Вектор прошлого

Не было ни одного человека в Лайвбурге, кто бы не любил ярмарки: от детей, до пожилых матрон. Как только до людей доходили слухи, что через пару дней на окраине появятся шатры и палатки, город взрывался, и начиналась суматоха. Но не паническая, как при приближении опасности, а наоборот – тягучая и сладкая. В эти дни столичные магазины работали не покладая рук: кто–то приносил на пошив новые ткани, кто–то перешивал старые наряды, на новый манер. Все жили предвкушением.

Тетра Визари ярмарки

не любила. Хотя, скорее всего, дело было не в самом мероприятии, а в том, какая толпа собиралась в одном месте. Для видящей ауры девушки, это было сущей пыткой. Ауры пестрили, мелькали разноцветными пятнами, доводя Тетру до мигреней. Но ввиду некоторых обстоятельств с мигренями девушка жила уже год, как раз с того самого момента, как стала частью Путешествующих. И вот, впервые за долгое время, ноги девушки коснулись каменной кладки Лайвбурга. Она не была здесь с того момента, как сбежала с собственной свадьбы, в одном только платье, без каких–либо средств для существования. Тогда ей казалось, что она так и окончит свои дни, либо умерев голодной смертью, либо растерзанная какой–нибудь ночной бандой головорезов. Но жизнь, как раз таки с девушкой расставаться не собиралась, и ноги привели ее к Путешествующим – где она и обитала по сей день. И хоть теперь Тетру мучили головные боли, это была маленькая цена за то, чтобы ее никогда не нашли.

Рисковала ли она, вернувшись в город? Тетра так не считала: узнать в ней бывшую дочь парламентария было практически невозможно. Короткие белые волосы отросли, а черная краска, что недавно вошла в моду, меняла лицо девушки до неузнаваемости. Угольная подводка глаз, замазанные веснушки, которые так не любил отец – Дегстер Бланшетт считал их признаком простолюдинов.

Сегодня был первый день открытия – самый тяжелый и самый шумный. Люди как будто сходили с ума, бегая между ярмарочными развлечениями, от палатки к палатке, заглядывая в каждый шатер.

Тетра знала, к ней как раз–таки сегодня заглянет не так уж много – люди опасались черной магии. Но обычно к концу недели любопытство все же побеждало, и когда у всех очереди утихали, у нее, наоборот, собиралась целая вереница желающих.

Тетра водрузила на стол прозрачный шар и череп, что в последнюю минуту соскользнул с пальцев и звякнул об стол.

– А нельзя поосторожнее? – призрак возник, как всегда, внезапно. Но девушка, привыкшая к таким выходкам, даже не дернулась.

– И тебе привет, Вильям.

– Между прочим, он мог треснуть! – продолжал возмущаться дух. – А это последнее, что связывает меня с этим миром.

– С этим миром тебя связывают неоконченные дела, а кости хоть в порошок сотри, да в зад втирай, ни на что не влияют.

– Кто–то сегодня не в настроении?

Тетра подняла на него глаза из под сведенных бровей, и Вильям сразу сник.

– Может, не стоит сегодня открываться?

– А жить мы на что будем?

– Ну… Мне–то вроде много и не надо. А если точнее, то совсем ничего… Достаточно

твоей компании….

– И парочки моих нервов в день, – перебила его девушка.

– Тетти…– Вильям подлетел к ней совсем близко, отчего некромант почувствовала лёгкий холодок на своей коже. – Ты ведь не из–за мигрени такая язва сегодня? Что тебя гложет?

Тетра прятала свои глаза до последнего и в момент, когда ей захотелось открыть свои внутренние переживания, ткань у входа приподнялась и в шатер несмелыми шагами вошла пожилая женщина. Вся в черном, с заплаканными глазами. Тут не обязательно быть некромантом, чтобы понять – вдова.

Тетра сразу же села за стол и приняла отстраненный вид: нельзя было сказать, что ещё мгновение назад ее грызли душевные волнения. Теперь вдове предстала Тетра Визари – ясновидящая.

– Что привело вас в мою обитель? – хорошо поставленным таинственным голосом спросила Тетра.

Женщина вздрогнула, сделала испуганный шаг назад, но, переборов себя, подошла к столу. Видимо, дело серьезное.

– Вы точно ясновидящая? – начала вдова, как, впрочем, большинство из посетителей.

Девушка скептически подняла бровь, не потрудившись ответить. Это возымело эффект – женщина опустилась на стул, предварительно выдвинутый для таких, как она.

– Вот никогда не понимал, как ты это делаешь? – Вильям подлетел к женщине впритык, чем очень отвлекал Тетру. – Взгляд у тебя какой–то гипнотический, что ли?

– Что вас привело ко мне? – продолжила Тетра, не обращая внимания на своего надоедливого друга.

– Хм…

– О, знакомый вздох. Спорим, она захочет узнать, где ее муженёк припрятал денежки.

– Мой муж недавно отправился к Отцу нашему…

Тетра продолжала молчать.

– И на смертном одре признался, что есть у него для меня сюрприз в завещании…

– Отче, как банально, – театрально вздохнул призрак, отчего уголки губ девушки незаметно дрогнули.

– Вы бы хотели знать, где же оно находится? – девушка пристально посмотрела на вдову, отчего та смутилась.

– Вы ничего не подумайте, Джордж хотел поведать… Просто не успел сказать, где…

– Пятьдесят дирав.

– Что?

– Пятьдесят дирав, и я отвечу на ваши вопросы.

– Но это же грабеж! – возмутилась женщина.

– Тогда, ничем не могу вам помочь, – Тетра развела руками и встала, отвернувшись к вещам, что стояли за ее спиной.

– Сорок, – попыталась торговаться женщина.

– До свидания, тира…

– Рэчфорг, – подсказал, вернувшийся с улицы Вильям. – Тебе повезло, что она пришла с дочерью и сестрой. Болтушки ещё те!

– Рэчфорг.

– Откуда вы знаете? – глаза женщины округлились, и она наконец, поверила, что все здесь не постановка.

– Прошу вас покинуть мой шатер! – твердо сказала некромант. – Ваше время истекло.

– Я согласна! – не выдержала тира Рэчфорг. – Плачу шестьдесят, если скажете сейчас, где документы!