Величие
Шрифт:
— Нет, Миш, правда, — отсмеявшись, сказала Грасс. — Рожу помрачнее сделай, а то у тебя все на лбу написано. Не подставляйся уж настолько явно. Тоже мне, шпийон.
Черт, а ведь улыбка и правда расползлась на лице до самых ушей. Уж больно настроение было хорошее. Так-то, конечно, ни одного повода для радости, но я сейчас просто старался брать от оставшегося времени по максимуму. Ибо лафа могла закончиться в любой момент.
Она, собственно, и закончилась — ровно в тот момент, когда я вошел в столовую.
— Давно
Пистолетыч невозмутимо пил кофе из фарфоровой чашечки с кобальтовой сетки вприкуску с пирожком, роняя крошки на свежую газету. Увидев меня, он деловито кивнул и указал на свободный стул.
Рядом с Корфом восседал Бестужев — Матильда как раз передавала ему сахарницу. Чета Козляниновых расположилась на противоположном конце стола. Мы с Аней расселись, и слуги тут же поставили пред нами тарелки с овсянкой. Иры и Воронцова еще не было.
Матильда удостоила меня внимательного, почти сверлящего насквозь, взгляда.
— Меду в кашу? — предложила она.
— Благодарю.
Корф разделался с пирожком, вытер руки салфеткой и налил себе еще кофе. В этот момент в дверях как раз появилась Ирина — в отличие от меня, вполне отдохнувшая. Как, блин, женщины это делают?!
А вот шедший следом Воронцов явно провел ночь без сна. Очевидно, прикидывал, какое будущее его ожидало после его, с позволения сказать, похищения.
— Слава богу, собрались наконец-то, — проворчал Николай Федорович и жестом велел слугам удалиться. Две девушки в передниках и старомодных чепчиках тут же ретировались, плотно прикрыв за собой двери.
Корф поставил купол — значит, наконец-то поговорим о деле.
— Как добрались, Вальтер Макарович? — с ноткой язвительности спросила Грасс.
— Полагаю, с меньшими приключениями, чем вы, Анна Петровна, — сухо отозвался шеф. — Впрочем, с учетом обстоятельств я рад видеть вас здесь. Деятельность, которую вы начали проводить, очень нам поможет.
Анька стиснула ложку так, что едва не погнула старинное серебро.
— О, рада быть полезной, ваше превосходительство, — ядовито улыбнулась она. — Интересно, в качестве благодарности вы предоставите мне выбрать себе темницу? Или сразу в Шлиссельбург?
«Аня, хорош!» — одернул ее я. — «Не лезь в бутылку».
Корф в упор уставился на провокаторшу.
— Будь моя воля, я бы еще пару лет назад предложил вам острог под Тобольском. Хорошая экология, чистый воздух, суровая природа — хоть картины пиши. Река красивая, в конце концов. Удобства, правда, так себе, но вы, как я понимаю, не особо требовательны.
— Отставить перепалки! — Козлянинов грохнул кулаком по столу так, что приборы подпрыгнули. — Не в моем доме, господа.
— Прошу прощения, — тут же среагировал Корф и покосился на Бестужева. — Действительно, перейдем к делу. Гаврила?
Дознаватель поставил чашку на блюдце и подался
— Мне удалось выяснить, где хранят конфискованные и деактивированные Осколки.
— Цейхгауз Кронверка, — улыбнулся я.
Бестужев и Корф переглянулись. Гавриил Петрович тяжело вздохнул, достал из внутреннего кармана пиджака купюру и положил ее перед Корфом.
Матильда вскинула брови.
— Это что сейчас было?
— Поспорили, — ответил шеф. — Когда узнали, что вы взяли Воронцова, разошлись во мнениях. Я был уверен, что вам удастся его расколоть и выяснить, где хранятся Осколки. Потому как уж Воронцов должен был владеть такой информацией. Гаврила считал, что нашему князю ее не доверят.
— Ладно, десять рублей всего, — отмахнулся Бестужев. — Но рад, что наши сведения совпадают. Среди моих информаторов есть человек, которого туда перевели. В охранке служит, сам видел, как привозили артефакты. Более того, этот человек может провести небольшую группу. Придется приложить усилия, да и вообще озаботиться маскарадом. Но он уверяет, что в определенные часы определенных смен это возможно.
Матильда задумчиво постучала ногтями по чашке.
— Ты ему веришь, Гаврила? А не сдаст ли часом?
Бестужев пожал плечами.
— Моть, сейчас никому на сто процентов верить нельзя. Человечек раньше не подводил. Информатором у меня числится уже четыре года — поймал в свое время на должностном преступлении, предложил замять в обмен на добычу сведений. Как обычно, в общем. До сегодняшнего дня сотрудничали честно.
— Все равно нужна подстраховка, — сказал я. — Нам ведь, по сути, что надо? Попасть внутрь и знать, в каком помещении находятся Осколки. Быстро их забрать и вынести. Привязывать же все равно на месте не будем.
— Только хранилище надежно защищено и хорошо охраняется, — добавил дознаватель. — Если не добыть ключ, то не всякая взрывчатка поможет. А ключ достать практически нереально.
— С этим разберемся, — сказал Корф.
— Как? — нахмурилась Матильда. — Шарахнем из гранатомета?
— Необязательно, — улыбнулась Ира. — Если я смогу пройти туда, то смогу помочь.
Воронцов откашлялся.
— Как только ты применишь силу, все артефакт слежения в округе сойдут с ума. Тихо не получится. А если артефакты зафиксируют, то в Кронверк слетятся все бригады ищеек.
— Вот мы и подошли к еще одному элементу плана, — удовлетворенно улыбнулся Корф и взглянул прямиком на Аню Грасс. — Чтобы они быстро не слетелись в Цейхгауз, нужно, чтобы в этот момент ищейки были заняты где-то еще. Чем-то очень громким и эффектным. Помнится, Анна Петровна, вы и ваши надеждинцы питали слабость к эффектным выступлениям. На этот раз вам придется превзойти самих себя и устроить по-настоящему громкое отвлекающее шоу.
Глава 24