Ведун
Шрифт:
Несколько секунд Владимир пристально смотрел в мои насмешливые глаза, после чего неуверенно сказал:
– Ты не Егор, не можешь им быть.
– Почему же, помнишь песню Высоцкого, что мы слушали на привале на дороге на Моздок? Тогда ещё Косой на брюхи взводного похлёбку пролил? Как он его гонял вокруг «бэтра» потом? Вот эта песня тогда звучала…
Хорошую религию придумали индусы.
Что мы, отдав концы, не умираем насовсем.
Стремилась ввысь душа твоя
Родишься вновь с мечтою,
Но если жил ты как свинья -
Останешься свиньёю… Владимир Высоцкий.
Голос
– Егор?
– всё ещё не уверенно спросил тот.
– Неужели это действительно ты? Значит когда тебя убили… переселение душ?… Но как?
– тот был в сильной растерянности и волнении.
– Как-как, каком об косяк, - хмыкнул я и, достав амулет, вызвал в комнату крепкое такое кожаное кресло, и главное под мой рост. Кресло вообще выбило из колеи Влада, отчего он зажмурился и тряхнул головой.
– Я ещё и по совместительству маг, - пояснил я.
– А чтобы у тебя совсем крышу не сорвало от недопонимания, я действительно Егор. Я переродился, мне случайно досталось это тело, коим я уже шесть лет владею, и жил я эти шесть лет не на Земле, а в другом мире. Мире меча и магии. Вот вчера я, наконец, смог прорваться сюда. Нашёл выход, рванул к деду… Нет их, ни деда, ни бабушки. Единственные мои родные люди.
– Я знаю, я был на похоронах, - кивнул тот.
Было видно, что Вовка пришёл в себя, принял как данность, что я действительно жив и вернулся. Буря в мыслях у него, конечно, царила, я по ауре видел, но и она уже начала стихать.
– Я здесь малость повеселился, но это к теме не имеет отношения. Я по другому поводу. Как ты уже понял, я маг, то есть умею многое. Не всё, врать не буду, я ещё учусь, но многое. Например, отращивать утраченные конечности для меня если не плёвая задача, то не сильно сложная. Намёк понял? В общем, меня в этом мире ничего не держит, отдам долги и покину, хочу попутешествовать и главное найти учителя, поэтому перед тем как уйду, хочу тебе ногу отрастить. Это часа два займёт, коленный сустав у тебя хоть и повреждён, но на месте, так что выращивание не займёт много времени.
– А наш последний ротный? У него после осколка рука не гнётся?
– Всегда ты о других думаешь, не только о себе, - одобрительно кивнул я.
– Вызвонишь его, пусть подъедет. Ему ведь до Москвы часа три ехать, успеет.
– Тогда я своего сменщика ещё вызову, - сняв трубку, сказал тот.
– Я так понимаю, мы ведь сейчас уйдём?
– Чем быстрее, тем лучше.
Когда сослуживец набирал нашего ротного, в кабинет вошёл какой-то задумчивый мужчина, не глядя на нас он закончил что-то изучать в пачке бумаг, что держал в руке, положил её на пустой столик и так же вышел. Вовка не обратил на него внимания, я в принципе тоже. Правда почти сразу мужчина вернулся и удивленно уставился на меня, а так же на моё кресло.
– Это что?
– удивлённо спросил тот у Вовки.
– Знакомый ко мне. Иди уже, - отмахнулся тот и видимо в этот момент трубку сняли.
– Саныч, здорова, это Зелинский… Ага… Да, ты прав, не просто так звоню, Егор вернулся… Нет, Бор который… Да, он самый… Точно он, проверил уже. В общем, давай в машину и ко мне,
Последнее уже ко мне, я отрицательно покачал указательным пальцем, когда тот приглашал нашего ротного к себе домой, поэтому решил прояснить момент:
– Я там пострелял немного. В ментов на трассе, три машины в утиль, но думаю они пока не подозревают кто это их… Сами виноваты были. Ещё дядьку грохнул, но он сам виноват, стрелял в меня из двустволки, самооборона, в общем. Короче то, что я вернулся, информация пошла. Тётка знает, я её там отметелил ногами слегка. Злой был сильно за деда. Могут искать у тебя. Утром вряд ли, а к вечеру, а то и раньше точно будут. Оба имейте это в виду.
– Слышал?
– спросил Зелинский в трубку.
– Да точно он, да и про расстрел ментов на трассе все каналы трубят второй день. Правда не пострадал там никто, но всё равно информация есть… Егор здесь адрес дал, квартира в соседнем с моим районом, запиши адрес. В общем, ноги в руки и к нам. Намекну, он может решить твою проблему с рукой, а мою с ногой. Кардинально… Нет, как у молодых будет. Всё, ждём.
– Надо бы поторопиться, если меня будут искать. А это возможно так. Если менты вообще поверят, что я в молодом теле вернулся, но там свидетелей хватало, так что проверять точно будут, а попадаться на глаза ментам не хотелось бы. Но в принципе беды я в этом не вижу, отобьюсь… Долго твоего сменщика ждать?
– С полчаса, он недалеко живёт. Быстро придёт. Лучше расскажи, что там было на самом деле, а то эта пресса, любое дело переврать умудряются?
Коротко я рассказал, что случилось, как я погиб, что этому прошествовало, ну и остальное, отчего Владимир глухо ругался. Потом коротко, стараясь не вдаваться в подробности описал, как попал в это тело, как жил, ну и как оказался здесь.
– Да-а, покрутило тебя, - протянул тот.
Мы успели чай попить, я выслушал уже Вовкин рассказ о его жизни, когда пришёл сменщик. Мужик был немного угрюмый, коротко со всеми поздоровался и сел за стол, приняв смену. Вовка пока мы общались, не раз отвечал на звонки, сам звонил, делал записи и остальную работу диспетчера. Тихо бормотал динамик радиостанции, позволяя нам слушать переговоры водителей грузовиков.
Сегодня Зелинский был на протезе, я так понял на работу он только с ним и ходил. Тяжело опираясь на тонкую, но явно качественную трость, подарок Совета Ветеранов, тот последовал за мной из здания конторы базы во двор, администрация была на втором этаже, и мы тихонько пошли к воротам, за которыми стоял припаркованный «БМВ».
– Слушай, Вов, - сказал я.
– Ты мой рассказ помнишь, как я отработал вандалов на кладбище?
– Есть такое. Выродки. Прикопать их нужно было.
– Да я и собирался, только там Прокофий был, ну тот старик, которого я омолодил. Старой закваски он, не дал бы, да и многое потерял бы я в его глаза. В общем, набрал трофеев, сделал закладки и прогнал уродов. Так вот, я про другое. Ты же с женщиной живёшь, но в квартире родителей. Адрес, который я дал, принадлежит одному из бандитов. В общем, отжал я у него эту квартиру за вандализм. Хочу на тебя её записать, бумаги сделаю, никто придраться не сможет. Ещё «бэху» отдать тебе хочу и дачу того урода, что главным был, брата одного из убитых мной. Дача в том же посёлке что и наша, только на окраине у речки.