Вектор угрозы
Шрифт:
– Тебе, Косой, только подраться дай. А люди погибли. Ни за что!
– Как это ни за что? – опешил Косой. – Да если бы мы не стали защищаться, они бы здесь всех на уши поставили! Еще неизвестно, скольким бы тогда конец!
– Но ты ж мог что-то придумать! Нас, как дичь, валили, а мы и высунуться не могли! Головы поднять не могли!
Тем временем кочевники запрягали повозки, ревели моторами байков, первая машина уже катила с шоссе, переваливаясь через полузанесенный землей кювет…
Алекс ткнул локтем Шведа и
– По-моему, пора валить. В Елизаровке назревает революция, нам встревать ни к чему. Куда армейцы идут, мы уже знаем, и Черный Рынок нас опережает. Поторопиться бы, может, и мы успеем?
Швед кивнул и обернулся к Косте:
– Ну, вы тут свои дела улаживайте как хотите, а мы пойдем. Спасибо, так сказать, за веселую компанию.
Костя кивнул и, похоже, мгновенно забыл о пришлых. Он обернулся к землякам и стал орать, разом заглушив все их попреки:
– Вы недоумки! Что я мог придумать? Откуда мне было знать, что у них такой ствол при себе имеется? Мы кочевников встретили, отогнали их! Защитили дома и семьи! Отстояли Елизаровку!
Швед с Яной и Алексом зашагали по улице, а сзади не смолкал горячий спор. И Косой по-прежнему орал громче всех:
– Не нравлюсь я вам? Так выберите другого! Мне плевать! Я не напрашивался! А только все равно лучше меня вам никого не найти!
– Весело здесь у них, – заявил Алекс. – Я вот Власова вспоминаю. Тот в Выселках порядок наводил, какие-то законы все время провозглашал, правила общие для всех вводил… а здесь живут как придется. Лес из них все порядки вышиб, ничего не осталось.
– Здесь воровать легче, – авторитетно заявила Яна. – Никто не почешется, если к соседу полезешь. Но зато и риск больше. В Выселках, если на горячем поймают, то судить будут, долго, занудно, Власов станет речи говорить… со скуки помереть можно!
– А здесь? – спросил Швед.
– А здесь речи никому не нужны, прибьют на месте, если поймают. – Яна пожала плечами. – Меня, конечно, не поймают. Но если кто-то не такой ловкий, то работать в таких поселках, как Елизаровка, очень рискованно.
Потянулись разоренные дворы, поваленные ограды, выбитые стекла домов, заросли бурьяна в сорванных с петель калиток…
– Одичали люди, – заговорил Алекс, когда они забрали свои вещи и дом Гнатенко остался позади. – Еще хуже, чем Черный Рынок, у тех хоть какие-то обычаи, традиции, суеверия. Не законы, так хоть что-то. А у елизаровских – ничего. Вообще ничего!
– Все сравниваешь, следы цивилизации ищешь? – откликнулся отшельник. – И к чему это?
– Я понять хочу, почему это произошло? Ну, почему именно сейчас, именно с нами? Может, это такой прогресс человечества? Может, наша цивилизация зашла в тупик и лучше без нее? Может, пришло время расчистить место для чего-то нового?
– Нет, это вряд ли, – возразил Швед. – Мы ведь это уже пережили, я имею в виду, человечество пережило. Когда Римская империя
Путешественники достигли околицы – дома на окраине лежали в руинах, видно было, что Лес не захватывал это место, но и здесь ощущалась его близость. Сквозь развалины пробились молодые деревца, сорняки буйно разрослись на грудах кирпичей, вешняя вода уже прорыла русло вдоль прежней улицы… Обвалившиеся хаты постепенно превращались в пригорки, улица вскоре станет оврагом… Несколько лет – и природа вернет это место, следы человеческого присутствия скроет земля и зелень.
– Цивилизация, – проворчал Швед, озираясь, – как мало времени понадобилось, чтобы ничего не осталось. Силен Имир, силен. Столько веков проспал, а силен по-прежнему.
– Тихо! Слышите? – перебила его Яна. Время от времени ветер доносил звуки далекой стрельбы. – Бой идет!
Швед насторожился. Потеребил бороду и заметил:
– Рановато. Это не те, с которыми елизаровские бодались, те не успели бы.
– Значит, Черный Рынок ударил по армейцам, не дождавшись, пока все отряды подтянутся, – рассудительно заговорил Алекс. – Здесь несколько кланов преследуют отряд Армии Возрождения. Передовые не утерпели, так хотелось подраться. Что ж за фитиль такой у них в задах образовался?
– Или им Хан награду обещал, – подсказала Яна. – Рыночные очень любят себя показать, чтобы Хан заметил.
Швед их не слушал, он вытащил карту и изучил подтертые места. Потом объявил:
– А ведь похоже, здесь были какие-то отметки! Вполне возможно, армейцы уже на объекте и отбиваются. Рыночные опоздали, потому и торопятся выбить оттуда Армию Возрождения поскорее.
– На каком объекте?
– А Лес его знает, на каком… – Швед свернул карту и оглядел горизонт. – Нам туда!
Алекс проследил его взгляд и заметил столб дыма. Хороший ориентир!
Пока ковыляли в обход заболоченного участка, где дорога скрывалась под грязной водой, рядом с первым вырос второй дымовой столб. И звуки стрельбы доносились все чаще и чаще. Дальше был поворот дороги, за ним обнаружилась повозка. Владельцы спешили, и когда лошадь пала, попросту бросили ее у обочины, даже не задержались, чтобы забрать упряжь. Швед подошел поближе и склонился над мертвым животным. Яна забралась в повозку и деловито обшарила все углы. Потом выпрямилась и объявила:
– Ничего!