Ведун
Шрифт:
Окрылённый успехом Андрей бросился быстро вниз, делать новую порцию снарядов. Несколько воинов стали ему активно помогать. Пополнив свой боезапас, он снова стал подниматься на башенку. Боевой азарт, щедро приправленный адреналином, бушевал в нём, как девятый вал. Вот уж чего он точно сам от себя никак ожидать не мог, так это то, что, поддавшись всеобщему ратному возбуждению, станет вдруг сражаться на стене древнего городища! Прямо, блин, как былинный витязь. Ха! Сказал бы ему кто об этом пару дней назад. Особенно, когда он улепётывал со всех ног от поддатых хулиганов!
Слегка запыхавшись, Андрей снова поднялся на верхнюю
В глазах потемнело, мир тотчас же угас, и он провалился в безмолвную, тёмную пустоту.
*****************
Глава 11
Глава 11.
Он слышал голоса. «Всё, Андрейка, отгулял ты своё по бренной земле. Готовься уйти в вечность», — сказал вдруг один голос. И это была сама Смерть. «Ну, нет. Погоди, его время ещё не пришло. Придёшь за ним позже», — отвечал другой голос — голос Жизни.
Андрей мог бы поклясться, что он слышал эти голоса. А может всё это ему лишь почудилось в бреду? Может быть. Но он определённо слышал чьи-то голоса! Они тихо переговаривались прямо над ним. Правда, понять уже он ничего не мог. Голоса, почему-то вдруг решили перейти на не совсем разборчивый язык. Но он их слышал!
Его сознание, вместе с жизнью, медленно и нехотя возвращалось в тело, откуда-то издалёка, словно блудный сын в родной дом, после долгих скитаний. Вслед за голосами появилась боль. А за ней запахи и звуки. Значит, он не умер, он жив! Но что с ним? Где это он? В голове была какая-то муть, сплошной туман. И тут он вспомнил всё. Тихо застонав, он открыл глаза.
Бывший учитель лежал в незнакомой комнате, на мягком и просторном ложе, заботливо укрытым чем-то тёплым. У его ложа стояли трое. Первого он сразу узнал. Это был тот самый степенный седобородый старец в просторных светлых одеждах, который сидел за столом рядом с князем. Остальные — мужчина и женщина — были ему не знакомы.
Среднего роста, худощавый мужчина неопределённого возраста был странного вида. Поверх длинной и довольно ветхой рубахи с закатанными рукавами на нём был одет большой меховой жилет, мехом наружу, да засаленные портки из грубой домовины. Длинные давно не мытые волосы стянуты на лбу узким кожаным ремешком. Такой же охватывал талию, поверх жилета и рубахи. Но главное — это украшения! Они были изготовлены из многих материалов. Из каких-то ярких камней, зубов, металлических пластинок и из чего-то ещё, что Андрей не смог даже разобрать. Их было очень много. На каждой руке по нескольку браслетов разных видов и форм, а с шеи свисала целая гроздь из ожерелий и амулетов. Выглядел этот человек весьма красочно, словно ярмарочный ряженый. Кроме того, Андрей сразу обратил внимание на цепкий, пронзительный взгляд его глубоко посаженных серо-голубых глаз. «Где-то я уже видел похожий клоунский наряд», — мельком подумал он. Но так и не вспомнил где.
Ещё рядом была ничем не примечательная женщина средних лет в простом домотканом
— Пить, — хрипло попросил Андрей и судорожно облизнул пересохшие губы.
Женщина, к счастью, быстро догадалась и, зачерпнув деревянным черпаком воды из стоящей возле двери лохани, поднесла к его губам. Холодная колодезная вода слегка оживила Андрея. Правда, её явно на пропускали через фильтр Аквафора и она показалась ему весьма странной и непривычной на вкус. Но другой тут не было. Хорошо, что хоть без хлорки. А интересно — много ли там всяких микробов и бацилл? Об этом пока, наверное, лучше не думать.
Увидев, что он очнулся, все присутствующие смолкли и сразу устремили глаза на него. Андрей попытался было встать и тут же вскрикнул от резкой боли, словно ножом полоснувшей его по всей правой половине туловища, начиная с плеча. Ах, да, конечно! Рана не давала забыть о себе. Чёрт бы её побрал! Он повернул голову. Его правое плечо и вся грудь были туго забинтованы чистой белой тканью. Женщина, очевидно, выполнявшая при нём роль сиделки, кинулась к нему и что-то лопоча, стала поправлять повязку. А странный человек в вывернутой меховой жилетке быстро заговорил, обращаясь к нему:
— Не, амо! Днесь, не мочно, лыже смиро!
Андрей понял, что, судя по всему, это был лекарь и он категорически запрещал ему вставать. Странный тип. И тут он вспомнил, где мог видеть подобных людей. В книжных иллюстрациях, разумеется. Теперь он понял кем был этот необычный субъект — это был волхв. Самый настоящий! И волхв, и лекарь — так сказать, два в одном флаконе. Правда, был он весьма отдалённо похож на картинку из учебника, поэтому Андрей и не сразу его узнал.
Волхв продолжал что-то возмущённо ему высказывать, показывая знаками, что нужно лежать. Но Андрей уже почти его не слушал. Боль жгла всё тело не по-детски. Пришлось подчиниться. Он снова откинулся на своё ложе. Стало чуть легче. Даже от такого небольшого усилия на лбу выступил пот, который сиделка заботливо вытерла чистой тряпицей. Накатила волна страшной слабости и тошноты. Сейчас почти всё его сознание заполнялось болью, так, что мысли путались.
Его заставили выпить какой-то мерзкий отвар из трав, цветов и чёрт его знает из чего ещё. Фу, какая гадость, его чуть не вырвало! После этого, коротко посовещавшись, мужчины вышли, а холопка пристроилась на соседней лавке у окна и занялась шитьём. Боль немного отступила, и Андрей попытался было собраться с мыслями и обдумать своё положение, но сам не заметил, как провалился в сон.
*****************
— Ну как он? — с беспокойством спросил князь Вятко, ждавший за дверью.
— Пока очень слаб, — отвечал уклончиво лекарь, — Я сделал всё, что мог. А сейчас дал ему сонный отвар. Пусть поспит. Сон — лучшее снадобье для восстановления сил.
— Он выживет? — задал князь вопрос без обиняков, пристально глядя волхву прямо в лицо, — Сказывай прямо.
— Всё в руках Богов, — воздел тот руки вверх, — Я лишь посредник меж ними и людьми. Когда Боги вершат свой суд никому не можно вмешиваться и знать заранее их решение. Остаётся уповать лишь на их милость.
— Послушай, кудесник… — начал закипать Вятко от такой неопределённости.
— Он пришёл в себя, — вмешался старейшина, чтобы разрядить обстановку, — Сие добрый знак. Мыслю так, что ведун этот крепкий муж и жить будет.