следили за оперативными сводками, по которым

было видно, в каком полку самолеты какой эскадрильи снаряжены фугасными, а в каком —

противотанковыми авиабомбами. Соответственно заданию высылалась необходимая эскадрилья.

Но как только танки Богданова втянулись в уличные бои, командиры штурмовых авиадивизий полковник

Ковалев и подполковник Белоусов разместили свои КП в танках наступающей 2-й гвардейской танковой

армии.

21 апреля низкая облачность придавила дымную завесу над горящим городом, видимость практически

исчезла. В этой обстановке работу не прекращали только «илы».

Так случилось, что танкистов остановила крупная группировка противника, укрывшая свои танки и

самоходные орудия в больших толстостенных домах. Богдановцам нужна была срочная помощь, и

командиры двух штурмовых авиаполков — 805-го майора Карева и 765-го подполковника Заноздры —

повели свои полки на штурмовку врага.

Десятки авиабомб весом в сто и двести пятьдесят килограммов, точно сброшенные с тридцати трех

«илов», развалили укрепленные кварталы, выведя из строя многие танки и артиллерийские установки

противника, упрятанные там. Наши же танки пошли вперед...

Невиданно большую мощь и богатейший арсенал тактики [179] боевого применения приобрела советская

штурмовая авиация. И закономерно было то, что вручение с воздуха символического ключа от Берлина

воинам-гвардейцам генерала И. Дука, атаковавшим Зееловские высоты, было поручено летчикам-

штурмовикам.

Командующий 16-й

воздушной армией маршал авиации С. И. Руденко — участник штурма Берлина — в

своих мемуарах вспоминает.

«...Комсомольцы гвардейского авиационного полка взялись изготовить увеличенную

копию ключа от ворот германской столицы, добытого славными русскими воинами в

семилетней войне 1756 — 1763 годов...

16 апреля ключ от Берлина был вручен перед строем полка лучшему летчику-

штурмовику Герою Советского Союза Н. И. Белавину.

Приняв этот символичный ключ — подарок боевых друзей, Н. И. Белавин повел свою

группу к Зееловским высотам, где шли на приступ гвардейцы-сталинградцы. Обрушив

смертоносный груз на головы гитлеровцев, штурмовики легли на обратный курс. Над

позициями наших частей повис купол парашюта».

Много рук приняло драгоценный дар. И сейчас же по всему участку фронта разнеслись слова, написанные на табличке, прикрепленной к этому ключу:

Гвардейцы, друзья, к победе вперед!

Шлем вам ключ от берлинских ворот.

Надо ли говорить, что такой призыв нашел горячий отклик в сердцах наступавших...

8

На рассвете третьего дня пребывания 108-го полка на новом месте — в Коло Топилин построил весь

состав полка и зачитал радиограмму командующего армией:

«Вчера при взятии Н-ского укрепрайона ваши новенькие работали отлично. Прошу передать летчикам, командирам и всему составу полка мою благодарность от всех наземных войск. Ждем и сегодня вашей

эффективной помощи».

Такая оценка боевых действий 108-го гвардейского штурмового авиаполка воодушевляла людей на

подвиги. А напряжение боев все возрастало. Эскадрильи полка летали на различные задания практически

в любую погоду. Громили скопления вражеских войск, крушили переправы через реки и каналы, укрепленные объекты, а нередко и обрабатывали передний край обороны противника, обозначаемый

нашими войсками с помощью ракет. [180]

Но по мере того как кольцо наших войск сжимало противника, плотнее становились его формирования и

гуще зенитный огонь. Повсеместно наши летчики отмечали пассивность истребительной авиации

противника, не вступавшей в бой со штурмовиками. Тем более, что наши «Яковлевы» и «Лавочкины», безраздельно господствуя в воздухе, не давали возможности авиации противника проявлять активность.

А вот зенитчики врага огрызались свирепо. Даже такому маневренному самолету, как Ил-10, порой

трудно было прорываться к цели в сплошных разрывах зенитных снарядов, особенно бездымных.

30 апреля 1945 года очередную группу штурмовиков Ил-10 на разгром противника повел командир