Великий герой
Шрифт:
– Его свет должен быть ярче!!! – Закричал я.
В конце концов, когда я практически потерял надежду, ноги сами обречённо понесли меня в сторону Мии. Я встал напротив лежащей девушки и собирался взять ее на руки, чтобы наконец покинуть эту башню, ведь казалось, Мия уже на пределе, она потеряла слишком много крови, а от ее ровного дыхания, остались лишь рваные вдохи.
– Нужно уходить! – Прошептала Эйка.
Но стоило мне сделать еще шаг, чтобы получше взять Мию, как вдруг кристалл засиял по-настоящему.
Я резко расправил спину, так что аж в глазах потемнело, а тело попятилось назад. Внезапно
Так значит он там?
Я сделал пару шагов назад. Покрыл левую руку льдом с помощью несложного заклинания «ледяная кувалда», и разбежавшись изо всех сил ударил по очернённому трону. Золотые, порой тёмные куски разлетелись во все стороны и попадали на пол. Одним таким кусочком можно было бы без труда прокормить парочку бедных районов Бристоля, но похоже, их королеве всегда было плевать на свой народ.
Я заглянул внутрь оставшегося золотистого ободка и через секунду в моей руке, освещаемые солнечными лучами показались блестяще-черные ножны, но меча в них не было. Это определённо то, что мы искали, ведь сейчас кристалл светился невыносимо ярко.
– Теперь уходим! – Скомандовал я.
Артефакт я отдал Эйке, а сам взял на руки Мию. Справа по самый локоть отозвалась резкая боль, но я постарался пересилить ее покрепче стиснув зубы. Сейчас главное быстрее отнести Мию к Мари, иначе она может умереть. Эта мысль была сильнее любой физической боли, поэтому я продолжал двигаться.
Ступенька за ступенькой мы спускались вниз, и поглядывали на многочисленные этажи, где еще остались последствия нашей битвы.
До первого этажа мы добрались с трудом, я едва стоял на ногах, но в просвете, где совсем недавно красовались красные двери, я увидел солнечный свет, а значит осталось не долго.
К этому времени вокруг замка собралось немало народу, все аристократы и богачи, своими высокомерными речами они обсуждали крики, которые слышались в комнате королевы минут десять назад, а когда мы показались им на глаза, все стало еще хуже. Никто из них даже не посмел сделать шаг в нашу сторону, но косые взгляды и озлобленный шёпот сыпались со всех сторон. Думаю, они прекрасно понимали, что на самом деле произошло, но ни один из присутствующих даже не попытался нас остановить, эти «сливки общества» пекутся только о своей «шкуре», хотя сейчас это даже хорошо, ведь нам нужно было поскорее убраться оттуда.
– Эйка, не отставай! – Прошептал я.
А затем направился туда, где мы расстались с Себасом и Мари. Толпа продолжала глазеть нам вслед, а под конец они начали выкрикивать, что-то очень жестокое, и угрожали нам.
Я ускорил шаг и попытался как можно быстрее скрыться за ближайшим поворотом. Идти лучше всего было по узким переулкам, ведь местные жители там совсем не появляются, к сожалению, я так и не понял почему, но факт оставался фактом: сейчас там безопаснее всего.
Ноги я переставлял из последних сил, запас которых стремительно уходил в минус, поэтому если бы городская стража нас заметила, отбиться не было бы ни единого шанса. Иногда я думаю, что эти переулки и построили для того, чтобы укрываться от местных
– Госпожа Мия! – Кричала Мари.
Ее карие глаза выглядели напуганными, не удивительно, ведь в моих руках лежала рыжеволосая девушка, одежда которой вся пропиталась кровью.
– Госпожа!
Себас подбежал ко мне, забрал Мию и отнёс ее в карету. Да, за то время, что нас не было Мари и Себас догадались заказать пару карет, наверное эта мысль пришла им в голову, когда вокруг замка начала собираться толпа, уже тогда стало понятно, что задерживаться в городе мы не можем.
Мари заперлась в карете вместе с Мией, а после оттуда раздавался лишь нервный звон стеклянных баночек, в которых горничная хранила свои самые действенные лекарства.
Человек в чёрном костюме ловко поднырнул под мою руку и принял большую часть веса на себя.
– Отдохни немного… – Сказал Себас, облокачивая меня на стог сена лежавший неподалёку, а затем прикрыл моё тело каким-то одеялом. Сил совсем не осталось. Я хотел пойти к Мии, но в глазах темнело с каждой секундой.
…
– Мия! Что с ней?!
– Успокойся, Тоя! – Мари нежно коснулась моего плеча.
– С ней все хорошо…
– Слава богу!
Внезапно девушка пробежалась своей ладошкой по моей шее, затем опустилась к груди и начала расстёгивать спортивный костюм.
– Ты чего делаешь?! – Закричал я.
– Да не вопи ты так! Сиди смирно и не болтай! – Сказала она, и продолжила расстёгивать молнию.
– С ума сошла, нельзя же приставать ко мне у всех на виду!
– Придурок!!! – В следующие пять секунд я почувствовал, как ее мягкая ладошка превратилась в настоящий гранит и стукнула меня по голове.
– У тебя правая рука сломана, если не заметил! Нужно прямо сейчас вправить все кости, иначе она срастётся неправильно.
Всю боль от перелома я почувствовал только тогда, когда Мари начала сжимать мою руку со всех сторон, располагая кости на свои места. Ощущения были просто ужасные, будто кто-то режет тебя изнутри.
После пяти минут адских мучений, девушка забинтовала перелом и с облегчением вздохнула.
– Вот, выпей это, должно полегчать! – Сказала она и сунула мне стакан с водой, в который совсем недавно выжала сок из листьев тех самых цветов, попавшихся мне на глаза во время поездки в Бристоль.
Так вот зачем они нужны!
– А я то думал ты эти цветы просто так взяла!
– Еще чего, каждый из них имеет свой уникальный эффект! В твоём стакане например сок глафнелии, он подавляет боль, так что пей давай! Вот это… – Продолжала она, указывая на цветок с оранжевыми лепестками. – Огненные грильмусы. Одной капли из их стебля хватит, чтобы усыпить человека на три дня.
– Ничего себе!
– Ага, а вот это цветок риччи… – В последнем горшке росли ярко-фиолетовые бутоны, которые еще не успели распуститься. – Они особо ничем не выделяются, просто богаты витаминами, но съешь на один миллиграмм больше положенного – умрёшь.
– Чего? Зачем тебе такие одновременно бесполезные и опасные цветы?
Мари немного замялась, но потом ответила обнадёживающим тоном:
– В бою мы тратим уйму магической энергии, а на ее восстановление уходит немало времени. Эти цветы ускоряют этот процесс раз этак в… Двадцать!