Великий
Шрифт:
Признаюсь, у меня екнуло сердце. Еще не дочитав, я уже знал кто эти P. и S. Трагический постскриптум нашей переписки… Я, конечно же, не мог быть на Ваших похоронах, но в этом и нет необходимости - все события этого последнего акта драмы без усилий предстают пред моим внутренним взором... Снег, метель, разверстое чрево земли, дамы из учительской с замерзшими букетами, несколько любимых учеников, закаменевшее лицо Михаила Терентьевича, звенящие
Я размышлял: изменилось ли бы что-нибудь, если бы я отправил Вам свои письма? И пришел к выводу: нет! Нет! Не мы вершим и отпускаем срок! Не мы! Поэтому на нас нет и вины. Но Гоша? Как мог узнать он? Откуда это: "когда ты ляжешь в мерзлую постель…"? Моему воспаленному мозгу мнится, что будто бы тогда он называл Ваше имя? Вы теперь знаете точный ответ, но я… Как быть мне?
Впрочем, я нашел себе занятие, которое надежно отвлечет меня от "горячки" памяти. В моих мыслях - новый роман, главной частью которого станет Ваша повесть "Осень бесконечная". Наверное, я так и назову роман. (Быть может это и будет для меня - res omnis aetatis[29]) Я уже продумал форму, выстроил ряд персонажей. Вы - главный. Я даже сохраню Ваше настоящее имя; Вы будете Соней М. (Да, ведь Ваша настоящая фамилия мне доселе неизвестна?). Убежден: у меня все получится! Вы не поверите, Соня! Ваша "тонкая романтическая" струна все еще звучит во мне. И я чувствую себя слипшимся с фантиком Чупа Чупсом, который долго глядел в глаза лжи. Но теперь во время работы я смогу смотреть в Ваши глаза. Знайте же: я за все Вас простил и изрекаю sub specie aeternitatis[30]: "Absolvo te! In saecula saeculorum![31]
И да поможет мне Бог!
Спите спокойно!
И.С.
От издателя. Дискета с текстами "переписки" была передана нам неизвестным лицом в сороковины кончины писателя Ивана Сергеевича Дальнева-Анзорского. Все мы помним, что в день его похорон с нашей планетой столкнулся крупный метеорит, пронзивший плотные слои атмосферы и сгоревший над самой поверхностью земли. К сожалению, сильная февральская метель помешала нам увидеть это феерическое космическое действо. Сама природа завершающим салютом воздала почести ушедшему от нас Великому
Издатель, надеясь на подлинность текстов переписки, вместе с тем заявляет, что не несет ответственности за достоверность изложенных в них фактов и событий. Тексты напечатаны без каких бы то ни было изменений.
[1] Молчание (лат.) - Здесь и далее примечания Издателя.
[2] Эвристика - совокупность логических приемов и правил исследования и отыскания истины.
[3] Eidos (греч.) - образ, форма, сущность.
[4] Не дай Бог (лат.).
[5] Здесь и далее название города "вымарано" либо самим И.С., либо другим, оставшимся для нас неизвестным, редактором рукописи.
[6] Любой ценой; во что бы то ни стало (фран.).
[7] По всей видимости, автор письма в иронической форме сравнивает достопримечательности города N. с рощей героя Гекадема, более известной сегодня под названием "Академия", где долгие годы жил великий философ Платон.
[8] Гуссерль Эдмунд (1859-1938), немецкий философ, основатель феноменологии.
[9] Гладкая дощечка, т. е. чистый лист; нечто чистое, нетронутое (лат.).
[10] И так далее (фран.).
[11] Абсолютная правда (фран.).
[12] Множество ваших красок (фран.).
[13] Кто есть кто? (англ. и нем.)
[14] Мираж, иллюзия (лат.).
[15] C птичьего полета (фран.).
[16] Так сказал учитель (лат.). (Ссылка схоластов на Аристотеля как на непререкаемый авторитет).
[17] "Клясться словами учителя" (из Горация); слепо следовать словам учителя (лат.).
[18] И прочее, и так далее (лат.).
[19] «За алтари и очаги» (Цицерон), т. е. (сражаться) за самое важное, самое дорогое.
[20] 1Кор.13:8.
[21] Гал.5:19-21.
[22] Гал.5:22.
[23] Букв.– «до греческих календ», то есть никогда.
[24] Городу и миру (фран.).
[25] Бесценная жемчужина (фран.).
[26] Белая ворона (фран.).
[27] Любой ценой (фран.).
[28] Здесь покоится Ничто (лат.).
[29] Дело всей жизни (лат.).
[30] С точки зрения вечности (лат.).
[31] Отпускаю грехи твои! Во веки веков! (лат.).