Великан Севера
Шрифт:
Отбросив не представляющий угрозы обрубок, который был ещё жив и булькал, я сбросил пелену ярости и прислушался. В ратуше было тихо и только негромкий звук шагов из коридора разрушал полную тишину. Подхватив свой шестопёр я уже собирался выглянуть в коридор, как передо мной открылась дверь ведущая в мои покои.
— Триша, я же просил вести себя тихо, нам не следует пока привлекать слишком много внимания, — сказал молодой мужчина, открывая дверь.
Зайдя внутрь он на секунду опешил, сначала посмотрев на меня, покрытого с ног до головы кровью с шестопёром в руках, а потом на обрубок Триши. Этой секундной заминки мне хватило, не успевший среагировать вампир получил вертикальный удар в голову, который буквально вмял остатки его головы куда-то в район желудка.
— Тревога! Вампиры напали! —
В первые несколько секунд ничего не происходило, но потом из всей ратуши начал раздаваться шум, загремели доспехи, начали раздаваться крики и команды, а из некоторых соседних дверей выбежали фигуры в тёмных одеждах. Увидев меня с окровавленным шестопёром рядом с изуродованным трупом своего товарища, остальные вампиры бросились в мою сторону. Отдавшись инстинктам, я наносил удары один за другим, стараясь как минимум держать своих противников на расстоянии, а как максимум сокрушить их. Вампиры же, проявляя чудеса грации, старательно избегали моих ударов, так как видимо понимали, что стоит мне единожды по ним попасть и они уже не встанут. Однако, несмотря на всю свою нечеловеческую ловкость, узость коридора играла против кровососов и то один, то другой попадали под мои атаки. Шестопёр, не замечая никакого сопротивления, ломал вампиров как игрушки, отбрасывая их в разные стороны, те, кому прилетало по конечностям ещё старались хоть как-то отползти или продолжить бой, а вот получившие удары в голову или торс затихали.
— Сколько можно играться с едой, недостойные — прервал бой своей фразой высокий норд с лицом породистого аристократа, вышедший из одной из комнат, — если вы не в состоянии справиться с этим огромным бурдюком, то недостойны того места которого занимаете. Прочь, я покажу вам как решают проблемы вампиры Волкихар.
Закончив свой монолог, норд направил в мою сторону руку и что-то зашептал. Так как узнавать, что задумал очередной вампир у меня не было никакого желания, я ринулся на него, по пути раскидывая застывших на месте остальных кровососов. Когда вампир-норд закончил шептать, я почувствовал, как меня начали покидать силы, а к нему начал тянуться красный туман. Гадство, превозмогая упадок сил я продолжил прорываться к нему, осталось совсем немного, но чем ближе я приближался, тем слабее становился, а когда до норда оставалось пара метров, то не выдержал и рухнул на колени.
— Теперь вы видите разницу между нами, черви? Именно поэтому такие как я именуются повелителями ночи, а вы не более чем жалкие паразиты.
Оставаясь в сознании, мне всё же удалось собрать остаток сил и сделать последний рывок. В прыжке, мне удалось правильно направить шестопёр и он попал точно в челюсть самопровозглашённого повелителя ночи. Однако желаемого результата добиться не удалось, и вампир только слегка дёрнул головой на удар, который обычно или ломал кости, или отправлял в полёт.
— Неплохо, смертный, у тебя есть сила и воля, возможно я тебя даже пощажу. Ты можешь стать неплохим дополнением клану. И в качестве уважения твоему упорству, я продемонстрирую тебе свою истинную форму.
Закончив говорить, вампир начал меняться, его фигура стала выше и массивней, из спины вырвались крылья, а лицо стало больше походить на морду летучей мыши.
— Узри истинное лицо ночи, смертный, — сказал изменившимся голосом вампир.
Стоя на четвереньках, я старался сам начать оборот, но что-то мне мешало, а слабость накатывала всё сильнее. В голове билась мысль, что всё кончено, и мне можно наконец отдохнуть. Нужно просто закрыть глаза и сдаться. Игнорировать эти позывы становилось всё сложнее, веки тяжелели, а мысли текли всё медленнее. Однако произошло нечто, что дало мне немного сил, вместо того, чтобы как обычно прорвать завесу, отделяющую меня от запертого в моей душе духа медведя, я позвал его и он пришёл. Он не занял мой место, а слился со мной, как это было во сне и силы начали возвращаться ко мне. Сначала оторвав от пола одну руку, я чувствовал как трещат мои кости, оторвав вторую, я почувствовал как стал увеличиваться, встав на одно колено, я почувствовал как мои мышцы наполнились силой и полностью поднявшись на ноги, я яростно заревел.
