Великое единство

Козлов Павел Яковлевич

функционировала система технической экспресс-информации. Как правило, цикл принятия решения по

замечанию, поступавшему с фронта, оформление его в виде согласованного и утвержденного

информбюллетеня и рассылки бюллетеней в воинские части занимал не более месяца. Хочется отметить, что маленькая заводская типография, имевшая довольно примитивное оборудование, выпускала

техдокументацию для фронта буквально за считанные часы. Этим руководил начальник типографии И. П.

Петров.

Но

выпуск информбюллетеней — это только часть работ по замечаниям, поступавшим с фронтов. Для

улучшения, повышения надежности отдельных устройств штурмовика иногда требовалась доработка

элементов конструкции. В таких случаях срочно изготавливалось необходимое количество деталей, снаряжались группы квалифицированных слесарей-монтажников во главе со специалистами, иногда —

конструкторами, и эти группы разъезжались по фронтам, где и проводили доработки самолетов.

Вскоре опыт показал, что такие разовые поездки специализированных рабочих бригад на фронты с

возвращением их на завод — дело мало рациональное. Как только они появлялись, командование и

техническое руководство воинской части обращались к ним с естественной просьбой — помочь в

ремонте техники, поврежденной в боях. Стали помогать и в этом деле. И вот «подлеченные» ими

самолеты вновь обретали способность летать и громить врага. Поэтому, когда Верховное

Главнокомандование потребовало усилить работы по восстановлению боевой техники на фронте, завод

смог быстро развернуть широкую сеть ремонтных бригад в боевых полках. Работа эта из эпизодической

превратилась в плановую: Наркомат авиапромышленности стал по согласованию с Управлением ВВС

планировать полевой ремонт самолетов заводским бригадам. Так «штатские» получили постоянную

«прописку» на фронтах.

Непрерывно наращивался темп выпуска самолетов Ил-2. Росло количество воинских подразделений, воевавших на «илах», росло и количество заводских бригад, обслуживавших воинские части. Был

период, когда в различных армиях, штурмовых дивизиях и полках работали многие сотни штатских

специалистов. И то, что они делали, порой граничило с чудесами.

Много писалось о необычной живучести самолета Ил-2. Некоторые [128] машины возвращались после

боевых вылетов настолько израненными, что если бы не сам факт возвращения, то и поверить в него

было бы трудно. Вот эта-то живучесть «илов» и создавала надежную основу для восстановительных

ремонтов, проводившихся в условиях прифронтовых аэродромов с использованием подручных средств.

Одни поврежденные элементы заменялись исправными, взятыми из запасных комплектов или со

списанных

самолетов. Мелкие повреждения устранялись тут же, на пробоины в обшивке накладывались

заплаты, даже повреждения силовых элементов, включая лонжероны крыла, ремонтировались накладкой

стальных уголков. И вот уже пробный полет, после которого штурмовик занимал свое место в строю

соединения...

К 430-му авиационному штурмовому полку, укомплектованному летчиками-испытателями из НИИ ВВС, была прикомандирована бригада заводских специалистов во главе с инженером А. С. Руденко.

Полк располагался неподалеку от деревни Яковлевичи, на относительно ровном поле, служившем

выпасом колхозному стаду. Один конец этого поля упирался в лесной массив, где маскировались

самолеты. С противоположной стороны, западной, на значительное расстояние простиралась нива. По

высокой перезревшей [129] ржи ветер гонял длинные волны... За полем — фронт. Вот в эту рожь и

плюхнулся на «брюхо» один из самолетов, с повреждением возвратившийся из боевого вылета. Летчик

пришел на КП полка, доложил обстановку. Выходило, что в лесочке, который виднелся за ржаным полем, могли быть враги... Выждав пару часов, кружным путем добрались заводчане до подбитого самолета. В

мягкой земле быстро вырыли траншеи под шасси, выпустили стойки. К середине ночи все было готово к

вытаскиванию самолета. С погашенными огнями подъехал трактор. Тракторист сообщил, что пока ехал, видел, как недалеко от подбитого самолета со стороны противника кто-то пускает ракеты. Через

некоторое время и ремонтники заметили ракету, пущенную из густой ржи. Что делать? Оружия у

заводчан нет. Все же решили прогнать или захватить ракетчика. Их семь человек с молотками и ключами, да и «он» не знает, что они без оружия... Пошли цепочкой по ржи, неприятно, конечно... Сто, двести

метров — никого. Замкнули круг — тихо. Но и пуск ракет прекратился. Вернулись к самолету, выкатили

его из траншей, отбуксировали к своим в лес. Чуть забрезжил рассвет, принялись за ремонт. Пока

устраняли мелкие повреждения и чинили систему выпуска шасси, привезли от соседей воздушный винт.

Заменили винт, опробовали мотор и обнаружили течь маслорадиатора. Запасного радиатора нет, пришлось заглушить поврежденные соты, выключить [130] их. Так самолет и ушел на задание, а затем

перелетел на дальний аэродром.

Бригаде А. С. Руденко так же, как и другим заводским бригадам, уже в других штурмовых авиаполках

довелось восстанавливать «илы» с такими повреждениями и в таких условиях, что рассказы об этом