Век лета

Блиш Джеймс Бенджамин

Это был шантаж еще более изощренного вида - хотя Мартелс искренне надеялся, что Лейнест этого не подозревает.

– А если я останусь, что помешает мне оказывать такое воздействие?

– Мы переучим тебя. Ты способный. Мы поместим тебя в нерожденного ребенка; внучка

Энбл сейчас беременна, специально для этой цели. В этом случае, ты забудешь все; это необходимо. Но у тебя будет впереди целая жизнь, и ты станешь человеком нашего времени, каким тебе никогда в полной мере не стать в твоем нынешнем состоянии.

Да... вновь обрести тело, полное человеческих чувств и желаний... и всего лишь ценой отказа от еще одного падения в телескоп времени к булавочному острию Начала Координат...

– А что с Квантом?
– мягко осведомился Мартелс.
– И с Тламом, абсолютно невинной жертвой всего этого?

– Они находятся в забытьи уже так давно. Если они умрут, они не почувствуют разницы.

– Ее почувствую я. А я не считаю это справедливым. Я тройной узурпатор - я занял три их сознания и нарушил их Пути. Я считаю это преступлением, хотя в далеком прошлом, когда я был один, я и представить себе не мог бы подобного преступления. Хорошо, Лейнест. Я остаюсь. Но с одним условием: вы должны их впустить.

– Впустить их?
– изумился Лейнест.
– Но как?

– Я оговорился. Я хотел сказать, вы должны их оживить. Впущу их я.

– Итак, - произнес знакомый голос, - мы снова вместе - на этот раз, похоже, как друзья, и каждый на своем месте. Поздравляю.

– Ты примирился со мной?
– осторожно

спросил Мартелс.
– Я по-прежнему опасаюсь твоей ненависти.

– Меня опыт тоже учит, - сказал голос с веселой иронией.
– И я обязан тебе возвращением в мою машину, самому мне это не удалось бы. Настанет день - когда-нибудь в будущем - и мы вместе станем исследовать Туннели. Но не будем спешить. Сначала нам нужно заново обучить этих немногих уцелевших людей.

– Вот именно.
– Они вместе почувствовали возникающее вдалеке изумление Тлама, впервые начинающего осознавать суть свободы.
– И... спасибо тебе, Квант.

– Мы больше не Квант, - сказал голос.
– Теперь мы Квинкс - Автарх Пятого Возрождения.

Мартелс не сразу усвоил это предпоследнее иносказание.

– Мы?
– удивился он.
– Значит... и с тобой все происходило так же?

– Да. Никто из нас уже не возникнет вновь из Пустоты. Идя сквозь опасности и искушения, мы должны приучаться любить наше бессмертие, чтобы другие люди свободно следовали Туннелями, концов которых нам не суждено увидеть. Мы будем часто падать, но будем и подниматься, в сплетениях мироздания. Если мы преуспеем, нас однажды назовут Сикстом... и так далее, реальность бесконечна. Для призванных этого должно быть достаточно.

Вновь наступила внутренняя тишина, в которой шевелился Тлам, изумляясь, неужели он теперь стал предком. Он научится, ему придется.

– Я думаю, - сказал Мартелс, - что со временем мне это даже может понравиться.