Ведун
Шрифт:
Вздохнув, Ассер постарался прогнать прочь беспокойные мысли, выглянул в узкое окошко, за которым было темно, разделся, погасил дорогую масляную лампаду, подарок Шарля Понтиньи, и лег спать. Было, он прижался к теплому боку жены и задремал, но неожиданно вздрогнул всем телом и глаза его открылись.
– Ты чего?
– сонно пробурчала его супруга.
– Хочешь любви?
"Какая там любовь!?
– мелькнула в голове Ассера мысль.
– Что-то не так, а мы спим! Что ты корова, что я старый дурень!"
Но вслух Риг этого не сказал, а поднялся, подошел к окну и при лунном свете стал одеваться.
–
– жена приподнялась, села на постели и посмотрела на него.
– Спи! Все хорошо!
– Эти слова Ассер бросил, снимая со стены тяжелые ножны и покидая комнату.
Без промедления Ассер спустился вниз. В замке уже все спали и во дворе тихо скулили волкодавы. Полумесяц луны скользнул за большую рваную тучу, и темнота окутала все вокруг. И только у казармы, где был виден огонек факела и стоял караульный воин, происходило какое-то движение.
"Может быть, поднять тревогу?
– спросил себя Риг и тут же сам себе возразил: - Нет. Все спокойно. Просто я волнуюсь из-за письма Шарля. Накручиваю себя, и от этого в голову лезет всякая чепуха".
– Да, старею, - отпуская рукоять меча, тихо произнес ярл, и решил пойти на кухню и выпить вина, а потом, возможно, навестить рыжую красотку Йофред, которую он специально поселил невдалеке от своих покоев в отдельную комнату.
Ярл повернулся к двери. Но тут снова из-за туч показалась луна, которая озарила все вокруг своим призрачным светом, и он увидел, что подле крыльца лежит окровавленное тело одного из псарей, а волкодавы, которые должны были разорвать всякого, кто покусится на их друга и кормильца, лежат рядом с ним на животах и тихо вполголоса скулят.
– Тревога!
– без долгих раздумий выкрикнул Ассер.
– К бою! Воины! К оружию! Все сюда!
– Ширх-х!
– с характерным звуком сталь клинка покинула ножны, и ярл бросился обратно в донжон.
Он бежал наверх, в комнату, где проживали его сыновья и Вальдемар. В замке убийцы - это понятно, точно так же как и то, за чьей жизнью они пришли. Охранники на стенах их прозевали или уже убиты, собак они обошли, а воины в казармах дрыхнут без задних ног.
"Господи!
– на бегу взмолился Риг.
– Помоги! Спаси Вальдемара и моих детей! Пусть их телохранители не спят и сдержат убийц! Господи! Храм в твою честь поставлю! Только не оставь!"
Длинными прыжками Ассер взлетел по лестнице наверх и осознал, что опоздал. На площадке перед комнатой детей лежали трупы стражников, а из спальни донесся звон разбитого оконного стекла.
– Держитесь!
– надеясь, что дети еще живы и услышат его, выкрикнул ярл и, выставив перед собой клинок, бросился в спальню. Но в проеме двери появилась темная тень, которая преградила ему дорогу. Клинок Ассера метнулся в голову врага. Однако тот отступил в помещение, а ярл последовал за ним. Шаг. Другой. Он оказался в комнате, и в лунном свете увидел перед собой убийц, которых было всего двое. Враги, средних лет неприметные светловолосые мужчины, сжимая в руках длинные кинжалы, стояли в центре комнаты и выглядели чрезвычайно спокойно. Кровати у стены находились на своих местах. Однако одна, на которой спал его сын Асбьерн, была пуста. А две другие покрыты окровавленными одеялами.
– Кетиль, прикончи его!
– скомандовал
Убийца, тем временем, поигрывая кинжалом, пошел на ярла и на рукояти клинка наблюдательный Ассер заметил крупную дорогую чеканку - серебряного ворона. Это был знак избранных гвардейцев Свена Эстридсена и Риг понял, кто пришел за жизнью Вальдемара. Впрочем, все это он отмечал машинально. Главной задачей было не дать уйти врагам, и он решил, что не отступит.
Клинок Рига отбил стремительный выпад убийцы, затем другой, а потом ярл нанес ответный удар. Однако враг ловким прыжком ушел в сторону. Риг кинулся на душегуба, но он был один против двух. Второй убийца бросился ему в ноги, сбил его на пол и раскрытой мозолистой ладонью ударил по лицу. Ассер поплыл, но все равно постарался подняться, а ночные гости, которые, наверняка, слышали, как в донжон вбегают дружинники, рванулись на выход. Хозяин замка попытался еще раз достать врагов, но они не хотели тратить на него время и силы. Один из убийц на бегу слегка подпрыгнул, ударил Ассера ногой в голову и он потерял сознание...
В себя владетель Фьеннеслева приходил долго. Лишь под утро Ассер смог открыть заплывшие фингалами глаза и оглядеться. Голова болела просто ужасно, а в глазах все двоилось. Однако, проморгавшись, он смог разглядеть, что находится в своей спальне. Рядом была жена, чье заплаканное и распухшее от слез полное лицо он не сразу узнал, а так же хмурый десятник Вестильд.
– Пить...
– еле слышно прошептал ярл.
Ему дали напиться. Ассер почувствовал себя немного лучше и обратился к Вестильду:
– Расскажи, что произошло.
Воин тяжело вздохнул и сказал:
– Ярл, убийцы проникли через стену. Собаки на них даже не зарычали, словно они ульфхеднары какие-нибудь. Торвальдсон был убит сразу. Вместе с ним пять его парней. Затем убийцы прикончили Олафа-псаря и прошли в донжон. Ты проснулся, а они пропустили тебя мимо и поднялись наверх. Халли и Брандт не спали, но подпустили их близко, и даже пикнуть не успели. Затем убийцы ворвались в спальню, зарезали Вальдемара и Абсалона, но не достали Асбьерна. Твой сын не спал, и когда увидел, что происходит, выбросился в окно. Потом появился ты, и они сбежали. Догнать их не получилось. Душегубы проскользнули мимо моих воинов, словно они юркие ящерицы, спрыгнули со стены и были таковы. Нам неизвестно, кто они и откуда пришли, но сейчас мы поднимаем на ноги всех соседей и начинаем поиски. Результатов пока нет, но нам сообщили, что пару дней назад в Соре гостили гвардейцы Свена Эстридсена и они расспрашивали о том, как поживает будущий король Вальдемар.
– Асбьерн жив?
– Да. Но у него сломаны обе ноги и что-то со спиной.
Жена ярла начала скулить и по ее щекам потекли слезы. Ярл повернулся к ней и просипел:
– Замолчи. Лучше к сыну иди.
Женщина всплеснула руками и выскочила, а Ассер снова обратился к Вестильду:
– Я знаю, что это люди Свена. Вызови ко мне самых крепких воинов и приготовь лучших лошадей. Я пошлю гонцов с вестью ко всем ярлам Зеландии и Ютландии. Весь белый свет узнает, кто таков Свен Эстридсен, а потом он захлебнется собственной кровью. Клянусь в этом!