Величие

Хай Алекс

Пожалуйста, передай Оле мои искренние поздравления с поступлением в Королевскую академию. Надеюсь, опыт, который она приобретет в Норвегии, поможет ей наконец-то вывести идеальную рыбу мечты.

И… Я очень скучаю по ней. Как только государь позволит вернуться, я бы хотел с ней встретиться. Она отвечает на мои письма, но по ее тону не поймешь, простила она меня или нет. И все же я хочу побороться за ее сердце, пусть и понимаю, что шансов у меня немного.

Ире — мои наилучшие пожелания!

Из

записей Великого князя Михаила Николаевича Романова-Соколова

Едва проснувшись, мы уже принимали поздравления от явившихся спозаранку многочисленных родственников из Дома Романовых. Затем отправились с визитом к государю и его семье в Зимний дворец, оттуда — Матильде и Корфу, и так далее, далее, далее… И везде поздравления, благословения, пожелания, подарки…

Лишь после обеда нам удалось остаться вдвоем.

Ира отпустила фрейлин и прочих сопровождающих, а затем повернулась ко мне.

— Мы забыли еще об одном визите, — улыбнулась она и похлопала по водительскому сидению. — Пожалуйста, отвезите нас в Ириновку.

Я удивленно приподнял брови.

— Ехать час в одну сторону. Уверена, что сегодня это уместно? Я готов подождать.

— Это не просто уместно, это необходимо, черт возьми! В Ириновку, пожалуйста.

Вот это сюрприз. Нет, правда. За последние годы я настолько привык быть в тени своей второй половины, что действительно в первую очередь мыслил интересами императорского рода. И сейчас меня растрогало желание Ирины навестить мои родные места.

Автомобиль тронулся, и супруга положила голову мне на плечо.

— Боже, как же хорошо в тишине…

Я усмехнулся. Это да. В тишине и наедине. Как же редко, черт возьми, нам теперь удавалось уединиться.

Но я знал, на что шел, с самого начала. С того самого дня, как государь вручил мне перстень с александритом. Сейчас он красовался на безымянном пальчике Ирины вместе с простым золотым обручальным кольцом. Ира не пожелала его снимать после свадьбы — считала своим талисманом.

«Еще не пожалел, что вышел за меня?» — спросила она ментально.

«Признаюсь, вчера пару раз были такие мысли».

«Вчера я жалела, что вообще родилась на свет. Это не считается».

«Нет, и вряд ли когда-нибудь пожалею. Мы отличная команда. Ты торгуешь лицом, я тебя прикрываю».

«Забавно, что ведь раньше было наоборот», — улыбнулась Ира. — «Раньше ты был на виду, а я была твоим штурманом».

Я пожал плечами.

«Если честно, мне так даже больше нравится. В конце концов, я все еще служу в Отделении, что приводит в восторг твоих пиарщиков. Жаль только, что оперативной работы больше не видать».

«Ничего, еще дорастешь, наберешься ума и выпинаешь дядю Вальтера из кресла. Ему давно пора как следует отдохнуть».

Болтая о всякой чепухе, мы не заметили,

как выехали за город. Окраины Петрополя здорово изменились за эти четыре года: вырастали новые жилые кварталы, пошла мода на частные дома, и теперь коттеджные поселки для среднего класса вырастали вдоль дороги как грибы.

Лишь когда мы въехали на земли моей семьи, глаза смогли отдохнуть от мельтешения домиков — родное болото почти не было заселено.

— Скоро сворачиваем на аллею, ваши императорские высочества, — предупредил водитель.

— Остановитесь, пожалуйста, у самого поворота. Мы с супругом хотим прогуляться.

Водитель бросил на нас встревоженный взгляд в зеркало заднего вида.

— Ваше императорское высочество, ведь это не положено… Вы и так без охраны…

— Не волнуйтесь, с нами точно ничего не случится, — заверила Ирина. — Все страшное, что могло здесь произойти, было четыре года назад.

— Но я должен вас сопровождать, — настаивал водитель.

Я кивнул.

— Мы не против. Это всего лишь простая прогулка.

Сторговавшись, мы вышли из автомобиля. Водитель, следовало отдать ему должное, держался на почтительном расстоянии, чтобы не нарушать наш интим, но был готов в любой момент долбануть по незваным гостям «Косой».

Не сразу я привык к тому, что личные слуги Романовых были сплошь одаренными. Ну ладно, пусть гуляет себе, если ему так спокойнее. Моя жена уничтожала огромные волшебные камни прикосновением пальца, да и я не лыком шит. Полагаю, с парочкой гостей мы бы тоже справились.

Усадьба изменилась, но аллея оставалась прежней. Мы медленно брели под сенью деревьев с пожелтевшей листвой. Самая красивая пора осени — все желтое, оранжевое, багряное. Еще не так холодно, но уже чувствуется приближение зимы.

— Красиво ты все-таки отстроился, — Ира указала на видневшиеся в конце дороги башенки новой усадьбы. — Хочу, чтобы этот дом стал местом нашего уединения.

Восстанавливая усадьбу, я не стал повторять старый проект. Чертежи были давно утрачены, да и мне не казалось это правильным. Если уж обновляться, то по полной программе. Поэтому новая Ириновка была выстроена в стиле английских поместий девятнадцатого века.

По кирпичным стенам уже понемногу вился плющ, острые башенки и сводчатые окна навевали мысли о старинных романах. Знал, что Ире понравится — она всегда была романтичной в глубине души.

— Давай зайдем в дом позже, — попросила Ира. — Хочу прогуляться к нашему месту.

— Идет.

«Нашим местом» была поляна, на которой прежде возвышался наш родовой Дуб. После нападения на поместье спасти дерево так и не удалось. Но даже это не остановило меня от желания все здесь восстановить. Не зря же предки говорили о важности Ириновки в жизни нашего рода.