Век Дракона

Олегович Гарин Александр

– Те, кто выживает?

– Серые Стражи имеют перед собой смерть, - Дункан едва заметно пожал плечами.
– Не стану скрывать. Не все из тех, кто выпьет крови, останутся в живых. Тот, кто останется - изменится навсегда. Может так статься, что вы заплатите свою цену сейчас, а не потом. Вот почему посвящение - тайна. Такую цену платим мы, чтобы спасти мир.

Он помолчал.

– Перед посвящением мы говорим немного. Но эти слова звучат с самого первого ритуала. Алистер, ты готов?

– Присоединяйтесь к нам братья и сестры, - новопосвященный опустил голову и заговорил тихо, так тихо, что неожиданная

серьезность этих слов поползла в их сердца холодной жутью.
– Присоединяйтесь к нам, сокрытым тенью. Присоединяйтесь, ибо на нас лежит долг, от которого нельзя отречься. И если суждено вам погибнуть, знайте - ваша жертва не будет забыта, и когда-нибудь мы все присоединимся к вам.

Дункан взял в руки кубок и, обернувшись к рекрутам, обратился к побледневшему от волнения карманнику.

– Давет, подойди.

Тот без слов шагнул вперед и обеими руками принял кубок. Совсем едва помедлив, приложился и глотнул. Дункан отступил на шаг. По меньшей мере, четыре пары глаз были устремлены на Давета.

Несколько мгновений как будто бы ничего не происходило. Внезапно Давет схватился за горло и упал на колени. Распахнутым ртом он пытался сделать вдох, но видно было, что тело больше его не слушалось. Пальцы карманника скрючились, его словно корежили чьи-то невидимые, но не ведающие жалости огромные руки. Все это продолжалось от силы несколько мгновений, однако для охваченных ужасом рекрутов, казалось, прошли часы. Наконец, в последний раз дернувшись, он упал на затертые камни пола и больше не поднимался.

– Мне жаль, Давет, - Дункан снова поднял кубок.
– Подойди, Джори.

– Дыхание Создателя!
– рыцарь отступил на шаг, потом еще. Глаза его метались, как у безумного.
– Нет! Вы не можете! У меня ведь жена… ребенок… Если б я только знал…

– Назад дороги нет.

– Нет!
– сэр Джори выхватил меч, выставив его в сторону надвигавшегося на него Дункана с кубком.
– Бесславная смерть - это слишком!

Дункан медленным движением отдал кубок в руки подскочившего Алистера и вытащил свой собственный меч, не отводя взгляда от пятящегося рыцаря.

– Опомнись, пока не поздно.

– Нет!
– Джори прыгнул вперед, замахиваясь. Дункан легко, словно бы и не заметив, отбил его удар и, не дожидаясь следующего движения рыцаря, всадил свой клинок тому в живот. Брызнувшая кровь в единый миг осела на лице Дункана, его одежде, и даже на доспехах стоявшего в нескольких шагах от действа Айана.

– Мне жаль.

Чернобородый вытащил клинок, и, обернувшись, посмотрел в глаза последнему из Кусландов. Поняв без слов, Алистер вновь шагнул вперед, отдавая кубок старшему.

– Посвящение еще не закончено.

Айан бросил быстрый взгляд по сторонам. Он не был уверен, сможет ли он выстоять один против Дункана и Алистера, который наверняка присоединит свой меч к чернобородому. Хотя… стоило ли пробовать?

Он принял в руки оказавшийся неожиданно тяжелым кубок, на дне которого плескалось… Айану хватило и запаха. Стараясь не дышать, он поднес ко рту, прикрыл глаза и - опрокинул в себя все то, что там оставалось.

– Ради вящего блага да отдайся ты этой скверне…

Голос Дункана звучал как будто издалека. На миг Айану показалось, словно ему заткнули оба уха. В голове зашумело, сильно, еще сильней… разъяренное нутро вздыбилось, собираясь

выбросить то, что Айан ему дал, и тому пришлось схватиться за горло, чтобы оставить все внутри. Из неоткуда пришла резкая, скручивающая боль, в единый миг сокрушившая кости и перекрутившая все мясо и жилы… Айан рухнул на каменные плиты, ударился головой, но не почувствовал этого, крича и самого себя не слыша, пытаясь вдохнуть - и не вдыхая. Перед его застеленными пеленой глазами все быстрее и быстрее замелькала бескрайняя серая степь, черные стены страшного и незнакомого города, сотни, тысячи лап, которые хватали его, мяли, комкали, душили и ласкали, тянули куда-то далеко и вниз, и сладкий зов, ужасный и прекрасный одновременно звучал и манил, обещая радость и покой, уют и единение… Айан видел морды миллионов тварей, они смотрели на него и хотели его - их соратника, их брата, часть их естества… Он растворялся в них, растворялся так, как капля дождя растворяется в озере с водой, как щепоть праха исчезает на ветру, как маленькая искра сливается с единым ревущим пламенем… И вот уже он был с ними, в них и частью них, и все утратило свою важность, кроме Зова, того, без чего раньше он мог жить, и эту проклятую жизнь теперь обязывался искупить своей кровью и кровью Врагов… Айан снова мог дышать, смотреть и слышать, и он был счастлив - так, как никогда раньше в той, другой, нелепой жизни. Могучие и многочисленные лапы братьев подхватили его и повлекли - куда? Он вскоре понял. Источник зова был уже рядом, еще чуть-чуть и… И перед ним из пустоты, таинственной и манящей, вспыхнули два изумрудных глаза. Айан подался вперед, всем естеством желая слиться с Ним, Тем, который звал и даровал Свободу… слиться, чтобы остаться навсегда, ведь только так было единственно правильным…

Чудовищный рев, рев ярости и узнавания потряс всю его преобразившуюся сущность. Братья, бросив его, разбежались в разные стороны, а самого Айана ухватило вновь, и понесло, дальше от Зова, от Него, от братьев и сладости упущенного счастья, понесло… куда? Но вмазало со всего размаха, с силой, болью и страданием. И - все прервалось. Он уже не был частью единого целого, не ощущал с собою братьев, не слышал сладостного зова. Все прошло, оставив вязкую горечь не сбывшегося и комканную боль во всем теле. В теле?

Айан открыл глаза. Склоненные над ним лица были ему откуда-то знакомы. Еще через миг в голове прояснилось, и с вернувшимся зрением пришло узнавание.

– Все кончено. Добро пожаловать.

Алистер протянул руку, помогая ему подняться. Это было нелишне, потому что Айана шатало так, как на палубе корабля при хорошем шторме. В голове еще стоял легкий шум, правда, он скорее был последствием удара затылком о камень, чем заново зарождавшимися в нем отголосками зова. Во всяком случае, Кусланду так казалось.

– Отныне и навсегда ты - Серый Страж.

Айан опять схватился за горло, так как нутро все еще воевало с содержимым. Правда, на этот раз вяло и нерешительно. На серьезную схватку это уже не тянуло.

– Еще две смерти, - Алистер повернул голову в сторону неподвижно лежавших тел.
– Когда я проходил посвящение, умер только один из нас, но все равно это было ужасно. Рад, что хоть тебе удалось уцелеть.

– Как ты себя чувствуешь, Айдан?

Кусланд тоже посмотрел на лежавшего в луже крови сэра Джори.