Великий Гэтсби
Шрифт:
– Я бы только дал другое освещение, – сказал он, помолчав немного. – Чтобы лучше выделить лепку лица. И я бы постарался, чтобы вся масса волос попала в кадр.
– Вот уж нипочем бы не стала менять освещение! – воскликнула миссис Макки. – По-моему, это как раз…
– Ш-шш! – одернул ее муж, и мы снова сосредоточились на своем объекте, но тут Том Бьюкенен, шумно зевнув, поднялся на ноги.
– Вы бы лучше выпили чего-нибудь, почтенные супруги, – сказал он. – Миртл, добавь льда и содовой, пока все
– Я уже приказала мальчишке насчет льда. – Миртл приподняла брови в знак своего возмущения нерадивостью черни. – Это такая публика! За ними просто нужно ходить следом.
Она взглянула на меня и ни с того ни с сего засмеялась. Потом схватила щенка, восторженно чмокнула его и вышла на кухню с таким видом, словно дюжина поваров ожидала там ее распоряжений.
– У меня на Лонг-Айленде кое-что неплохо получилось, – с апломбом произнес мистер Макки.
Том недоуменно воззрился на него.
– Две вещи даже висят у нас дома.
– Какие вещи? – спросил Том.
– Два этюда. Один я назвал «Мыс Монток. Чайки», а другой – «Мыс Монток. Море».
Рыжая Кэтрин уселась на диван рядом со мной.
– А вы тоже живете на Лонг-Айленде? – спросила она.
– Я живу в Уэст-Эгге.
– Да ну? Я там как-то раз была, с месяц тому назад. У некоего Гэтсби. Вы его не знаете?
– Он мой сосед.
– Говорят, он не то племянник, не то двоюродный брат кайзера Вильгельма. Вот откуда у него столько денег.
Этим увлекательным сообщениям о моем соседе помешала миссис Макки, которая вдруг воскликнула, указывая на Кэтрин:
– Честер, а ведь с ней бы у тебя тоже что-нибудь получилось!
Но мистер Макки только рассеянно кивнул и снова повернулся к Тому:
– Я бы охотно поработал еще на Лонг-Айленде, если бы представился случай. Мне бы только с чего-то начать, а там уже обойдусь без помощи.
– Обратитесь к Миртл, – хохотнув, сказал Том; миссис Уилсон в эту минуту входила с подносом. – Она вам напишет рекомендательное письмо – напишешь, Миртл?
– Какое письмо? – Она явно была озадачена.
– Рекомендательное письмо к твоему мужу, пусть мистер Макки сделает с него несколько этюдов. – Он пошевелил губами, придумывая: – «Джордж Б. Уилсон у бензоколонки» или что-нибудь в этом роде.
Кэтрин придвинулась ближе и шепнула мне на ухо:
– Она так же ненавидит своего мужа, как Том – свою жену.
– Да что вы!
– Просто не-на-видит! – Она посмотрела сперва на Миртл, потом на Тома. – А я так считаю – зачем жить с человеком, которого ненавидишь? Добились бы каждый развода и потом поженились бы. Я бы по крайней мере так поступила на их месте.
– Значит, она совсем не любит Уилсона?
Ответ меня ошарашил. Ответила сама Миртл, услыхавшая мой вопрос, ответила резко и цинично.
– Вот
Дэзи вовсе не была католичкой, и я подивился хитроумию этой лжи.
– Когда они все-таки поженятся, – продолжала Кэтрин, – они уедут на Запад и там поживут, пока уляжется шум.
– Уж тогда лучше уехать в Европу.
– Ах, вы поклонник Европы? – неожиданно громко воскликнула Кэтрин. – Я совсем недавно вернулась из Монте-Карло.
– Вот как?
– Да, в прошлом году. Ездила вдвоем с подругой.
– И долго пробыли?
– Нет, мы только съездили в Монте-Карло и обратно. Через Марсель. У нас было с собой больше тысячи двухсот долларов, но за два дня в частных игорных залах нас обчистили до нитки. Как мы только домой добрались – даже вспомнить страшно. Господи, до чего ж я возненавидела этот город!
На миг предвечернее небо в окне засинело медвяной лазурью Средиземного моря, но пронзительный голос миссис Макки тут же возвратил меня в тесную гостиную.
– Я сама чуть не совершила такую ошибку, – во всеуслышание объявила она. – Чуть было не вышла за ничтожного человечка, который несколько лет ходил за мной как тень. А ведь знала, что он меня не стоит. И все мне говорили: «Люсиль, этот человек тебя не стоит!» Но, не повстречайся я с Честером, он бы меня в конце концов уломал.
– Да, но послушайте, – сказала Миртл Уилсон, качая головой, – все ж таки вы за него не вышли.
– Как видите.
– А я вышла, – многозначительно сказала Миртл. – Вот в чем разница между вашим случаем и моим.
– А зачем было выходить, Миртл? – спросила Кэтрин. – Никто тебя, кажется, не неволил.
Миртл не сразу ответила.
– Я за него вышла, потому что думала, что он джентльмен, – сказала она наконец. – Думала, он человек воспитанный, а на самом деле он мне и в подметки не годился.
– Ты же по нему с ума сходила когда-то, – заметила Кэтрин.
– Я сходила по нему с ума? – возмутилась Миртл. – Кто это тебе сказал? Я не больше сходила с ума по нему, чем вот по этому господину.
Она ткнула пальцем в меня, и все посмотрели на меня с укоризной. Я постарался выразить всем своим видом, что ничуть не претендую на ее чувства.
– Вот когда я действительно с ума спятила, это когда вышла за него замуж. Но я сразу поняла свою ошибку. Он взял у приятеля костюм, чтобы надеть на свадьбу, а мне про это и не заикнулся. Через несколько дней – его как раз не было дома – приятель приходит и просит вернуть костюм. «Вот как, это ваш костюм? – говорю я. – Первый раз слышу». Но костюм все-таки отдала, а потом бросилась на постель и ревмя ревела до самой ночи.