Возвышаясь над пародией на летучую мышь на добрые два метра, мне доставило
А дальше началась бойня, метаясь по коридору я рвал на части разбегающихся от меня кровососов, мои когти без проблем вырывали целые куски плоти, прямые удары заставляли их грудные клетки раскрываться как уродливые цветки, а челюсти без особых проблем перекусывали тщедушные тела. Закончив с напавшими, мой путь лежал дальше. Следуя специфичному запаху, которые источали вампиры, я направился в место их скопление, где судя по всему уже шёл бой с моими солдатами. Так и оказалось, неровный строй старался держать кровососов как можно дальше, тем самым давая возможность магам и лучникам стрелять из-за спин пехотинцев. Сами же кровососы весело скалились и шутили в полёте перехватывая стрелы в полёте и уклоняясь от простых заклинаний. Моё появление внесло радикальное изменение в расстановку сил.
Сметя задние ряды вампиров несколькими ударами, я продолжил рвать и метать ставшие такие податливые тела кровососов, опешившие от моего натиска они попятились назад, где их уже ждали копья пехотинцев. Когда всё было кончено, мои бойцы застыли в нерешительности, с одной стороны они слышали, что их командир умеет становиться медведем, а с другой, в такой форме они меня видели в первый раз.
— Быстро, отправились, проверять, ворота, города! — полу животное горло было плохо предназначено для человеческой речи, поэтому каждое слово приходилось выговаривать отдельно с небольшим усилием, — Ты, и ты! В казармы, тревога!
— Есть, командир! — самый сообразительный солдат, быстро придя в себя начал расталкивать замеривших в ступоре сослуживцев.
— Бегом! — мой рёв привёл остатки застывших в чувство.
Краем глаза отмечая, что разбившись на отряды солдаты направились в разные районы города, я начал принюхиваться, стараясь определить, есть ли ещё вампиры поблизости. Мой нюх говорил — что нет, и когда я уже собирался самостоятельно проверить не проник ли в город кто-то ещё, ко мне подбежал мальчик-слуга, которого я обычно видел на кухне ратуши.
— Г-г-господин, т-т-там другие господа не просыпаются, — его тонкий голосок вывел меня из задумчивости.
— Веди! — вздрогнув от моего рыка, он побежал в сторону гостевых покоев.
Пробежав до спален, в которых спал и я, служка провёл меня в комнату Фриги, которая лежала на кровати и еле дышала, помимо проблем с дыханием, было видно, что её кожа бледная как мел, а небольшие кровоподтёки на подушке довершали картину. Хреновы кровососы, те кто из них доживёт до утра позавидует мёртвым! Принюхавшись к воздуху в комнате, мне внезапно стало понятно, что если сейчас ничего не сделать, то племянница отойдёт в мир иной, причём в течение нескольких десятков минут, слишком много крови из неё выпили. Попытки использовать целительные чары ничего не дали, только на несколько мгновений её дыхание выровнялось, а потом вновь вернулось к рваному темпу. Интуитивно понимая, что другого выхода нет, мною была прокушена ладонь, а выступившая кровь небольшим ручейком потекла в рот родственницы.
Её организм, видимо на чистых рефлексах стал глотать густую бордовую жидкость. С каждым глотком её тело менялось, что было не только видно глазами, но чувствовалось даже моим ущербным магическим восприятием. Когда она, тихо рыкнув, перевернулась на бок, с головой укрывшись одеялом, мне стало понятно, что теперь умирать она точно не собирается. Стоящий за моей спиной служка с выпученными глазами следил за всей процедурой и когда всё закончилось побежал к следующей комнате. Аналогичная ситуация с обескровливанием была со всеми командирами подразделений, которые в эту ночь ночевали в ратуше, однако к моему прибытию и оказанию помощи в живых оставались только мои родственники и как ни странно Лирис, которая, когда я прибыл уже была на последнем издыхании. Напоив всех живых кровью, я рыкнул служке привести кого-нибудь из оставшихся солдат, что он тут же исполнил.